Он был совсем один
Один щенок Был одинок, Бродил он Неприкаянно. И наконец Решил щенок: Найду себе Хозяина!
С утра собаки Всех пород С людьми Выходят из ворот. С людьми Побыть мне хочется! Зачем мне Одиночество? В каком-то Дворике пустом Один остался С детства я…
И стал щенок Мечтать о том, Как будет он Вилять хвостом, Хозяина Приветствуя.
И вот щенок Пустился в путь. Бежал он За прохожими, Но хоть спросил бы Кто-нибудь: Ты что Такой встревоженный?
Нет, у людей Свои дела: Куда-то школьница Прошла, Прошли два длинных Паренька…
Никто не смотрит На щенка. И, грустный, Озабоченный, Бежит он Вдоль обочины.
Малыш В коляске Катится!
Малыш В пушистом Платьице.
Наверно, он Возьмет Щенка?! Нет, он улегся Спать пока.
Бежит девчонка, Что-то ест. Щенок — за ней! Она — в подъезд!
Тоска Напала На щенка… Догнал он Деда, старика. Но и у деда Много дел, Он на щенка Не поглядел.
И так расстроился Щенок, Что он завыл Отчаянно:
«Я одино-о-ок, Я одино-о-о-ок, Не нахожу-уууу Хозяина!..»
Как вдруг Увидели щенка Две девочки, Две Катеньки. Они зовут Издалека: — Иди сюда, Кудлатенький.
Одна кричит, Всплеснув рукой: — Ты нужен мне Как раз такой!
Другая бросилась К нему: — Дай лучше я Тебя возьму!—
Кудлатенький! — Косматенький! — Его ласкают Катеньки.
Обнюхал девочек Щенок, Как завизжит Отчаянно… Сдержать он Радости не мог: Вдруг сразу — Два хозяина!
Похожие по настроению
Волкъ и собака
Александр Петрович Сумароков
Приятняй города гораздо лѣтомъ лѣсъ. Въ прекрасны Майски дни былъ тамъ нежирный песъ: А я не знаю прямо, Прогуливался ль тамо, Иль пищи онъ искалъ; Хотя въ лѣсу и густо; Захочется ль гулять когда въ желудкѣ пусто? Насилу ноги песъ отъ голоду таскалъ; Конечно пищею онъ тамъ себѣ ласкалъ: Не много надобно на ето толку; Однако дождался песъ новыхъ бѣдъ, Достался на обѣдъ Онъ самъ, голодну волку: Пришелъ собакѣ той изъ свѣта вонъ отъѣздъ. Хоть песъ не жиренъ, Однако волкъ и кости ѣстъ. Собака знаетъ то, что волкъ не смиренъ, И что изрядной онъ солдатъ, И что хоть онъ безъ латъ, Когда надуетъ губу, Не скоро прокусить ево удобно шубу. Пса волкъ привѣтствуетъ: здорово сватъ: Не хочешъ ли ты, братъ, Барахтаться со мной, и силъ моихъ отвѣдать? Поймалъ собаку волкъ, и хочетъ пообѣдать. Собака говоритъ: пусти меня домой, И называется она ему кумой, Любезной куманекъ, пусти сударикъ мой, Пусти меня домой: Изволь послушать, Пусти меня и дай еще ты мнѣ покушать! Въ дому у насъ великой будетъ пиръ, Сберстся къ намъ весь миръ: Такъ я остатками стола поразжирѣю, И куманьку на кушанье созрѣю. Приди ты послѣ къ намъ, А я живу вотъ тамъ. Песъ правду говоритъ, волкъ ето видитъ самъ. Поѣхала домой кума, оставивъ куму Надежду и веселу думу. По времени тамъ онъ стучался у воротъ; Но дѣло то пошло совсѣмъ на оборотъ; Воротникъ былъ въ три пуда Песъ; Тяжелъ тотъ волку вѣсъ; Боялся волкъ мой худа, И утекалъ оттоль, большою рысью, въ лѣсъ.
Щенок и котенок
Александр Введенский
1 Жили-были В огромной квартире В доме номер тридцать четыре, Среди старых корзин и картонок Щенок и котенок. Спали оба На коврике тонком – Гладкий щенок С пушистым котенком. Им в одну оловянную чашку Клали сладкую манную кашку. Утром глаза открывая спросонья, — Здравствуй, щенок, — Мурлычет котенок. Щенок, просыпаясь, Приветливо лает, Доброго утра Котенку желает. Дни проходили, Летели недели, Оба росли И оба толстели. 2 Летом на дачу В одной из картонок Поехали вместе Щенок и котенок. Поезд бежал, И колеса стучали. Щенок и котенок В картонке скучали. Щенок и котенок Дремали в тревоге, Щенок и котенок Устали в дороге. Картонку шатало, Трясло на ходу. Открыли картонку В зеленом саду. Увидев деревья, Щенок завизжал, Виляя хвостом, По траве побежал. Котенок, увидев небо и сад, Со страха в картонку забрался назад. 3 Ходят гулять По траве, по дорожкам Щенок и котенок В поля и леса. Среди земляники, Черники, морошки Однажды в лесу Они встретили пса. Пес кривоногий, С коротким хвостом Стоял у дороги, В лесу под кустом. Пес кривоногий, Оскалив пасть, Хотел на щенка и котенка Напасть. Мяукнул котенок, Залаял щенок, Подпрыгнул котенок И сел на сучок. Котенок сидит На высоком суку. — Прыгай ко мне, — Говорит он щенку. Щенок отвечает: — Я побегу, Прыгнуть на дерево Я не могу. Щенок по дороге Мчится бегом, Пес кривоногий Бежит за щенком. До самого дома, До самых ворот Бежал за щенком Кривоногий урод. 4 Тихо шумят И шуршат тростники. Щенок и котенок Сидят у реки. Смотрят, как речка, Играя, течет. Солнце щенка и котенка печет. Из темного леса На бережок Выходит пастух, Трубя в рожок. За пастухом На берег реки Идут телята, Коровы, Быки. Услышав Пастушеский Громкий рожок, Бросился в воду От страха Щенок. Вот по воде Щенок плывет, — Плыви-ка за мною, — Котенка зовет. Котенок остался На берегу. — Нет. – говорит он. – Я не могу. – Уши прижав и задравши хвост, Мчится котенок в обход Через мост. 5 Осень пришла, Листы пожелтели; Вот журавли На юг полетели. Взял хозяин щенка в работу – Стал щенок ходить на охоту. По полю заяц Несется стрелой, Мчится охотник За ним удалой. Ловкий охотник Меткий стрелок! Мчится с охотником Резвый щенок. 6 Ночью повсюду на даче тишь. Только на кухне скребется мышь. Мышь вылезает из норки, Ищет засохшие корки. Мышка, ты видишь, котенок сидит. Мышка, ты слышишь, котенок не спит. Мышка забыла про корку, Спряталась мышка в норку. 7 Этой зимою Я был в квартире, В доме под номером Тридцать четыре. Тихо у двери нажал на звонок. Слышу – за дверью залаял щенок. Дверь мне открыли, Я вижу – в прихожей Серый щенок, На себя не похожий: Мохнатые уши, Огромный рост, Длинный и черный Лохматый хвост. А в коридоре я вижу – Со шкапа Чья-то свисает Пушистая лапа. Тут среди старых корзин и картонок Лежит на себя не похожий котенок. Толстый, огромный, пушистый кот Лежит и лижет Себе живот. Псу и коту говорю я — Друзья, Вы подросли, и узнать вас нельзя. Кот на меня лениво взглянул, Пес потянулся и сладко зевнул. Оба мне разом ответили: — Что же, Ты изменился И вырос тоже.
Жалостная песенка про кошечек и собачечек
Борис Владимирович Заходер
Ах, Где-то Кошечки И Собачечки Бегают по свету – Но Ни Кошечки, Ни Собачечки У ребёнка нету…Ах, Эти Кошечки Да Собачечки Жизнь так украшают, Но мне Ни Кошечку Ни Собачечку Взять не разрешают!..Ах, Мне Ни Кошечку Ни Собачечку Взять не разрешают!.. Мол, будто Кошечки да Собачечки Людям жить Мешают…Ах, Ни Кошечки, Ни Собачечки Жить нам Не мешают – А мешают нам Те, которые Всё не разрешают!Ах, Мне бы Кошечку, Мне Собачечку – Всё равно Какую – Ведь без Кошечки, Без Собачечки Горько я Тоскую…
Крысаков и две собачки
Даниил Иванович Хармс
1 Любитель маленьких щенков Иван Иваныч Крысаков. Он каждый вечер ровно в пять Идет на улицу гулять. — Погасла трубка. Не беда. Ее зажжем мы без труда. В кармане книжка и пакет, И только спичек нет как нет. — Иван Иваныч, погляди — Табак и спички позади. — Друзья мои, я очень рад, Вот вам в награду мармелад. Иван Иваныч Крысаков Берет за пазуху щенков, Приносит их к себе домой И ставит на пол пред собой. — Отныне, милые друзья, Вы заживете у меня. — Но, чур, не прыгать, не скакать, Когда я буду рисовать. Иван Иваныч вдруг зевнул, В кровать зарылся и заснул, И двое маленьких щенят В ногах хозяина храпят. 2 Иван Иваныч Крысаков Проснулся весел и здоров. Мольберт подвинул, и чуть свет Рисует тетушкин портрет, А два приятеля в углу Кончают завтрак на полу. Но из-за кости мозговой Вдруг начинают страшный бой. Уже вцепился в Бома Бим, Как вихрь он бросился за ним. И от него несчастный Бом Визжа спасается бегом. — Держи его! Прыжок, другой… — Иван Иваныч, что с тобой? — Куда девался твой портрет? Увы, на шею он надет. И горько плачут две собаки: Вот до чего доводят драки.
Мой пес
Евгений Александрович Евтушенко
В стекло уткнув свой черный нос, все ждет и ждет кого-то пес.Я руку в шерсть его кладу, и тоже я кого-то жду.Ты помнишь, пес, пора была, когда здесь женщина жила.Но кто же мне была она? Не то сестра, не то жена.А иногда, казалось, дочь, которой должен я помочь.Она далеко… Ты притих. Не будет женщин здесь других.Мой славный пес, ты всем хорош, и только жаль, что ты не пьешь!
Да, я один, меня не понимают
Константин Аксаков
Да, я один, меня не понимают, И людям-братьям я чужой. Напрасно высказать себя стараюсь: Для них не внятен голос мой.Да, я один; так отрекусь от мира, Свои мечты в себе я заключу, И пусть, непонятый, в юдоли света Я жизнь свою пустынно провлачу.Да, я один; надежды разлетелись; Не передать, не высказать себя! Хоть грустно мне, но грусть моя спокойна, С покорностью свой жребий принял я.Пусть я один; но чудные мгновенья Ко мне зато слетают с вышины: Предчувствия, неясные виденья И грустные и радостные сны.
Он год в моих дружках ходил
Лев Ошанин
Он год в моих дружках ходил, Мне улыбался и кадил, Пока ему я нужен был! Потом меня он обходил… И вдруг успех его забыл. И вот он вновь ко мне прилез, А мы с Тайгой — тихонько в лес. У моего дружка Тайги Четыре тоненьких ноги. Большие уши, мокрый нос И сердце верное до слез.
Дитя и собака
Марина Ивановна Цветаева
Ребенок — великое счастье в доме, Сокровище! Праздник! Звезда во мгле! Ведь выжил твой сын, не зачах, не помер, — Чего ж ты толкуешь о горе и зле? — Ни денег, ни времени нет, соседка! Унять его нужно, — а бьешь за плач, Сказать ему нужно, — не дом, а клетка. Играть ему нужно, — из тряпки — мяч. Сокровище, да не по жизни нашей. С утра до полуночи крик да рев, Ему опостылела наша каша С приправой из ругани и пинков. Всё вместе: столовая, кухня, спальня. Обои облуплены, шкаф опух, Скамейка расслаблена, печь печальна. В окно никогда не поет петух. Восход ли, закат ли — все та же темень Прорехи, и крохи, и смрад и пот — Вот счастье, сужденное бедным семьям. Все прочие радости — для господ! Вот был бы ты песиком, на собачку Охотников много меж праздных бар. Забыл бы трущобу и маму-прачку… Но нету купца на такой товар.
Багаж
Самуил Яковлевич Маршак
Дама сдавала в багаж Диван, Чемодан, Саквояж, Картину, Корзину, Картонку И маленькую собачонку. Выдали даме на станции Четыре зеленых квитанции О том, что получен багаж: Диван, Чемодан, Саквояж, Картина, Корзина, Картонка И маленькая собачонка. Вещи везут на перрон. Кидают в открытый вагон. Готово. Уложен багаж: Диван, Чемодан, Саквояж, Картина, Корзина, Картонка И маленькая собачонка. Но только раздался звонок, Удрал из вагона щенок. Хватились на станции Дно: Потеряно место одно. В испуге считают багаж: Диван, Чемодан, Саквояж, Картина, Корзина, Картонка… — Товарищи! Где собачонка? Вдруг видят: стоит у колес Огромный взъерошенный пес. Поймали его — и в багаж, Туда, где лежал саквояж, Картина, Корзина, Картонка, Где прежде была собачонка. Приехали в город Житомир. Носильщик пятнадцатый номер Везет на тележке багаж: Диван, Чемодан, Саквояж, Картину, Корзину, Картонку, А сзади ведут собачонку. Собака-то как зарычит, А барыня как закричит: — Разбойники! Воры! Уроды! Собака — не той породы! Швырнула она чемодан, Ногой отпихнула диван, Картину, Корзину, Картонку… — Отдайте мою собачонку! — Позвольте, мамаша! На станции, Согласно багажной квитанции, От вас получили багаж: Диван, Чемодан, Саквояж, Картину, Корзину, Картонку И маленькую собачонку. Однако За время пути Собака Могла подрасти!
Лирический динамизм
Вадим Шершеневич
Другому: иконописно величай зарю! А мне присудили: Быть просто собакой, И собачьим нюхом набили Ноздрю.Хорошо б еще дали борзой мне ляжки, Я гонял бы коричневых лис по лесам, А то так трудно быть грязной дворняжкой, Что делать эдаким псам?!Привыкший к огрызкам, а не к мясу и булкам, Посетитель помоек и ожора костей, Хвост задравши трубою, бегу переулком, Унюхивая шаг единственной своей.Вот так ее чуять, сквозь гул бы, сквозь шум бы! И бежать! Рысцою бежать! Но видно судьба мне: у каждой тумбы Останавливаться на миг, чтобы ногу поднять.И знаю по запаху тумбы пропревшей, Что много таких же дворняжных собак Уже пробегло здесь, совсем очумевших, Ища на панели немыслимый шаг!Звонко кричу галеркою голоса ваше имя, Повторяю его Партером баса моего. Вот к ладоням вашим губами моими Присосусь, пока сердце не навзничь мертво.Вас взвидя и радый, как с необитаемого острова Заметящий пароходную струю, Вам хотел я так много, но глыбою хлеба черствого Принес лишь любовь людскую Большую Мою.Вы примите ее и стекляшками слез во взгляде Вызвоните дни бурые, как антрацит. Вам любовь дарю — как наивный ребенок любимому дяде Свою сломанную игрушку дарит.И внимательный дядя знает, что это Самое дорогое ребенок дал. Чем же он виноват, что большего Нету, Что для большего Он еще мал?!Это вашим ладоням несу мои детские вещи: Человечью поломанную любовь о поэтину тишь. И сердце плачет и надеждою блещет, Как после ливня железо крыш.
Другие стихи этого автора
Всего: 192Его семья
Агния Барто
У Вовы двойка с минусом — Неслыханное дело! Он у доски не двинулся. Не взял он в руки мела! Стоял он будто каменный: Он стоял как статуя. — Ну как ты сдашь экзамены? Волнуется вожатая. — Твою семью, отца и мать, На собранье упрекать Директор будет лично! У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, Но твоей семьей пока Директор недоволен: Она растить ученика Не помогает школе. — Ну при чем моя семья?- Он говорит вздыхая.- Получаю двойки я — И вдруг семья плохая! Упреки он бы перенес, Не показал бы виду, Но о семье идет вопрос — Семью не даст в обиду! Будут маму упрекать: «У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, А вы одна — плохая мать!»- Директор скажет лично. Печально Вова смотрит вдаль, Лег на сердце камень: Стало маму очень жаль… Нет, он сдаст экзамен! Скажет маме: «Не грусти, На меня надейся! Нас должны перевести В хорошее семейство!»
Дом переехал
Агния Барто
Возле Каменного моста, Где течет Москва-река, Возле Каменного моста Стала улица узка. Там на улице заторы, Там волнуются шоферы. — Ох,— вздыхает постовой, Дом мешает угловой! Сёма долго не был дома — Отдыхал в Артеке Сёма, А потом он сел в вагон, И в Москву вернулся он. Вот знакомый поворот — Но ни дома, ни ворот! И стоит в испуге Сёма И глаза руками трет. Дом стоял На этом месте! Он пропал С жильцами вместе! — Где четвертый номер дома? Он был виден за версту! — Говорит тревожно Сёма Постовому на мосту.— Возвратился я из Крыма, Мне домой необходимо! Где высокий серый дом? У меня там мама в нем! Постовой ответил Сёме: — Вы мешали на пути, Вас решили в вашем доме В переулок отвезти. Поищите за угломя И найдете этот дом. Сёма шепчет со слезами: — Может, я сошел с ума? Вы мне, кажется, сказали, Будто движутся дома? Сёма бросился к соседям, А соседи говорят: — Мы все время, Сёма, едем, Едем десять дней подряд. Тихо едут стены эти, И не бьются зеркала, Едут вазочки в буфете, Лампа в комнате цела. — Ой,— обрадовался Сёма,— Значит, можно ехать Дома? Ну, тогда в деревню летом Мы поедем в доме этом! В гости к нам придет сосед: «Ах!»— а дома… дома нет. Я не выучу урока, Я скажу учителям: — Все учебники далеко: Дом гуляет по полям. Вместе с нами за дровами Дом поедет прямо в лес. Мы гулять — и дом за нами, Мы домой — а дом… исчез. Дом уехал в Ленинград На Октябрьский парад. Завтра утром, на рассвете, Дом вернется, говорят. Дом сказал перед уходом: «Подождите перед входом, Не бегите вслед за мной — Я сегодня выходной». — Нет,— решил сердито Сёма, Дом не должен бегать сам! Человек — хозяин дома, Все вокруг послушно нам. Захотим — и в море синем, В синем небе поплывем! Захотим — И дом подвинем, Если нам мешает дом!
Докладчик
Агния Барто
Выступал докладчик юный, Говорил он о труде. Он доказывал с трибуны: — Нужен труд всегда, везде! Нам велит трудиться школа, Учит этому отряд… — Подними бумажки с пола! Крикнул кто-то из ребят. Но тут докладчик морщится: — На это есть уборщица!
Дикарка
Агния Барто
Утро. На солнышке жарко. Кошка стоит у ручья. Чья это кошка? Ничья! Смотрит на всех, Как дикарка. Мы объясняли дикарке: — Ты же не тигр в Зоопарке, Ты же обычная кошка! Ну, помурлычь хоть немножко! Кошка опять, как тигрица, Выгнула спину и злится. Кошка крадется по следу… Зря мы вели с ней беседу.
Болтунья
Агния Барто
Что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Драмкружок, кружок по фото, Хоркружок — мне петь охота, За кружок по рисованью Тоже все голосовали. А Марья Марковна сказала, Когда я шла вчера из зала: «Драмкружок, кружок по фото Это слишком много что-то. Выбирай себе, дружок, Один какой-нибудь кружок». Ну, я выбрала по фото… Но мне еще и петь охота, И за кружок по рисованью Тоже все голосовали. А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Я теперь до старости В нашем классе староста. А чего мне хочется? Стать, ребята, летчицей. Поднимусь на стратостате… Что такое это, кстати? Может, это стратостат, Когда старосты летят? А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! У меня еще нагрузки По-немецки и по-русски. Нам задание дано — Чтенье и грамматика. Я сижу, гляжу в окно И вдруг там вижу мальчика. Он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А я говорю: «У меня нагрузки По-немецки и по-русски». А он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда!
Дедушкина внучка
Агния Барто
Шагает утром в школы Вся юная Москва, Народ твердит глаголы И сложные слова. А Клава-ученица С утра в машине мчится По Садовому кольцу Прямо к школьному крыльцу. Учитель седовласый Пешком приходит в классы, А Клавочка — в машине. А по какой причине И по какому праву Везет машина Клаву? — Я дедушкина внучка, Мой дед — Герой Труда…— Но внучка — белоручка, И в этом вся беда! Сидит она, скучая И отложив тетрадь, Но деду чашки чая Не вздумает подать. Зато попросит деда: — Ты мне машину дашь? Я на каток поеду!— И позвонит в гараж. Случается порою — Дивится весь народ: У дедушки-героя Бездельница растет.
Двояшки
Агния Барто
Мы друзья — два Яшки, Прозвали нас «двояшки». — Какие непохожие!- Говорят прохожие. И должен объяснять я, Что мы совсем не братья, Мы друзья — два Якова, Зовут нас одинаково.
Гуси-лебеди
Агния Барто
Малыши среди двора Хоровод водили. В гуси-лебеди игра, Серый волк — Василий. — Гуси-лебеди, домой! Серый волк под горой! Волк на них и не глядит, Волк на лавочке сидит. Собрались вокруг него Лебеди и гуси. — Почему ты нас не ешь?— Говорит Маруся. — Раз ты волк, так ты не трусь! Закричал на волка гусь. —От такого волка Никакого толка! Волк ответил:— Я не трушу, Нападу на вас сейчас. Я доем сначала грушу, А потом примусь за вас!
Две бабушки
Агния Барто
Две бабушки на лавочке Сидели на пригорке. Рассказывали бабушки: — У нас одни пятерки! Друг друга поздравляли, Друг другу жали руки, Хотя экзамен сдали Не бабушки, а внуки!
Лягушата
Агния Барто
Пять зелёных лягушат В воду броситься спешат — Испугались цапли! А меня они смешат: Я же этой цапли Не боюсь ни капли!
Две сестры глядят на братца
Агния Барто
Две сестры глядят на братца: Маленький, неловкий, Не умеет улыбаться, Только хмурит бровки. Младший брат чихнул спросонок, Радуются сестры: — Вот уже растет ребенок — Он чихнул, как взрослый!
Выборы
Агния Барто
Собрались на сбор отряда Все! Отсутствующих нет! Сбор серьезный: Выбрать надо Лучших девочек в совет. Галю вычеркнут из списка! Все сказали ей в глаза: — Ты, во-первых, эгоистка, Во-вторых, ты егоза. Предлагают выбрать Свету: Света пишет в стенгазету, И отличница она. — Но играет в куклы Света! — Заявляет Ильина. — Вот так новый член совета! Нянчит куколку свою! — Нет! — кричит, волнуясь, Света, — Я сейчас ей платье шью. Шью коричневое платье, Вышиваю поясок. Иногда, конечно, кстати Поиграю с ней часок. — Даже нужно шить для кукол! — Заступается отряд. — Будет шить потом для внуков! — Пионерки говорят. Подняла Наташа руку: — Мы вопрос должны решить. Я считаю, что для кукол В пятом классе стыдно шить! Стало шумно в школьном зале, Начался горячий спор, Но, подумав, все сказали: — Шить для кукол — не позор! Не уронит этим Света Своего авторитета.