Мы очищали старый сад
Мы очищали старый сад От вредных насекомых. В саду увидели отряд Мальчишек незнакомых. Они пришли не просто так — На грядках выпололи мак.
А через час явился в сад Другой мальчишеский отряд.
Отряд пришел не просто так — Ребята вытоптали мак.
Мы удивились: как же так? А на осине два дрозда Нам объяснили: — Да, да, да! Разделение труда. Так у людей бывает: Один отряд сажает сад, Другой его ломает.
Похожие по настроению
Катя
Агния Барто
Мы целое утро Возились с ростками, Мы их посадили Своими руками. Мы с бабушкой вместе Сажали рассаду, А Катя ходила С подругой по саду. Потом нам пришлось Воевать с сорняками, Мы их вырывали Своими руками. Таскали мы с бабушкой Полные лейки, А Катя сидела В саду на скамейке. — Ты что на скамейке Сидишь, как чужая? А Катя сказала: — Я жду урожая.
Чья корзинка тяжелей
Борис Владимирович Заходер
Ходили два приятеля, Ходили по грибы. Ходили да ходили, Устали от ходьбы. В одну ходили сторону И поровну прошли, Да только вот не поровну, Не поровну нашли. В одной корзинке — белые, И все как на подбор! В другой — один-единственный Трухлявый мухомор. Сказал второй приятель: — Ну что ж, не повезло. Зато мою корзинку Тащить не тяжело! Идут они обратно, Идут они домой, Бежит вприпрыжку первый, За ним ползёт второй. Бежит вприпрыжку первый С добычею в руке, Второй едва плетётся, Хоть он и налегке. Сказал второму первый, Прощаясь у дверей: — Пустая-то корзинка, Выходит, тяжелей!
Царица-гусеница
Эдуард Асадов
— Смотри! Смотри, какая раскрасавица! — Мальчишка смотрит радостно на мать. — Царица-гусеница! Правда, нравится? Давай ее кормить и охранять! И вправду, будто древняя царица, Таинственным сказаниям сродни, На краснобоком яблоке в тени Сияла золотая гусеница. Но женщина воскликнула: — Пустое! — И засмеялась: — Ах ты, мой сверчок! Готов везде оберегать живое. Да это же вредитель, дурачок! В четыре года надо быть мужчиной! Соображай. Ты видишь: вот сюда Она вползет, попортит сердцевину, И яблоко — хоть выброси тогда! Нет, нам с тобой такое не годится. Сейчас мы глянем, что ты за герой. — Она стряхнула с ветки гусеницу: — А ну-ка, размозжи ее ногой! И мальчик, мину напускал злую И подавляя втайне тошноту, Шагнул ногой на теплую, живую Жемчужно-золотую красоту… — Вот это славно! Умница, хвалю! — И тот, стремясь покончить с добротою, Вскричал со зверски поднятой ногою; — Кидай еще! Другую раздавлю! Мать с древних пор на свете против зла. Но как же этой непонятно было, Что сердцевину яблока спасла, А вот в мальчишке что-то загубила…
Дачные мальчики
Федор Сологуб
Босые, в одежде короткой, Два дачные мальчика шли С улыбкою милой и кроткой, Но злой разговор завели. — Суровских не видно здесь лавок. Жуков удалось наловить, Боюсь, не достанет булавок, А папу забыл попросить. — — Хотел бы поймать я кукушку И сделать кукушкин скелет, А то подарили мне пушку, Скелета же птичьего нет. — — Да сделать приятно скелетик, Да пушкою птиц не набьешь. Мне тетя сказала: Букетик Цветов полевых принесешь. — — Ну, что Же, нарвем для забавы, Хоть это немножко смешно. — — Смотри — ка, вон там, у канавы, Вон там, полевее, пятно. — — Вон скачет, какая-то птица. — О, птица! А как ее звать? Сорока? — Ворона. — Синица — И стали камнями швырять.
Дети
Иван Суриков
Солнышко уж встало И глядит в окно; Уж щебечут птички За окном давно. Вышли дети, — травка От росы мокра И на ней сияют Капли серебра. Темный сад лучами Солнышка облит; От дерев рядами Тень в пруде лежит. На дорожках сыро, В воздухе легко, — И кричит дергачик Где-то далеко.
Скошенные травы
Константин Фофанов
Как много было по весне Цветов, пестревших горделиво… Одни в румяном полусне Благоухали нам стыдливо; Другие пышные цветы, Гордяся венчиком прекрасным, Дышали сладостней мечты, Томясь волненьем сладострастным… Одни любили блеск и зной, Других изнежила прохлада; Иные жизнь несли с собой, Другие смерть и холод яда… И все струили аромат, И каждый нёс из почвы влажной Свой нежный запах, свой наряд. И долго плыл их вздох протяжный; . . . . . . . . . . . . . . . . Мы все — цветы родных полей, Весною юности капризной Любили знойный зов страстей И шум, навеянный отчизной…
Сад идет
Самуил Яковлевич Маршак
Мы выходим из ворот. Видим: на прогулку Дружным шагом сад идет Вдоль по переулку. Да, да, да, шагает сад! Перешел дорогу, И запел он песню в лад, Выступая в ногу. Разве может сад идти, Распевая по пути? Не такой, как все сады, Этот сад ходячий. Он ложится у воды На песок горячий. Быстро сбросил у реки Тапочки и майки, Лепит булки, пирожки, Куличи и сайки. Полежал на солнце сад И забрался в воду. До чего воде он рад В жаркую погоду! Брызжет пеной водопад, Вверх летят фонтаны, Чуть сбежит раздетый сад С отмели песчаной. Вот он вышел из воды, Ежится, как ежик. На песке видны следы — Шесть десятков ножек. Славно выкупался сад, Отдохнул немного И отправился назад Прежнею дорогой. Сад заходит в новый дом, Где в большой столовой Тридцать кружек с молоком Для него готовы. Поиграл он пять минут В куклы и в лошадки, А потом его кладут В белые кроватки. Разве сад ложится спать После завтрака в кровать? Если сад гулял с утра, — Саду отдых нужен. А когда придет пора, Будет он разбужен. Приберет свою кровать, Простыни, подушки И опять пойдет играть В игры и в игрушки. Есть у сада паровоз, Шесть автомобилей, Черный пес — блестящий нос, Белый кот Василий, Восемь куколок в одной Кукле деревянной И Петрушка заводной, Рыжий и румяный. Этот сад — не зоосад, Но в саду есть полка Для тигрят и медвежат, Кролика и волка.— Каждый вечер тридцать мам В новый дом приходят, Каждый вечер по домам Сад они разводят. Этот сад ходячий нам Называть не надо, Потому что ты и сам Из такого сада!
В огороде
Саша Чёрный
В огороде целый день Мы сегодня полем грядки, А за нами, словно тень, Ходят пестрые цыплятки. Полем сразу в восемь рук: Я и Петя, Фрол и Даша... Ишь, как чист усатый лук! Это все работа наша. И морковка чище сот... Обожгло крапивой пятки. Ну, до свадьбы заживет! Эй, петух, долой-ка с грядки! Свеклу кончили. Ура! Подвязать горох бы нужно. Поливайте, детвора: По порядку! Дружно, дружно! Петя важно морщит лоб И с ведром шагает гусем. Руки вымоем и стоп: Хлеба с солью перекусим.
Переполох
Тимофей Белозеров
Под елью, на поляне, С утра переполох — И крик, и бормотанье: — Kуд… ах! Kуда? Kуд… ох!— Стригут ушами козы, Hасторожился лось… — Беда! — шумят берёзы.— Hеладное стряслось!..— Галчонок желторотый Залез на край гнезда. — Kуда?! — горланит кто-то.— Kудах! Kуд-куд! Kуда? — K ручью помчался ежик, А вслед ему: — Kудах?! — Ах, ах!.. — сороконожек Объял ужасный страх… — Kудах!..— В селе старушка Выходит на крыльцо: — Опять моя пеструшка В лесу Снесла Яйцо!
Вдвоём
Валентин Берестов
Идём лесной тропинкой в первый класс, И паутинки задевают нас. Колючие хвоинки сыплют ели На наши плечи, шапки и портфели. И, развлекая спутницу мою, Я песни громким голосом пою Про подвиги, про смерть на поле боя. Но вот просвет и небо голубое, А там и школа на краю села, Друзья и всевозможные дела. И ты свой ранец у меня взяла. А мне ещё в лесу побыть хотелось. Так хорошо мне никогда не пелось.
Другие стихи этого автора
Всего: 192Его семья
Агния Барто
У Вовы двойка с минусом — Неслыханное дело! Он у доски не двинулся. Не взял он в руки мела! Стоял он будто каменный: Он стоял как статуя. — Ну как ты сдашь экзамены? Волнуется вожатая. — Твою семью, отца и мать, На собранье упрекать Директор будет лично! У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, Но твоей семьей пока Директор недоволен: Она растить ученика Не помогает школе. — Ну при чем моя семья?- Он говорит вздыхая.- Получаю двойки я — И вдруг семья плохая! Упреки он бы перенес, Не показал бы виду, Но о семье идет вопрос — Семью не даст в обиду! Будут маму упрекать: «У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, А вы одна — плохая мать!»- Директор скажет лично. Печально Вова смотрит вдаль, Лег на сердце камень: Стало маму очень жаль… Нет, он сдаст экзамен! Скажет маме: «Не грусти, На меня надейся! Нас должны перевести В хорошее семейство!»
Дом переехал
Агния Барто
Возле Каменного моста, Где течет Москва-река, Возле Каменного моста Стала улица узка. Там на улице заторы, Там волнуются шоферы. — Ох,— вздыхает постовой, Дом мешает угловой! Сёма долго не был дома — Отдыхал в Артеке Сёма, А потом он сел в вагон, И в Москву вернулся он. Вот знакомый поворот — Но ни дома, ни ворот! И стоит в испуге Сёма И глаза руками трет. Дом стоял На этом месте! Он пропал С жильцами вместе! — Где четвертый номер дома? Он был виден за версту! — Говорит тревожно Сёма Постовому на мосту.— Возвратился я из Крыма, Мне домой необходимо! Где высокий серый дом? У меня там мама в нем! Постовой ответил Сёме: — Вы мешали на пути, Вас решили в вашем доме В переулок отвезти. Поищите за угломя И найдете этот дом. Сёма шепчет со слезами: — Может, я сошел с ума? Вы мне, кажется, сказали, Будто движутся дома? Сёма бросился к соседям, А соседи говорят: — Мы все время, Сёма, едем, Едем десять дней подряд. Тихо едут стены эти, И не бьются зеркала, Едут вазочки в буфете, Лампа в комнате цела. — Ой,— обрадовался Сёма,— Значит, можно ехать Дома? Ну, тогда в деревню летом Мы поедем в доме этом! В гости к нам придет сосед: «Ах!»— а дома… дома нет. Я не выучу урока, Я скажу учителям: — Все учебники далеко: Дом гуляет по полям. Вместе с нами за дровами Дом поедет прямо в лес. Мы гулять — и дом за нами, Мы домой — а дом… исчез. Дом уехал в Ленинград На Октябрьский парад. Завтра утром, на рассвете, Дом вернется, говорят. Дом сказал перед уходом: «Подождите перед входом, Не бегите вслед за мной — Я сегодня выходной». — Нет,— решил сердито Сёма, Дом не должен бегать сам! Человек — хозяин дома, Все вокруг послушно нам. Захотим — и в море синем, В синем небе поплывем! Захотим — И дом подвинем, Если нам мешает дом!
Докладчик
Агния Барто
Выступал докладчик юный, Говорил он о труде. Он доказывал с трибуны: — Нужен труд всегда, везде! Нам велит трудиться школа, Учит этому отряд… — Подними бумажки с пола! Крикнул кто-то из ребят. Но тут докладчик морщится: — На это есть уборщица!
Дикарка
Агния Барто
Утро. На солнышке жарко. Кошка стоит у ручья. Чья это кошка? Ничья! Смотрит на всех, Как дикарка. Мы объясняли дикарке: — Ты же не тигр в Зоопарке, Ты же обычная кошка! Ну, помурлычь хоть немножко! Кошка опять, как тигрица, Выгнула спину и злится. Кошка крадется по следу… Зря мы вели с ней беседу.
Болтунья
Агния Барто
Что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Драмкружок, кружок по фото, Хоркружок — мне петь охота, За кружок по рисованью Тоже все голосовали. А Марья Марковна сказала, Когда я шла вчера из зала: «Драмкружок, кружок по фото Это слишком много что-то. Выбирай себе, дружок, Один какой-нибудь кружок». Ну, я выбрала по фото… Но мне еще и петь охота, И за кружок по рисованью Тоже все голосовали. А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Я теперь до старости В нашем классе староста. А чего мне хочется? Стать, ребята, летчицей. Поднимусь на стратостате… Что такое это, кстати? Может, это стратостат, Когда старосты летят? А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! У меня еще нагрузки По-немецки и по-русски. Нам задание дано — Чтенье и грамматика. Я сижу, гляжу в окно И вдруг там вижу мальчика. Он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А я говорю: «У меня нагрузки По-немецки и по-русски». А он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда!
Дедушкина внучка
Агния Барто
Шагает утром в школы Вся юная Москва, Народ твердит глаголы И сложные слова. А Клава-ученица С утра в машине мчится По Садовому кольцу Прямо к школьному крыльцу. Учитель седовласый Пешком приходит в классы, А Клавочка — в машине. А по какой причине И по какому праву Везет машина Клаву? — Я дедушкина внучка, Мой дед — Герой Труда…— Но внучка — белоручка, И в этом вся беда! Сидит она, скучая И отложив тетрадь, Но деду чашки чая Не вздумает подать. Зато попросит деда: — Ты мне машину дашь? Я на каток поеду!— И позвонит в гараж. Случается порою — Дивится весь народ: У дедушки-героя Бездельница растет.
Двояшки
Агния Барто
Мы друзья — два Яшки, Прозвали нас «двояшки». — Какие непохожие!- Говорят прохожие. И должен объяснять я, Что мы совсем не братья, Мы друзья — два Якова, Зовут нас одинаково.
Гуси-лебеди
Агния Барто
Малыши среди двора Хоровод водили. В гуси-лебеди игра, Серый волк — Василий. — Гуси-лебеди, домой! Серый волк под горой! Волк на них и не глядит, Волк на лавочке сидит. Собрались вокруг него Лебеди и гуси. — Почему ты нас не ешь?— Говорит Маруся. — Раз ты волк, так ты не трусь! Закричал на волка гусь. —От такого волка Никакого толка! Волк ответил:— Я не трушу, Нападу на вас сейчас. Я доем сначала грушу, А потом примусь за вас!
Две бабушки
Агния Барто
Две бабушки на лавочке Сидели на пригорке. Рассказывали бабушки: — У нас одни пятерки! Друг друга поздравляли, Друг другу жали руки, Хотя экзамен сдали Не бабушки, а внуки!
Лягушата
Агния Барто
Пять зелёных лягушат В воду броситься спешат — Испугались цапли! А меня они смешат: Я же этой цапли Не боюсь ни капли!
Две сестры глядят на братца
Агния Барто
Две сестры глядят на братца: Маленький, неловкий, Не умеет улыбаться, Только хмурит бровки. Младший брат чихнул спросонок, Радуются сестры: — Вот уже растет ребенок — Он чихнул, как взрослый!
Выборы
Агния Барто
Собрались на сбор отряда Все! Отсутствующих нет! Сбор серьезный: Выбрать надо Лучших девочек в совет. Галю вычеркнут из списка! Все сказали ей в глаза: — Ты, во-первых, эгоистка, Во-вторых, ты егоза. Предлагают выбрать Свету: Света пишет в стенгазету, И отличница она. — Но играет в куклы Света! — Заявляет Ильина. — Вот так новый член совета! Нянчит куколку свою! — Нет! — кричит, волнуясь, Света, — Я сейчас ей платье шью. Шью коричневое платье, Вышиваю поясок. Иногда, конечно, кстати Поиграю с ней часок. — Даже нужно шить для кукол! — Заступается отряд. — Будет шить потом для внуков! — Пионерки говорят. Подняла Наташа руку: — Мы вопрос должны решить. Я считаю, что для кукол В пятом классе стыдно шить! Стало шумно в школьном зале, Начался горячий спор, Но, подумав, все сказали: — Шить для кукол — не позор! Не уронит этим Света Своего авторитета.