Змей Тугарин

1

Над светлым Днепром, средь могучих бояр, Близ стольного Киева-града, Пирует Владимир, с ним молод и стар, И слышен далеко звон кованых чар — Ой ладо, ой ладушки-ладо!

2

И молвит Владимир: «Что ж нету певцов? Без них мне и пир не отрада!» И вот незнакомый из дальних рядов Певец выступает на княжеский зов — Ой ладо, ой ладушки-ладо!

3

Глаза словно щели, растянутый рот, Лицо на лицо не похоже, И выдались скулы углами вперед, И ахнул от ужаса русский народ: «Ой рожа, ой страшная рожа!»

4

И начал он петь на неведомый лад: «Владычество смелым награда! Ты, княже, могуч и казною богат, И помнит ладьи твои дальний Царьград — Ой ладо, ой ладушки-ладо!

5

Но род твой не вечно судьбою храним, Настанет тяжелое время, Обнимет твой Киев и пламя и дым, И внуки твои будут внукам моим Держать золоченое стремя!»

6

И вспыхнул Владимир при слове таком, В очах загорелась досада, Но вдруг засмеялся, и хохот кругом В рядах прокатился, как по небу гром, — Ой ладо, ой ладушки-ладо!

7

Смеется Владимир, и с ним сыновья, Смеется, потупясь, княгиня, Смеются бояре, смеются князья, Удалый Попович, и старый Илья, И смелый Никитич Добрыня.

8

Певец продолжает: «Смешна моя весть И вашему уху обидна? Кто мог бы из вас оскорбление снесть! Бесценное русским сокровище честь, Их клятва: „Да будет мне стыдно!”

9

На вече народном вершится их суд, Обиды смывает с них поле — Но дни, погодите, иные придут, И честь, государи, заменит вам кнут, А вече — каганская воля!»

10

«Стой! — молвит Илья. — Твой хоть голос и чист, Да песня твоя не пригожа! Был вор Соловей, как и ты, голосист, Да я пятерней приглушил его свист — С тобой не случилось бы то же!»

11

Певец продолжает: «И время придет, Уступит наш хан христианам, И снова подымется русский народ, И землю единый из вас соберет, Но сам же над ней станет ханом.

12

И в тереме будет сидеть он своем, Подобен кумиру средь храма, И будет он спины вам бить батожьем, А вы ему стукать да стукать челом — Ой срама, ой горького срама!»

13

«Стой! — молвит Попович. — Хоть дюжий твой рост, Но слушай, поганая рожа: Зашла раз корова к отцу на погост, Махнул я ее через крышу за хвост — Тебе не было бы того же!»

14

Но тот продолжает, осклабивши пасть: «Обычай вы наш переймете, На честь вы поруху научитесь класть, И вот, наглотавшись татарщины всласть, Вы Русью ее назовете!

15

И с честной поссоритесь вы стариной, И, предкам великим на сором, Не слушая голоса крови родной, Вы скажете: „Станем к варягам спиной, Лицом повернемся к обдорам!”»

16

«Стой! — молвит, поднявшись, Добрыня. — Не смей Пророчить такого нам горя! Тебя я узнал из негодных речей: Ты старый Тугарин, поганый тот змей, Приплывший от Черного моря!

17

На крыльях бумажных, ночною порой, Ты часто вкруг Киева-града Летал и шипел, но тебя не впервой Попотчую я каленою стрелой — Ой ладо, ой ладушки-ладо!»

18

И начал Добрыня натягивать лук, И вот, на потеху народу, Струны богатырской послышавши звук, Во змея певец перекинулся вдруг И с шипом бросается в воду.

19

«Тьфу, гадина! — молвил Владимир и нос Зажал от несносного смрада, — Чего уж он в скаредной песне не нес, Но, благо, удрал от Добрынюшки пес, — Ой ладо, ой ладушки-ладо!»

20

А змей, по Днепру расстилаясь, плывет, И, смехом преследуя гада, По нем улюлюкает русский народ: «Чай, песни теперь уже нам не споет — Ой ладо, ой ладушки-ладо!»

21

Смеется Владимир: «Вишь, выдумал нам Каким угрожать он позором! Чтоб мы от Тугарина приняли срам! Чтоб спины подставили мы батогам! Чтоб мы повернулись к обдорам!

22

Нет, шутишь! Живет наша русская Русь! Татарской нам Руси не надо! Солгал он, солгал, перелетный он гусь, За честь нашей родины я не боюсь — Ой ладо, ой ладушки-ладо!

23

А если б над нею беда и стряслась, Потомки беду перемогут! Бывает, — примолвил свет-солнышко-князь, — Неволя заставит пройти через грязь, Купаться в ней — свиньи лишь могут!

24

Подайте ж мне чару большую мою, Ту чару, добытую в сече, Добытую с ханом хозарским в бою, — За русский обычай до дна ее пью, За древнее русское вече!

25

За вольный, за честный славянский народ, За колокол пью Новаграда, И если он даже и в прах упадет, Пусть звен его в сердце потомков живет — Ой ладо, ой ладушки-ладо!

26

Я пью за варягов, за дедов лихих, Кем русская сила подъята, Кем славен наш Киев, кем грек приутих, За синее море, которое их, Шумя, принесло от заката!»

27

И выпил Владимир, и разом кругом, Как плеск лебединого стада, Как летом из тучи ударивший гром, Народ отвечает: «За князя мы пьем — Ой ладо, ой ладушки-ладо!

28

Да правит по-русски он русский народ, А хана нам даром не надо! И если настанет година невзгод, Мы верим, что Русь их победно пройдет — Ой ладо, ой ладушки-ладо!»

29

Пирует Владимир со светлым лицом, В груди богатырской отрада, Он верит: победно мы горе пройдем, И весело слышать ему над Днепром: «Ой ладо, ой ладушки-ладо!»

30

Пирует с Владимиром сила бояр, Пируют посадники града, Пирует весь Киев, и молод, и стар: И слышен далеко звон кованых чар — Ой ладо, ой ладушки-ладо!