Нам печали избыть не дано

Юрий Верховский

Нам печали избыть не дано. А на склоне печального лета — Как бывало утешно одно Загрустившему сердцу поэта: Закатиться в поля и луга И леса над речными водами, Где ступала не часто нога, Где не славят природу словами! Но теперь и мечтать о тебе, Мать родная, обидно и больно — Изнывать по проклятой судьбе, По злодейке твоей своевольной. И томиться с тобой суждено Разлученным — под игом запрета, И на склоне печального лета Нам печали избыть не дано.

Похожие по настроению

Утешение

Алексей Кольцов

Внимай, мой друг, как здесь прелестно Журчит серебряный ручей, Как свищет соловей чудесно. А ты — один в тоске своей. Смотри: какой красой в пустыне Цветы пестреются, цветут, Льют ароматы по долине И влагу рос прохладных пьют. Вдали там тихо и приятно Раскинулась берёзы тень, И светит небосклон отрадно, И тихо всходит божий день. Там вешний резвый ветерок Играет, плещется с водами, Приветно шепчется с листами И дарит ласками цветок. Смотри: на разноцветном поле Гостит у жизни рой детей В беспечной радости на воле; Лишь ты, мой друг, с тоской своей… Развеселись!.. Проснись душою С проснувшейся для нас весною; Хоть юность счастью посвятим! Ах! Долго ль в жизни мы гостим!..

Грусть

Давид Давидович Бурлюк

Желтые реки текут к бесконечности Где то созрели унылые льды Рухнули скалы младыя беспечности Воплями буйно летящей орды Созданы сломаны снова столетия Тянется жуткий плакучий пустырь Речь низвелась к хрипоте междуметия Мечется гладный-озябший упырь. Там в нищете в неизвестности каменной Спелого ветра не зная черты Области огненной кротости пламенной Сердцем тоскующим тянешься ты.

Тоска по родине

Евгений Долматовский

Слышен ласковый голос родимый От свободных просторов вдали. Ничего нет на свете любимей И дороже советской земли.Ничего нет на свете красивей, Ничего нету в мире светлей Нашей матери, гордой России, И не счесть у неё сыновей.Повидали мы дальние страны, Но в разлуке нам снятся всегда Наши реки, берёзы, поляны И под красной звездой города.Нашу правду с открытой душою По далёким дорогам несём. Сердце русское очень большое — Вся великая родина в нём.Ничего нет на свете красивей, Ничего нету в мире светлей Нашей матери, гордой России, И не счесть у неё сыновей.

Песня

Игорь Северянин

М. И. Кокорину Велика земля наша славная, Да нет места в ней сердцу доброму: Вся пороками позасыпана, Все цветущее позагублено. А и дадено добру молодцу Много-множество добродетелей. А и ум-то есть, точно молынья, А и сердце есть, будто солнышко, И пригож-то он, ровно царский сын, И хорош-то он, словно ангельчик. Да не дадено, знать, большой казны, И пуста мошна, что лес осенью, А зато не знать ему радости И прожить всю жизнь прозябаючи…

Родная картина

Константин Бальмонт

Стаи птиц. Дороги лента. Повалившийся плетень. С отуманенного неба Грустно смотрит тусклый день,Ряд берез, и вид унылый Придорожного столба. Как под гнетом тяжкой скорби, Покачнулася изба.Полусвет и полусумрак,- И невольно рвешься вдаль, И невольно давит душу Бесконечная печаль.

С севера

Наталья Крандиевская-Толстая

С севера — болота и леса, С юга — степи, с запада — Карпаты, Тусклая над морем полоса — Балтики зловещие закаты.А с востока — дали, дали, дали, Зори, ветер, песни, облака, Золото и сосны на Урале, И руды железная река. Ходят в реках рыбы-исполины, Рыщут в пущах злые кабаны, Стонет в поле голос лебединый, Дикий голос воли и весны. Зреет в небе, зреет, словно колос, Узкая, медовая луна… Помнит сердце, помнит! Укололось Памятью на вечны времена. Видно, не забыть уж мне до гроба Этого хмельного пития, Что испили мы с тобою оба, Родина моя!

Пашни буры, межи зелены

Николай Клюев

Пашни буры, межи зелены, Спит за елями закат, Камней мшистые расщелины Влагу вешнюю таят.Хороша лесная родина: Глушь да поймища кругом!.. Прослезилася смородина, Травный слушая псалом.И не чую больше тела я, Сердце — всхожее зерно… Прилетайте, птицы белые, Клюйте ярое пшено!Льются сумерки прозрачные, Кроют дали, изб коньки, И березки — свечи брачные — Теплят листьев огоньки.

На чужбине далёко от родины

Сергей Клычков

На чужбине далёко от родины Вспоминаю я сад свой и дом, Там сейчас расцветает смородина И под окнами птичий содом… Там над садом луна величавая, Низко свесившись, смотрится в пруд, Где бубенчики жёлтые плавают И в осоке русалки живут… Она смотрит на липы и ясени Из-за облачно-ясных завес, На сарай, где я нежился на сене, На дорогу, бегущую в лес… За ворота глядит, и на улице, Словно днём, — только дрёма и тишь, Лишь причудливо избы сутулятся Да роса звонко падает с крыш, — Да несётся предзорная конница, Утонувши в туманы по грудь, Да берёзки прощаются — клонятся, Словно в дальний собралися путь!.. Эту пору весеннюю, раннюю Одиноко встечаю вдали… Ах, прильнуть бы, послухать дыхание… Поглядеть в заревое сияние Милой мати — родимой земли.

Вести

Вячеслав Иванов

Ветерок дохнёт со взморья, Из загорья; Птица райская окликнет Вертоград мой вестью звонкой И душа, как стебель тонкий Под росинкой скатной, никнет… Никнет, с тихою хвалою, К аналою Той могилы, середь луга… Луг — что ладан. Из светлицы Милой матери-черницы Улыбается подруга. Сердце знает все приметы; Все приветы Угадает — днесь и вечно; Внемлет ласкам колыбельным И с биеньем запредельным Долу бьется в лад беспечно. Как с тобой мы неразлучны; Как созвучны Эти сны на чуткой лире С той свирелью за горами; Как меняемся дарами,— Не поверят в пленном мире! Не расскажешь песнью струнной: Облак лунный Как просвечен тайной нежной? Как незримое светило Алым сном озолотило Горной розы венчик снежный?

В майское утро

Юрий Верховский

В майское утро улыбчивой жизни певцов простодушных Бархатом юной земли, тканью ветвей и цветов Был возлелеян безвестный певец и бродил, как младенец; Путь указуя, пред ним резвый порхал мотылек. Так принимал ты посох дорожный, о вечный скиталец, Ныне на темной земле осени хмурый поэт.

Другие стихи этого автора

Всего: 14

Вариации на тему Пушкина

Юрий Верховский

Цветы последние милей Роскошных первенцев полей, Они унылые мечтанья Живее пробуждают в нас Так иногда разлуки час Живее самого свиданья. А. С. Пушкин Когда черемуха повеет Стыдливой негою весны, Когда восток уж розовеет, Но вьются трепетные сны, — О как я рвусь в поля родные — Забыться в радостной тиши, Как тяжки стены городские Для молодеющей души! Но тяжелей, чем жаждать встречи И без надежды изнывать — Прощальный звук последней речи Душой взволнованной впивать; Но мне грустнее любоваться Багрянцем осени златой, Ее цветами упиваться — Чтоб с ними тотчас расставаться Для жизни чуждой и пустой. У зимнего огня порой ночною Как я люблю унылые мечты; И в летний день, укрытая от зною, Полна печаль высокой простоты, Как юною мечтательной весною; Так осени прощальные цветы Для нас цветут и нежно, и уныло — И говорят душе о том, что было. Не первый вздох твоей любви — Последний стон и боль разлуки В часы отчаянья и муки Воспоминаньем оживи. Как осень грустными цветами Душе понятна и родна, — Былых свиданий скорбь одна Сильнее властвует над нами. Последний миг душа хранит, Забыв про все былые встречи: Единый звук последней речи Душе так внятно говорит.

Месяцу, заре, звезде, лазури

Юрий Верховский

Мой нежный, милый брат, О месяц молодой, От светозарных врат Воздушною чредой, Долиною отрад Над облачной грядой Плывешь ты грустно-рад За тихою звездой. О месяц, ясный брат — Любимый, молодой. Сестра моя — заря, Красавица сестра, Стыдливостью горя, Из тихого шатра В лазурные моря, Когда придет пора, Идешь встречать царя, Чтоб гаснуть до утра, О томная заря, Прелестная сестра. Ты, светлая жена, Звезда вечерних снов, Пленительно нежна В немом потоке слов, Любовью возжена, Свершаешь страстный лов, Душой отражена — И свет твой вечно нов, О светлая жена, Звезда вечерних снов. О благостная мать, Лазурь небес благих, Молю тебя внимать Священный, светлый стих; Да пьет он благодать, Величествен и тих, Чтоб в гимне передать Безбрежность благ твоих, О благостная мать, Лазурь небес благих. О ясный мой отец, О Гелиос — любовь, Начало и конец, Огонь, вино и кровь. Воздвигни свой венец! Слепящий рай готовь Для пламенных сердец, Блаженных вновь и вновь! О светлый мой отец, О Гелиос — любовь!

Догадка

Юрий Верховский

Какой нежданною тоской — И обольстительно и жутко — Мой хмурый прогнала покой Твоя загадочная шутка! Но для чего настроил я Свою чувствительную лиру, Когда в элегии — сатиру Узнала явно мысль моя? Иль так обманываться сладко Бывалой нежною тоской — И эта милая догадка Водила милою рукой?

Судьба с судьбой

Юрий Верховский

Ты, может быть, придешь ко мне иная, Чем та, что я любил; Придешь, как вновь — не помня и не зная Своих великих сил. Но можешь ли идти со мною рядом, А я — идти с тобой, Чтоб первый взгляд не встретился со взглядом И в них — судьба с судьбой? Твоя судьба — предаться полновластью: Суровой — не избыть. Моя судьба — гореть покорной страстью: Иной — не может быть.

Сонет

Юрий Верховский

Три месяца под вашего звездою Между волнами правлю я ладью И, глядя на небо, один пою И песней душу томную покою. Лелеемый утехою такою, Весь предаюсь живому забытью, — Быть может, хоть подобный соловью Не вешнею — осеннею тоскою. А то верней — по Гейне — как дитя, Пою, чтоб страшно не было потемок И голосок дрожащий мой не громок; И тешит сердце звездочка, светя Над лодочкою, как над колыбелью, И улыбаясь тихому веселью.

Рождественскою ночью

Юрий Верховский

Рождественскою ночью, Прощения моля, Узрела бы воочью Притихшая земля — Мечту, что ясным взорам Светла твоим, дитя: Всплывая легким хором, Свиваясь и летя, Вот — ангелы крылами Сияют в высоте, Бесплотными хвалами Ликуют о Христе И славу в вышних Богу — О, слышишь ты! — поют, На снежную дорогу С одежд сиянье льют — И в свете снежной ночи, В сей осиянной мгле Сомкнуть бы сладко очи Притихнувшей земле.

Ах, душечка моя, как нынче мне светло

Юрий Верховский

Ах, душечка моя, как нынче мне светло! Смотрю и слушаю, — от сердца отлегло, День хмурый не томит и не гнетет нимало: Твой чистый голосок звенит мне, как бывало, Вот песня милая, младенчески проста, Тебе сама собой приходит на уста; Ребячьей резвости не ищешь выраженья, А словно хоровод твои ведет движенья, И жизнью солнечной живешь сейчас вполне — И так улыбкою одною светишь мне, Что счастие твое святою детской силой Всю жизнь мне делает желанною и милой.

В туманный зимний день я шел равниной снежной

Юрий Верховский

В туманный зимний день я шел равниной снежной С оцепенелою безмолвною тоской, И веял на меня холодный, безнадежный, Покорный, мертвенный покой. Потупя голову, в бесчувственном скитанье, Казалось, чей-то сон во сне я стерегу… И, обретая вновь мгновенное сознанье, Увидел розу на снегу.

В майское утро

Юрий Верховский

Зачем, паук, уходишь торопливо

Юрий Верховский

Зачем, паук, уходишь торопливо Ты по столу от взора моего? Иль то, что мне таинственно и живо, Давно тебе обычно и мертво? Другой паук когда-то постоянно Великого маэстро навещал И, поместясь к нему на фортепьяно, Всего себя он звукам посвящал. И, одинок, любил его Бетховен. Его давно воспел другой поэт. Не потому ль уходишь, хладнокровен, Что гения в моих напевах нет, — Что, даже приманить тебя желая, Сейчас пою уж петое давно, Что чар полна всегда душа живая, Но жизнь зачаровать не всем дано?

Есть имена, таинственны и стары

Юрий Верховский

Есть имена. Таинственны и стары, Пылают властью эти имена. Как приворотных зелий семена, Они таят неведомые чары. Дивились им века и племена, Иль тихо пели их сквозь зов гитары, Они властны, как сладкие кошмары, В усладах их безвластны времена. Из них одно в прозрении глубоком Душа зовет, из века в века — одно, Покорена проникновенным оком. Не знаю я, недавно иль давно — И я настигнут именем — как Роком. Сегодня мне узнать его дано.

Как раненый олень кидается в поток

Юрий Верховский

Как раненый олень кидается в поток - И жгучие хладеют раны - И дальше мчится он, лишь, ясен и глубок, Окрашен ключ струей багряной, - Так, истомясь, душа вверяется волне Музыки светлой и певучей И, обновленная целительной вполне, Ее пронижет болью жгучей.