Скворцы прилетели
Ждет гостей высокий клен — Дом на ветке укреплен.
Краской выкрашена крыша, Есть крылечко для певцов… В синем небе щебет слышен К нам летит семья скворцов.
Мы сегодня встали рано, Ждали птиц еще вчера. Ходит по двору охрана, Гонит кошек со двора.
Мы скворцам руками машем, Барабаним и поем: — Поживите в доме нашем! Хорошо вам будет в нем!
Стали птицы приближаться, Долетели до двора, Не смогли мы удержаться, Хором крикнули: — Ура!
Удивительное дело: Все семейство улетело!
Похожие по настроению
Перед отлётом
Агния Барто
Лопаты не при деле — Работы нет в саду. И рано поредели Дубы в этом году. Скворечники — пустые, В них больше нет скворчат, Скворечники пустые Среди ветвей торчат. И понимает каждый, Что теплым дням конец. Но осенью однажды К нам в сад летит скворец. Скворец! Смотрите, вот он! Ему пора на юг, А он перед отлетом Домой вернулся вдруг. К нам прилетела птица Проститься.
Птички
Александр Введенский
Шел я лесом по тропинке, Недалеко от реки. Мне показывали спинки Убегавшие жуки. Ветки тонкие скрипели, Гнулись медленно к земле, И повсюду птицы пели: Лю-лю-лю и ле-ле-ле! Видел я – река струится. Под ногой тепла земля. И везде кричали птицы: Лю-лю-лю и ля-ля-ля! Рыбы в речке тихо плыли, Тучи по небу ползли, Птицы всюду говорили: Ля-ля-ля и ли-ли-ли! Ветры в поле пробегали, Травы тихо шевеля. Всюду птицы щебетали: Ле и ли и лю и ля! Я подумал: сколько птичек, Сколько разных голосов! Жаль, не знаю их привычек, Жаль, не знаю птичьих слов. Дай попробую я тоже, Ле и ли и ля кричать: Птички мне в ответ, быть может, Станут хором отвечать. Ле и ли и ля кричать: Птички мне в ответ, быть может, Станут хором отвечать. Чтобы птички отвечали, Крикну громко и легко… Крикнул – Птички замолчали И умчались далеко.
Дети и птичка
Алексей Николаевич Плещеев
«Птичка! Нам жаль твоих песенок звонких! Не улетай от нас прочь… Подожди!»— «Милые крошки! Из вашей сторонки Гонят меня холода и дожди. Вон на деревьях, на крыше беседки Сколько меня поджидает подруг! Завтра вы спать ещё будете, детки, А уж мы все понесёмся на юг. Нет там ни стужи теперь, ни дождей, Ветер листы не срывает с ветвей, Солнышко в тучи не прячется там…»— «Скоро ли, птичка, вернёшься ты к нам?» «Я с запасом новых песен К вам вернусь, когда с полей Снег сойдёт, когда в овраге Зажурчит, блестя, ручей— И начнёт под вешним’ солнцем Вся природа оживать… Я вернусь, когда, малютки, Вы уж будете читать!»
Весна в лесу
Эдуард Асадов
Дятлы морзянку стучат по стволам: «Слушайте, слушайте! Новость встречайте! С юга весна приближается к нам! Кто еще дремлет? Вставайте, вставайте!» Ветер тропинкой лесной пробежал, Почки дыханьем своим пробуждая, Снежные комья с деревьев сметая, К озеру вышел и тут заплясал. Лед затрещал, закачался упрямо, Скрежет и треск прозвучал в тишине. Ветер на озере, точно в окне, С грохотом выставил зимнюю раму. Солнце! Сегодня как будто их два. Сила такая и яркость такая! Скоро, проталины все заполняя. Щеткой зеленой полезет трава. Вот прилетели лесные питомцы, Свист и возню на деревьях подняв. Старые пни, шапки белые сняв, Желтые лысины греют на солнце. Сонный барсук из норы вылезает. Солнце так солнце, мы рады — изволь! Шубу тряхнул: не побила ли моль? Кучки грибов просушить вынимает. Близится время любви и разлук. Все подгоняется: перья и волос. Зяблик, лирически глядя вокруг, Мягко откашлявшись, пробует голос. Пеной черемух леса зацвели, Пахнет настоем смолы и цветений. А надо всем журавли, журавли… Синее небо и ветер весенний!
Айболит и воробей
Корней Чуковский
[B]I[/B] Злая-злая, нехорошая змея Молодого укусила воробья. Захотел он улететь, да не мог И заплакал, и упал на песок. (Больно воробышку, больно!) И пришла к нему беззубая старуха, Пучеглазая зелёная лягуха. За крыло она воробышка взяла И больного по болоту повела. (Жалко воробышка, жалко!) Из окошка высунулся ёж: — Ты куда его, зелёная, ведёшь? — К доктору, миленький, к доктору. — Подожди меня, старуха, под кустом, Мы вдвоём его скорее доведём! И весь день они болотами идут, На руках они воробышка несут… Вдруг ночная наступила темнота, И не видно на болоте ни куста, (Страшно воробышку, страшно!) Вот и сбились они, бедные, с пути, И не могут они доктора найти. — Не найдём мы Айболита, не найдём, Мы во тьме без Айболита пропадём! Вдруг откуда-то примчался светлячок, Свой голубенький фонарик он зажёг: — Вы бегите-ка за мной, мои друзья, Жалко-жалко мне больного воробья! [B]II[/B] И они побежали бегом За его голубым огоньком И видят: вдали под сосной Домик стоит расписной, И там на балконе сидит Добрый седой Айболит. Он галке крыло перевязывает И кролику сказку рассказывает. У входа встречает их ласковый слон И к доктору тихо ведёт на балкон, Но плачет и стонет больной воробей. Он с каждой минутой слабей и слабей, Пришла к нему смерть воробьиная. И на руки доктор больного берёт, И лечит больного всю ночь напролёт, И лечит, и лечит всю ночь до утра, И вот — поглядите! — ура! ура!— Больной встрепенулся, крылом шевельнул, Чирикнул: чик! чик!— и в окно упорхнул. «Спасибо, мой друг, меня вылечил ты, Вовек не забуду твоей доброты!» А там, у порога, толпятся убогие: Слепые утята и белки безногие, Худой лягушонок с больным животом, Рябой кукушонок с подбитым крылом И зайцы, волками искусанные. И лечит их доктор весь день до заката. И вдруг засмеялись лесные зверята: «Опять мы здоровы и веселы!» И в лес убежали играть и скакать И даже спасибо забыли сказать, Забыли сказать до свидания!
Соловей, галки и вороны
Николай Михайлович Карамзин
[I]Басня[/I] Прошедшею весною, Вечернею зарею В лесочке сем певал любезный соловей. Пришла опять весна: где друг души моей? Ах, нет его! Зачем он скрылся? Зачем? В лесочке поселился Хор галок и ворон. Они и день и ночь Кричат, усталости не знают, И слух людей (увы!) безжалостно терзают! Что ж делать соловью? — Лететь подале прочь! Жестокие врали и прозой и стихами! Какому соловью петь можно вместе с вами?
Соловьи
Николай Алексеевич Некрасов
Качая младшего сынка, Крестьянка старшим говорила: «Играйте, детушки, пока! Я сарафан почти дошила; Сейчас буренку обряжу, Коня навяжем травку кушать, И вас в ту рощицу свожу — Пойдем соловушек послушать. Там их, что в кузове груздей, — Да не мешай же мне, проказник! — У нас нет места веселей; Весною, дети, каждый праздник По вечерам туда идут И стар и молод. На поляне Девицы красные поют, Гуторят пьяные крестьяне. А в роще, милые мои, Под разговор и смех народа Поют и свищут соловьи Звончей и слаще хоровода! И хорошо и любо всем… Да только (Клим, не трогай Сашу!) Чуть-чуть соловушки совсем Не разлюбили рощу нашу: Ведь наш-то курский соловей В цене, — тут много их ловили, Ну, испугалися сетей, Да мимо нас и прокатили! Пришла, рассказывал ваш дед, Весна, а роща как немая Стоит — гостей залетных нет! Взяла крестьян тоска большая. Уж вот и праздник наступил И на поляне погуляли, Да праздник им не в праздник был! Крестьяне бороды чесали. И положили меж собой — Умел же бог на ум наставить — На той поляне, в роще той Сетей, силков вовек не ставить. И понемногу соловьи Опять привыкли к роще нашей, И нынче, милые мои, Им места нет любей и краше! Туда с сетями сколько лет Никто и близко не подходит, И строго-настрого запрет От деда к внуку переходит. Зато весной весь лес гремит! Что день, то новый хор прибудет… Под песни их деревня спит, Их песня нас поутру будит… Запомнить надобно и вам: Избави бог тут ставить сети! Ведь надо ж бедным соловьям Дать где-нибудь и отдых, дети…» Середний сын кота дразнил, Меньшой полз матери на шею, А старший с важностью спросил, Кубарь пуская перед нею: «А есть ли, мама, для людей Такие рощицы на свете?» -«Нет, мест таких… без податей И без рекрутчины нет, дети. А если б были для людей Такие рощи и полянки, Все на руках своих детей Туда бы отнесли крестьянки…»
Скворец
Сергей Владимирович Михалков
Живёт у нас под крышей Непризнанный артист, И целый день мы слышим Художественный свист. Ещё в полях туманы, Ещё роса блестит, А он, проснувшись рано Уже вовсю свистит. Свистит не славы ради, Не ради всяких благ, А просто в небо глядя, От сердца! Просто так! Выводит он рулады По нескольку минут… Не требуя награды За свой талант и труд.
Воробушки
Валентин Берестов
О чём поют воробушки В последний день зимы? – Мы выжили, мы дожили, Мы живы, живы мы!
Журавли
Василий Лебедев-Кумач
В небе высоком Облачко тает. Над рекою Голубою Журавли взлетают. Легко лететь им Веселым клином — Нет досады, Нет преграды Крыльям журавлиным. Журки вы, журки, Выше летите, Хоть словечко Человечку Милому скажите. Крикните громко, Чтоб он услышал, Что приду я, Что в саду я Буду ждать у вишен. Пусть он разгонит Печаль-тревогу… Отлетают, Отплывают Журавли в дорогу.
Другие стихи этого автора
Всего: 192Его семья
Агния Барто
У Вовы двойка с минусом — Неслыханное дело! Он у доски не двинулся. Не взял он в руки мела! Стоял он будто каменный: Он стоял как статуя. — Ну как ты сдашь экзамены? Волнуется вожатая. — Твою семью, отца и мать, На собранье упрекать Директор будет лично! У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, Но твоей семьей пока Директор недоволен: Она растить ученика Не помогает школе. — Ну при чем моя семья?- Он говорит вздыхая.- Получаю двойки я — И вдруг семья плохая! Упреки он бы перенес, Не показал бы виду, Но о семье идет вопрос — Семью не даст в обиду! Будут маму упрекать: «У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, А вы одна — плохая мать!»- Директор скажет лично. Печально Вова смотрит вдаль, Лег на сердце камень: Стало маму очень жаль… Нет, он сдаст экзамен! Скажет маме: «Не грусти, На меня надейся! Нас должны перевести В хорошее семейство!»
Дом переехал
Агния Барто
Возле Каменного моста, Где течет Москва-река, Возле Каменного моста Стала улица узка. Там на улице заторы, Там волнуются шоферы. — Ох,— вздыхает постовой, Дом мешает угловой! Сёма долго не был дома — Отдыхал в Артеке Сёма, А потом он сел в вагон, И в Москву вернулся он. Вот знакомый поворот — Но ни дома, ни ворот! И стоит в испуге Сёма И глаза руками трет. Дом стоял На этом месте! Он пропал С жильцами вместе! — Где четвертый номер дома? Он был виден за версту! — Говорит тревожно Сёма Постовому на мосту.— Возвратился я из Крыма, Мне домой необходимо! Где высокий серый дом? У меня там мама в нем! Постовой ответил Сёме: — Вы мешали на пути, Вас решили в вашем доме В переулок отвезти. Поищите за угломя И найдете этот дом. Сёма шепчет со слезами: — Может, я сошел с ума? Вы мне, кажется, сказали, Будто движутся дома? Сёма бросился к соседям, А соседи говорят: — Мы все время, Сёма, едем, Едем десять дней подряд. Тихо едут стены эти, И не бьются зеркала, Едут вазочки в буфете, Лампа в комнате цела. — Ой,— обрадовался Сёма,— Значит, можно ехать Дома? Ну, тогда в деревню летом Мы поедем в доме этом! В гости к нам придет сосед: «Ах!»— а дома… дома нет. Я не выучу урока, Я скажу учителям: — Все учебники далеко: Дом гуляет по полям. Вместе с нами за дровами Дом поедет прямо в лес. Мы гулять — и дом за нами, Мы домой — а дом… исчез. Дом уехал в Ленинград На Октябрьский парад. Завтра утром, на рассвете, Дом вернется, говорят. Дом сказал перед уходом: «Подождите перед входом, Не бегите вслед за мной — Я сегодня выходной». — Нет,— решил сердито Сёма, Дом не должен бегать сам! Человек — хозяин дома, Все вокруг послушно нам. Захотим — и в море синем, В синем небе поплывем! Захотим — И дом подвинем, Если нам мешает дом!
Докладчик
Агния Барто
Выступал докладчик юный, Говорил он о труде. Он доказывал с трибуны: — Нужен труд всегда, везде! Нам велит трудиться школа, Учит этому отряд… — Подними бумажки с пола! Крикнул кто-то из ребят. Но тут докладчик морщится: — На это есть уборщица!
Дикарка
Агния Барто
Утро. На солнышке жарко. Кошка стоит у ручья. Чья это кошка? Ничья! Смотрит на всех, Как дикарка. Мы объясняли дикарке: — Ты же не тигр в Зоопарке, Ты же обычная кошка! Ну, помурлычь хоть немножко! Кошка опять, как тигрица, Выгнула спину и злится. Кошка крадется по следу… Зря мы вели с ней беседу.
Болтунья
Агния Барто
Что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Драмкружок, кружок по фото, Хоркружок — мне петь охота, За кружок по рисованью Тоже все голосовали. А Марья Марковна сказала, Когда я шла вчера из зала: «Драмкружок, кружок по фото Это слишком много что-то. Выбирай себе, дружок, Один какой-нибудь кружок». Ну, я выбрала по фото… Но мне еще и петь охота, И за кружок по рисованью Тоже все голосовали. А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Я теперь до старости В нашем классе староста. А чего мне хочется? Стать, ребята, летчицей. Поднимусь на стратостате… Что такое это, кстати? Может, это стратостат, Когда старосты летят? А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! У меня еще нагрузки По-немецки и по-русски. Нам задание дано — Чтенье и грамматика. Я сижу, гляжу в окно И вдруг там вижу мальчика. Он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А я говорю: «У меня нагрузки По-немецки и по-русски». А он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда!
Дедушкина внучка
Агния Барто
Шагает утром в школы Вся юная Москва, Народ твердит глаголы И сложные слова. А Клава-ученица С утра в машине мчится По Садовому кольцу Прямо к школьному крыльцу. Учитель седовласый Пешком приходит в классы, А Клавочка — в машине. А по какой причине И по какому праву Везет машина Клаву? — Я дедушкина внучка, Мой дед — Герой Труда…— Но внучка — белоручка, И в этом вся беда! Сидит она, скучая И отложив тетрадь, Но деду чашки чая Не вздумает подать. Зато попросит деда: — Ты мне машину дашь? Я на каток поеду!— И позвонит в гараж. Случается порою — Дивится весь народ: У дедушки-героя Бездельница растет.
Двояшки
Агния Барто
Мы друзья — два Яшки, Прозвали нас «двояшки». — Какие непохожие!- Говорят прохожие. И должен объяснять я, Что мы совсем не братья, Мы друзья — два Якова, Зовут нас одинаково.
Гуси-лебеди
Агния Барто
Малыши среди двора Хоровод водили. В гуси-лебеди игра, Серый волк — Василий. — Гуси-лебеди, домой! Серый волк под горой! Волк на них и не глядит, Волк на лавочке сидит. Собрались вокруг него Лебеди и гуси. — Почему ты нас не ешь?— Говорит Маруся. — Раз ты волк, так ты не трусь! Закричал на волка гусь. —От такого волка Никакого толка! Волк ответил:— Я не трушу, Нападу на вас сейчас. Я доем сначала грушу, А потом примусь за вас!
Две бабушки
Агния Барто
Две бабушки на лавочке Сидели на пригорке. Рассказывали бабушки: — У нас одни пятерки! Друг друга поздравляли, Друг другу жали руки, Хотя экзамен сдали Не бабушки, а внуки!
Лягушата
Агния Барто
Пять зелёных лягушат В воду броситься спешат — Испугались цапли! А меня они смешат: Я же этой цапли Не боюсь ни капли!
Две сестры глядят на братца
Агния Барто
Две сестры глядят на братца: Маленький, неловкий, Не умеет улыбаться, Только хмурит бровки. Младший брат чихнул спросонок, Радуются сестры: — Вот уже растет ребенок — Он чихнул, как взрослый!
Выборы
Агния Барто
Собрались на сбор отряда Все! Отсутствующих нет! Сбор серьезный: Выбрать надо Лучших девочек в совет. Галю вычеркнут из списка! Все сказали ей в глаза: — Ты, во-первых, эгоистка, Во-вторых, ты егоза. Предлагают выбрать Свету: Света пишет в стенгазету, И отличница она. — Но играет в куклы Света! — Заявляет Ильина. — Вот так новый член совета! Нянчит куколку свою! — Нет! — кричит, волнуясь, Света, — Я сейчас ей платье шью. Шью коричневое платье, Вышиваю поясок. Иногда, конечно, кстати Поиграю с ней часок. — Даже нужно шить для кукол! — Заступается отряд. — Будет шить потом для внуков! — Пионерки говорят. Подняла Наташа руку: — Мы вопрос должны решить. Я считаю, что для кукол В пятом классе стыдно шить! Стало шумно в школьном зале, Начался горячий спор, Но, подумав, все сказали: — Шить для кукол — не позор! Не уронит этим Света Своего авторитета.