Анчар

[I](Поэма об изобретательстве)

Кто мчится,       кто скачет,       кто лазит и носится неистовей       бешеного письмоносца? Кто мчится,       кто скачет,       не пьет и не ест, — проситель       всех       заседающих мест? Кто мчится,       кто скачет       и жмется гонимо, — и завы,       и завы,       гордясь,       проплывают мимо? Кто он,       который       каждому в тягость, меж клумбами граждан —       травою сорной? Бедный родственник?       Беглый бродяга? Лишенный прав?       Чумной?       Беспризорный? Не старайтесь —       не угадать, куда       фантазией ни забредайте! Это       прошагивает       свои года советский изобретатель. Он лбом       прошибает       дверную серию. Как птицу,       утыкали перья. С одной       захлопнутой       справится дверью — и вновь       баррикадина дверья. Танцуй       по инстанциям,       смета и план! Инстанций,       кажись,       не останется, но вновь       за Монбланом       встает Монблан пятидесяти инстанций. Ходил       юнец и сосунок, ходил       с бородкою на лике, ходил седой…       Ходил       и слег, «и умер       бедный раб       у ног       непобедимого владыки». Кто «владыки»?       Ответ не новенький: хозяйствующие       чиновники. Ну, а нельзя ли       от хозяйства их       отослать       губерний за сто? Пусть       в океане Ледовитом живут       анчаром ядовитым.