Когда ударил гром
Люди спят, и птицы спят — Тишина полная. Осветила темный сад Молния! Молния!
Сильный ветер на кусты Налетел волнами, И опять из темноты Молнии! Молнии!
Ветер, ветер-ураган Бьет деревья по ногам, И стволы трещат, И трепещет сад.
Дождь, дождь льет, В барабаны бьет.
Гром гремит, грохочет гром. Молния! Молния! — Нет, не кончится добром,— Бабушка промолвила.
Молния, молния Опалила клен. Ураганом сломанный, Наклонился он.
Надломились ветки, Опустились вниз. Птичий дом — скворечник, Наклонясь, повис.
Птичий дом над бездной. Если в нем птенец,— Падай, друг любезный, И всему конец!
Вовка следом за соседом Ходит, ходит без конца: — Надо выручить птенца! Вы на дерево залезьте, Я бы влез на вашем месте.
—Вовка лазил на березки, Но тяжелый клен — громоздкий! Вот попробуй обхвати — Трудно парню лет пяти!
Вовка просит тетю Шуру: — Ты же любишь физкультуру, Физкультурницам полезно Залезать на дерево.— Тетя Шура не полезла, Вовке не поверила.
А мальчишки на рыбалке… Вовка вверх бросает палки, Хочет он птенца вспугнуть: — Улетай куда-нибудь!— Ты его не агитируй,— Улыбается сосед,— Он давно сменил квартиру, Никого в скворечне нет.
Вовка следом за соседом Ходит, ходит по пятам: — Нет, птенец, наверно, там!
Вы на дерево залезьте, Я бы влез на вашем месте, Если б я был ростом с вас, Я птенца давно бы спас.
До того довел соседа, Тот вздремнул после обеда И такой увидел сон: На пригорке — черный клен,
А под ним четыре Вовки, Как четыре близнеца. Всё твердят без остановки: «Надо выручить птенца, Надо выручить птенца!»
Тут сосед вскочил с постели, В сад спускается с крыльца, Говорит: — А в самом деле, Надо выручить птенца.
—Вот бежит и тетя Шура С озабоченным лицом: — Мне полезна физкультура — Я полезу за птенцом.
И мальчишки-рыболовы Возвращаются как раз. Паренек белоголовый Говорит: — Я верхолаз!
Стали спорить: как влезать, Как веревку привязать.
Вдруг птенец, такой потешный, Вылетает из скворечни, Кувыркаясь на лету, Набирает высоту.
Грома он не испугался, Но, услышав громкий спор, Он с силенками собрался И умчался на простор.
Похожие по настроению
Птички
Александр Введенский
Шел я лесом по тропинке, Недалеко от реки. Мне показывали спинки Убегавшие жуки. Ветки тонкие скрипели, Гнулись медленно к земле, И повсюду птицы пели: Лю-лю-лю и ле-ле-ле! Видел я – река струится. Под ногой тепла земля. И везде кричали птицы: Лю-лю-лю и ля-ля-ля! Рыбы в речке тихо плыли, Тучи по небу ползли, Птицы всюду говорили: Ля-ля-ля и ли-ли-ли! Ветры в поле пробегали, Травы тихо шевеля. Всюду птицы щебетали: Ле и ли и лю и ля! Я подумал: сколько птичек, Сколько разных голосов! Жаль, не знаю их привычек, Жаль, не знаю птичьих слов. Дай попробую я тоже, Ле и ли и ля кричать: Птички мне в ответ, быть может, Станут хором отвечать. Ле и ли и ля кричать: Птички мне в ответ, быть может, Станут хором отвечать. Чтобы птички отвечали, Крикну громко и легко… Крикнул – Птички замолчали И умчались далеко.
В березовой роще стряслась беда
Андрей Дементьев
В березовой роще стряслась беда: Галчонок выпорхнул из гнезда. А был еще он и слаб, и мал. Ему для полетов не вышел срок. Он черным камнем в траву упал. И как ни бился – взлететь не мог. Не пропадать же галчонку здесь. Пришлось мне с ним На березу лезть. Я кладу летуна обратно Осторожной рукой. Возвращаю галчатам брата. Возвращаю гнезду покой. Мать приносит галчонку пищу. Стих над рощею птичий грай… Подрасти-ка сперва, дружище. Подрасти, а потом летай…
Гроза
Аполлон Николаевич Майков
Кругом царила жизнь и радость, И ветер нес ржаных полей Благоухание и сладость Волною мягкою своей.Но вот, как бы в испуге, тени Бегут по золотым хлебам; Промчался вихрь — пять-шесть мгновений И, встречу солнечным лучам,Встают с серебряным карнизом Чрез всё полнеба ворота, И там, за занавесом сизым, Сквозит и блеск и темнота.Вдруг словно скатерть парчевую Поспешно сдернул кто с полей, И тьма за ней в погоню злую, И все свирепей и быстрей.Уж расплылись давно колонны, Исчез серебряный карниз, И гул пошел неугомонный, И огнь и воды полились…Где царство солнца и лазури! Где блеск полей, где мир долин! Но прелесть есть и в шуме бури, И в пляске ледяных градин!Их нахватать — нужна отвага! И — вон как дети в удальце Ее честят! как вся ватага Визжит и скачет на крыльце!
Был ливень
Давид Самойлов
Был ливень. И вызвездил крону. А по иссякании вод, Подобно огромному клену, Вверху замерцал небосвод. Вкруг дерева ночи чернейшей Легла золотая стезя. И — молнии в мокрой черешне — Глаза.
Пластилиновая ворона
Эдуард Николавевич Успенский
Мне помнится, вороне, А может, не вороне, А может быть, корове Ужасно повезло: Послал ей кто-то сыра Грамм, думается, двести, А может быть, и триста, А может, полкило. На ель она взлетела, А может, не взлетела, А может быть, на пальму Ворона взобралась. И там она позавтракать, А может, пообедать, А может, и поужинать Спокойно собралась. Но тут лиса бежала, А может, не бежала, А может, это страус злой, А может, и не злой. А может, это дворник был… Он шел по сельской местности К ближайшему орешнику За новою метлой. — Послушайте, ворона, А может быть, собака, А может быть, корова, Ну как вы хороша! У вас такие перья, У вас глаза такие! Копыта очень стройные И нежная душа. А если вы залаете, А может, и завоете, А может, замычите — Коровы ведь мычат, — То вам седло большое, Ковер и телевизор В подарок сразу врУчат, А может быть, вручАт. И глупая ворона, А может быть, корова А может быть, собака Как громко запоет. И от такого пения, А может, и не пения Упал, конечно, в обморок От смеха весь народ. А сыр у той вороны, А может быть, собаки, А может, и коровы Немедленно упал. И прямо на лисицу, А может быть, на страуса, А может быть, на дворника Немедленно попал. Идею этой сказки, А может, и не сказки Поймет не только взрослый, Но даже карапуз: Не стойте и не прыгайте, Не пойте, не пляшите Там, где идет строительство Или подвешен груз.
Вчера я, мраком окруженный
Иван Козлов
Вчера я, мраком окруженный, На ложе, сон забыв, мечтал; Безмолвно жар, мне вдохновенный, В груди стихами уж пылал.Меж тем в эфирной тме сбиралась Гроза, — из туч сверкнул огонь, И молния струей промчалась, Как буйный бледно-гривый конь.И треск воздушной колесницы На всё бросал священный страх, И звери прятались, и птицы, Дрожа в берлогах и гнездах.А я… мой дух к творцу летает, Пылая молнии огнем, И ум встревоженный мечтает Вольней, когда ударит гром.Восторгом оживлен небесным, Я был не раб земных оков, — Органом звонким и чудесным В огромной стройности мировИ бог сильней вещает мною И в думах пламенных моих, Чем вкруг шумящею грозою И в дивных ужасах ночных.
Умолк весенний гром. Всё блещет и поет
Константин Фофанов
Умолк весенний гром. Всё блещет и поет. В алмазных каплях сад душистый. И опоясала лазурный небосвод Гирлянда радуги лучистой. От ближних цветников запахло резедой, В кустах резвей щебечут птицы. Гремит неясный гром над высью золотой, Как грохот дальней колесницы. Трепещет влажный блеск, как искры на листве Под освежительной прохладой… Лягушка серая подпрыгнула в траве И снова скрылась за оградой. По мокрому шоссе, в мерцающем платке, Прошла усталая цыганка. Кричат разносчики, и где-то вдалеке Гнусит печальная шарманка.
Гроза
Максимилиан Александрович Волошин
Див кличет по древию, велит послушати Волзе, Поморью, Посулью, Сурожу… Запал багровый день. Над тусклою водой Зарницы синие трепещут беглой дрожью. Шуршит глухая степь сухим быльем и рожью, Вся млеет травами, вся дышит душной мглой И тутнет, гулкая. Див кличет пред бедой Ардавде, Корсуню, Поморью, Посурожью,— Земле незнаемой разносит весть Стрибожью: Птиц стоном убуди и вста звериный вой. С туч ветр плеснул дождем и мечется с испугом По бледным заводям, по ярам, по яругам… Тьма прыщет молнии в зыбучее стекло… То, Землю древнюю тревожа долгим зовом, Обида вещая раскинула крыло Над гневным Сурожем и пенистым Азовом.
Соловей, галки и вороны
Николай Михайлович Карамзин
[I]Басня[/I] Прошедшею весною, Вечернею зарею В лесочке сем певал любезный соловей. Пришла опять весна: где друг души моей? Ах, нет его! Зачем он скрылся? Зачем? В лесочке поселился Хор галок и ворон. Они и день и ночь Кричат, усталости не знают, И слух людей (увы!) безжалостно терзают! Что ж делать соловью? — Лететь подале прочь! Жестокие врали и прозой и стихами! Какому соловью петь можно вместе с вами?
Спор
Тимофей Белозеров
Юрию ГагаринуМальчишка лезет на берёзу, Влезая в чёрную грозу. Мальчишка лезет на берёзу — Молчат товарищи внизу. Вершину встряхивают взрывы Теплом заряженной листвы, Дождя холодного порывы Срывают кепку с головы… Мальчишка лезет на берёзу, Сощурив синие глаза, И на него старухой с возу Ворчит Угрюмая Гроза.
Другие стихи этого автора
Всего: 192Его семья
Агния Барто
У Вовы двойка с минусом — Неслыханное дело! Он у доски не двинулся. Не взял он в руки мела! Стоял он будто каменный: Он стоял как статуя. — Ну как ты сдашь экзамены? Волнуется вожатая. — Твою семью, отца и мать, На собранье упрекать Директор будет лично! У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, Но твоей семьей пока Директор недоволен: Она растить ученика Не помогает школе. — Ну при чем моя семья?- Он говорит вздыхая.- Получаю двойки я — И вдруг семья плохая! Упреки он бы перенес, Не показал бы виду, Но о семье идет вопрос — Семью не даст в обиду! Будут маму упрекать: «У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, А вы одна — плохая мать!»- Директор скажет лично. Печально Вова смотрит вдаль, Лег на сердце камень: Стало маму очень жаль… Нет, он сдаст экзамен! Скажет маме: «Не грусти, На меня надейся! Нас должны перевести В хорошее семейство!»
Дом переехал
Агния Барто
Возле Каменного моста, Где течет Москва-река, Возле Каменного моста Стала улица узка. Там на улице заторы, Там волнуются шоферы. — Ох,— вздыхает постовой, Дом мешает угловой! Сёма долго не был дома — Отдыхал в Артеке Сёма, А потом он сел в вагон, И в Москву вернулся он. Вот знакомый поворот — Но ни дома, ни ворот! И стоит в испуге Сёма И глаза руками трет. Дом стоял На этом месте! Он пропал С жильцами вместе! — Где четвертый номер дома? Он был виден за версту! — Говорит тревожно Сёма Постовому на мосту.— Возвратился я из Крыма, Мне домой необходимо! Где высокий серый дом? У меня там мама в нем! Постовой ответил Сёме: — Вы мешали на пути, Вас решили в вашем доме В переулок отвезти. Поищите за угломя И найдете этот дом. Сёма шепчет со слезами: — Может, я сошел с ума? Вы мне, кажется, сказали, Будто движутся дома? Сёма бросился к соседям, А соседи говорят: — Мы все время, Сёма, едем, Едем десять дней подряд. Тихо едут стены эти, И не бьются зеркала, Едут вазочки в буфете, Лампа в комнате цела. — Ой,— обрадовался Сёма,— Значит, можно ехать Дома? Ну, тогда в деревню летом Мы поедем в доме этом! В гости к нам придет сосед: «Ах!»— а дома… дома нет. Я не выучу урока, Я скажу учителям: — Все учебники далеко: Дом гуляет по полям. Вместе с нами за дровами Дом поедет прямо в лес. Мы гулять — и дом за нами, Мы домой — а дом… исчез. Дом уехал в Ленинград На Октябрьский парад. Завтра утром, на рассвете, Дом вернется, говорят. Дом сказал перед уходом: «Подождите перед входом, Не бегите вслед за мной — Я сегодня выходной». — Нет,— решил сердито Сёма, Дом не должен бегать сам! Человек — хозяин дома, Все вокруг послушно нам. Захотим — и в море синем, В синем небе поплывем! Захотим — И дом подвинем, Если нам мешает дом!
Докладчик
Агния Барто
Выступал докладчик юный, Говорил он о труде. Он доказывал с трибуны: — Нужен труд всегда, везде! Нам велит трудиться школа, Учит этому отряд… — Подними бумажки с пола! Крикнул кто-то из ребят. Но тут докладчик морщится: — На это есть уборщица!
Дикарка
Агния Барто
Утро. На солнышке жарко. Кошка стоит у ручья. Чья это кошка? Ничья! Смотрит на всех, Как дикарка. Мы объясняли дикарке: — Ты же не тигр в Зоопарке, Ты же обычная кошка! Ну, помурлычь хоть немножко! Кошка опять, как тигрица, Выгнула спину и злится. Кошка крадется по следу… Зря мы вели с ней беседу.
Болтунья
Агния Барто
Что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Драмкружок, кружок по фото, Хоркружок — мне петь охота, За кружок по рисованью Тоже все голосовали. А Марья Марковна сказала, Когда я шла вчера из зала: «Драмкружок, кружок по фото Это слишком много что-то. Выбирай себе, дружок, Один какой-нибудь кружок». Ну, я выбрала по фото… Но мне еще и петь охота, И за кружок по рисованью Тоже все голосовали. А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Я теперь до старости В нашем классе староста. А чего мне хочется? Стать, ребята, летчицей. Поднимусь на стратостате… Что такое это, кстати? Может, это стратостат, Когда старосты летят? А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! У меня еще нагрузки По-немецки и по-русски. Нам задание дано — Чтенье и грамматика. Я сижу, гляжу в окно И вдруг там вижу мальчика. Он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А я говорю: «У меня нагрузки По-немецки и по-русски». А он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда!
Дедушкина внучка
Агния Барто
Шагает утром в школы Вся юная Москва, Народ твердит глаголы И сложные слова. А Клава-ученица С утра в машине мчится По Садовому кольцу Прямо к школьному крыльцу. Учитель седовласый Пешком приходит в классы, А Клавочка — в машине. А по какой причине И по какому праву Везет машина Клаву? — Я дедушкина внучка, Мой дед — Герой Труда…— Но внучка — белоручка, И в этом вся беда! Сидит она, скучая И отложив тетрадь, Но деду чашки чая Не вздумает подать. Зато попросит деда: — Ты мне машину дашь? Я на каток поеду!— И позвонит в гараж. Случается порою — Дивится весь народ: У дедушки-героя Бездельница растет.
Двояшки
Агния Барто
Мы друзья — два Яшки, Прозвали нас «двояшки». — Какие непохожие!- Говорят прохожие. И должен объяснять я, Что мы совсем не братья, Мы друзья — два Якова, Зовут нас одинаково.
Гуси-лебеди
Агния Барто
Малыши среди двора Хоровод водили. В гуси-лебеди игра, Серый волк — Василий. — Гуси-лебеди, домой! Серый волк под горой! Волк на них и не глядит, Волк на лавочке сидит. Собрались вокруг него Лебеди и гуси. — Почему ты нас не ешь?— Говорит Маруся. — Раз ты волк, так ты не трусь! Закричал на волка гусь. —От такого волка Никакого толка! Волк ответил:— Я не трушу, Нападу на вас сейчас. Я доем сначала грушу, А потом примусь за вас!
Две бабушки
Агния Барто
Две бабушки на лавочке Сидели на пригорке. Рассказывали бабушки: — У нас одни пятерки! Друг друга поздравляли, Друг другу жали руки, Хотя экзамен сдали Не бабушки, а внуки!
Лягушата
Агния Барто
Пять зелёных лягушат В воду броситься спешат — Испугались цапли! А меня они смешат: Я же этой цапли Не боюсь ни капли!
Две сестры глядят на братца
Агния Барто
Две сестры глядят на братца: Маленький, неловкий, Не умеет улыбаться, Только хмурит бровки. Младший брат чихнул спросонок, Радуются сестры: — Вот уже растет ребенок — Он чихнул, как взрослый!
Выборы
Агния Барто
Собрались на сбор отряда Все! Отсутствующих нет! Сбор серьезный: Выбрать надо Лучших девочек в совет. Галю вычеркнут из списка! Все сказали ей в глаза: — Ты, во-первых, эгоистка, Во-вторых, ты егоза. Предлагают выбрать Свету: Света пишет в стенгазету, И отличница она. — Но играет в куклы Света! — Заявляет Ильина. — Вот так новый член совета! Нянчит куколку свою! — Нет! — кричит, волнуясь, Света, — Я сейчас ей платье шью. Шью коричневое платье, Вышиваю поясок. Иногда, конечно, кстати Поиграю с ней часок. — Даже нужно шить для кукол! — Заступается отряд. — Будет шить потом для внуков! — Пионерки говорят. Подняла Наташа руку: — Мы вопрос должны решить. Я считаю, что для кукол В пятом классе стыдно шить! Стало шумно в школьном зале, Начался горячий спор, Но, подумав, все сказали: — Шить для кукол — не позор! Не уронит этим Света Своего авторитета.