Мы в зоопарке

Агния Барто

— Белая медведица! — Во льдах живет она? — Метель и гололедица Медведям не страшна?

— Ой, медвежонок маленький! — Ребенку только год! — На нем такие валенки, Что в них не страшен лед.

— Ой, медведь шагает бурый! — Он одет в тяжелый мех. Он осанистой фигурой Может страх нагнать на всех!

Обед! Обед! Несут обед! Больше ждать терпенья нет: Не дадут ему обеда, Он сейчас же съест соседа.

У маленького соболя Пока еда особая: Все о нем заботятся И кормят по часам, А он такой Догадливый: Сосать умеет сам.

В зоопарке тихий час, Точно так же, как у нас! Они лежат, И мы лежим. Одинаковый режим.

Похожие по настроению

Дикарка

Агния Барто

Утро. На солнышке жарко. Кошка стоит у ручья. Чья это кошка? Ничья! Смотрит на всех, Как дикарка. Мы объясняли дикарке: — Ты же не тигр в Зоопарке, Ты же обычная кошка! Ну, помурлычь хоть немножко! Кошка опять, как тигрица, Выгнула спину и злится. Кошка крадется по следу… Зря мы вели с ней беседу.

Жалею зверей

Андрей Дементьев

Жалею зверей в зоопарке. И в цирке мне жалко зверей. Как люди на зрелища падки! Когда же мы станем добрей? И лев уже ходит под кличкой. Барьер на манеже берет. И царскую гордость публично Меняет на бутерброд. А некто, войдя к нам в доверье, Устроил аттракцион: И в пасть онемевшему зверю Сует свою лысину он. Лев нежно обходится с нею. И, занятый скучной игрой, Он кажется много умнее, Чем этот манежный герой. Жалею зверей в зоопарке. У неба украденных птиц. Вон той молодой леопардке Все хочется клетку открыть. Не терпится выйти на волю, Вернуться в былую судьбу. Но приступы гнева и боли Весьма забавляют толпу. Ей дети бросают конфетки. Наверно, жалеют ее. За что красота эта в клетке?! И в чем провинилось зверье? Я взглядом встречаюсь с гориллой. В глазах у гориллы упрек: «Я предков тебе подарила. А ты нас в неволю упек». И вдруг осенил меня предок Печальной догадкой своей: «Ведь им безопасней из клеток Соседствовать с миром людей».

Жил-был слоненок

Эдуард Николавевич Успенский

Одну простую сказку, А может, и не сказку, А может, не простую Хочу я рассказать. Ее я помню с детства, А может, и не с детства, А может, и не помню, Но буду вспоминать. В одном огромном парке, А может, и не в парке, А может, в зоопарке У мамы с папой жил Один смешной слоненок, А может, не слоненок, А может, поросенок, А может, крокодил. Однажды зимним вечером, А может, летним вечером Он погулять по парку Без мамы захотел И заблудился сразу, А может, и не сразу, Уселся на скамеечку И громко заревел. Какой-то взрослый аист, А может, и не аист, А может, и не взрослый, А очень молодой Решил помочь слоненку А может, поросенку А может, крокодильчику И взял его с собой. Вот эта твоя улица? — Вот эта моя улица, А может быть, не эта, А может, не моя.— Вот это твоя клетка? — Вот это моя клетка, А может, и не эта, Не помню точно я. Так целый час ходили, А может, два ходили От клетки до бассейна Под солнцем и в пыли, Но дом, где жил слоненок, А может, поросенок, А может, крокодильчик, В конце концов нашли. А дома папа с бабушкой, А может, мама с дедушкой Сейчас же накормили Голодного сынка, Слегка его погладили, А может, не погладили, Слегка его пошлепали, А может, не слегка. Но с этих пор слоненок А может, поросенок А может, крокодильчик Свой адрес заучил И помнит очень твердо, И даже очень твердо. Я сам его запомнил, Но только позабыл.

В зоопарке Лондона

Илья Эренбург

До слез доверчива собака, Нетороплива черепаха, Близка к искусству обезьяна, Большие чувства у барана, Но говорят, что только люди — И дело здесь не в глупом чуде, А дело здесь в природе высшей, А дело здесь в особой мышце, И не скворец в своей скворешне И никакой не пересмешник, Не попугай или лисица Не могут этого добиться, Но только люди — это с детства,— Едва успеют осмотреться, Им даже нечего стараться — Они умеют улыбаться. Я много жил и видел многих, Высокомерных и убогих, И тех, что открывают звезды, И тех, что разоряют гнезда. Есть у людей носы и ноги Для любопытства, для тревоги, Есть настороженные уши Для тишины, для малодушья, Есть голова для всякой прыти, Кровопролитий и открытий, Чтоб расщепить, как щепку, атом, Чтоб за Луну был всяк просватан, Чтоб был Сатурн в минуту добыт, Чтоб рифмовал и плакал робот. Умеют люди зазнаваться, Но разучились улыбаться, И только в вечер очень жаркий В большом и душном зоопарке, Где, не мечтая о победе, Лизали кандалы медведи, Где были всяческие люди — И дети королевских судей, И маклеры, а с ними жены, И малолетние Ньютоны, Где люди громко гоготали, А звери выли от печали, Где даже тигр пытался мямлить, Как будто он не тигр, а Гамлет, Да, только там, у тесных клеток, Средь мудрецов и малолеток, Я видел, как один слоненок, Быть может, сдуру иль спросонок, Взглянув на дамские убранства, На грустное, пустое чванство, Наивен будучи и робок, Слегка приподнял тонкий хобот, И словно от природы высшей, И словно одарен он мышцей, К слонихе быстро повернулся, Не выдержал и улыбнулся.

В зоопарке

Илья Сельвинский

Здесь чешуя, перо и мех, Здесь стон, рычанье, хохот, выкрик, Но потрясает больше всех Философическое в тиграх:Вот от доски и до доски Мелькает, прутьями обитый, Круженье пьяное обиды, Фантасмагория тоски.

Разговоры

Ирина Токмакова

Ходит солнышко по кругу. Спит в лесу лосиха. Мы идём с тобой по лугу Тихо, тихо, тихо. Мы пройдёмся по опушке, Мы найдём тропинку. Вон сорока на верхушке Клювом чистит спинку. Вон на камне придорожном, Словно вросшем в землю, Осторожно, осторожно Ящерица дремлет. Тянет к солнышку бутончик Зверобой целебный… Есть у нас магнитофончик, Не простой, волшебный. Он на тоненькую плёнку Пишет разговоры: Что сказал комар зайчонку, Лягушачьи споры. Те слова, что колокольчик Говорит подёнке. Пишет все магнитофончик На волшебной плёнке. Целый день он с нами ходит, А настанет вечер, Разговоры переводит В звуки нашей речи. Тихо, тихо, ни словечка! Мы нажали кнопку. Так о чём спросила речка Узенькую тропку? И о чём поведал ветер Листьям дикой груши? Мы узнаем всё на свете. Помолчи, послушай.

Детский мир

Константин Бальмонт

Белки, зайки, мышки, крыски, Землеройки, и кроты, Как вы вновь мне стали близки! Снова детские цветы. Незабудки расцветают, Маргаритки щурят глаз, Подорожники мечтают — Вот роса зажжет алмаз. Вплоть до самой малой мошки, Близок стал мне мир живых, И змеистые дорожки Повели к кустам мой стих. А в кустах, где все так дико, Притаился хмурый еж. Вон краснеет земляника, Сколько ягод здесь найдешь! Все цветы на зов ответят, Развернув свои листки А в ночах твой путь осветят Между травок светляки.

Детские стихи

Николай Олейников

Весел, ласков и красив, Зайчик шел в коператив.

Медвежонок

Валентин Берестов

Медведица ласково сына качает. Малыш веселится, малыш не скучает. Он думает: это смешная игра, Не зная, что спать медвежатам пора.

У зверей

Владимир Солоухин

Зверей показывают в клетках — Там леопард, а там лиса, Заморских птиц полно на ветках, Но за решеткой небеса.На обезьян глядят зеваки, Который трезв, который пьян, И жаль, что не дойдет до драки У этих самых обезьян.Они хватают что попало, По стенам вверх и вниз снуют И, не стесняясь нас нимало, Визжат, плюются и жуют.Самцы, детеныши, мамаши, Похожесть рук, ушей, грудей, О нет, не дружеские шаржи, А злые шаржи на людей,Пародии, карикатуры, Сарказм природы, наконец! А вот в отдельной клетке хмурый, Огромный обезьян. Самец.Но почему он неподвижен И безразличен почему? Как видно, чем-то он обижен В своем решетчатом дому?Ему, как видно, что-то надо? И говорит экскурсовод: — Погибнет. Целую декаду Ни грамма пищи не берет.Даем орехи и бананы, Кокос даем и ананас, Даем конфеты и каштаны — Не поднимает даже глаз.— Он, вероятно, болен или Погода для него не та? — Да нет. С подругой разлучили. Для важных опытов взята.И вот, усилья бесполезны… О зверь, который обречен, Твоим характером железным Я устыжен и обличен!Ты принимаешь вызов гордо, Бескомпромиссен ты в борьбе, И что такое «про» и «контра», Совсем неведомо тебе.И я не вижу ни просвета, Но кашу ем и воду пью, Читаю по утрам газеты И даже песенки пою.Средь нас не выберешь из тыщи Характер, твоему под стать: Сидеть в углу, отвергнуть пищу И даже глаз не поднимать.

Другие стихи этого автора

Всего: 192

Его семья

Агния Барто

У Вовы двойка с минусом — Неслыханное дело! Он у доски не двинулся. Не взял он в руки мела! Стоял он будто каменный: Он стоял как статуя. — Ну как ты сдашь экзамены? Волнуется вожатая. — Твою семью, отца и мать, На собранье упрекать Директор будет лично! У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, Но твоей семьей пока Директор недоволен: Она растить ученика Не помогает школе. — Ну при чем моя семья?- Он говорит вздыхая.- Получаю двойки я — И вдруг семья плохая! Упреки он бы перенес, Не показал бы виду, Но о семье идет вопрос — Семью не даст в обиду! Будут маму упрекать: «У нас хороших двадцать пять И три семьи отличных, А вы одна — плохая мать!»- Директор скажет лично. Печально Вова смотрит вдаль, Лег на сердце камень: Стало маму очень жаль… Нет, он сдаст экзамен! Скажет маме: «Не грусти, На меня надейся! Нас должны перевести В хорошее семейство!»

Дом переехал

Агния Барто

Возле Каменного моста, Где течет Москва-река, Возле Каменного моста Стала улица узка. Там на улице заторы, Там волнуются шоферы. — Ох,— вздыхает постовой, Дом мешает угловой! Сёма долго не был дома — Отдыхал в Артеке Сёма, А потом он сел в вагон, И в Москву вернулся он. Вот знакомый поворот — Но ни дома, ни ворот! И стоит в испуге Сёма И глаза руками трет. Дом стоял На этом месте! Он пропал С жильцами вместе! — Где четвертый номер дома? Он был виден за версту! — Говорит тревожно Сёма Постовому на мосту.— Возвратился я из Крыма, Мне домой необходимо! Где высокий серый дом? У меня там мама в нем! Постовой ответил Сёме: — Вы мешали на пути, Вас решили в вашем доме В переулок отвезти. Поищите за угломя И найдете этот дом. Сёма шепчет со слезами: — Может, я сошел с ума? Вы мне, кажется, сказали, Будто движутся дома? Сёма бросился к соседям, А соседи говорят: — Мы все время, Сёма, едем, Едем десять дней подряд. Тихо едут стены эти, И не бьются зеркала, Едут вазочки в буфете, Лампа в комнате цела. — Ой,— обрадовался Сёма,— Значит, можно ехать Дома? Ну, тогда в деревню летом Мы поедем в доме этом! В гости к нам придет сосед: «Ах!»— а дома… дома нет. Я не выучу урока, Я скажу учителям: — Все учебники далеко: Дом гуляет по полям. Вместе с нами за дровами Дом поедет прямо в лес. Мы гулять — и дом за нами, Мы домой — а дом… исчез. Дом уехал в Ленинград На Октябрьский парад. Завтра утром, на рассвете, Дом вернется, говорят. Дом сказал перед уходом: «Подождите перед входом, Не бегите вслед за мной — Я сегодня выходной». — Нет,— решил сердито Сёма, Дом не должен бегать сам! Человек — хозяин дома, Все вокруг послушно нам. Захотим — и в море синем, В синем небе поплывем! Захотим — И дом подвинем, Если нам мешает дом!

Докладчик

Агния Барто

Выступал докладчик юный, Говорил он о труде. Он доказывал с трибуны: — Нужен труд всегда, везде! Нам велит трудиться школа, Учит этому отряд… — Подними бумажки с пола! Крикнул кто-то из ребят. Но тут докладчик морщится: — На это есть уборщица!

Дикарка

Агния Барто

Болтунья

Агния Барто

Что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Драмкружок, кружок по фото, Хоркружок — мне петь охота, За кружок по рисованью Тоже все голосовали. А Марья Марковна сказала, Когда я шла вчера из зала: «Драмкружок, кружок по фото Это слишком много что-то. Выбирай себе, дружок, Один какой-нибудь кружок». Ну, я выбрала по фото… Но мне еще и петь охота, И за кружок по рисованью Тоже все голосовали. А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! Я теперь до старости В нашем классе староста. А чего мне хочется? Стать, ребята, летчицей. Поднимусь на стратостате… Что такое это, кстати? Может, это стратостат, Когда старосты летят? А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда! У меня еще нагрузки По-немецки и по-русски. Нам задание дано — Чтенье и грамматика. Я сижу, гляжу в окно И вдруг там вижу мальчика. Он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А я говорю: «У меня нагрузки По-немецки и по-русски». А он говорит: «Иди сюда, Я тебе ирису дам». А что болтунья Лида, мол, Это Вовка выдумал. А болтать-то мне когда? Мне болтать-то некогда!

Дедушкина внучка

Агния Барто

Шагает утром в школы Вся юная Москва, Народ твердит глаголы И сложные слова. А Клава-ученица С утра в машине мчится По Садовому кольцу Прямо к школьному крыльцу. Учитель седовласый Пешком приходит в классы, А Клавочка — в машине. А по какой причине И по какому праву Везет машина Клаву? — Я дедушкина внучка, Мой дед — Герой Труда…— Но внучка — белоручка, И в этом вся беда! Сидит она, скучая И отложив тетрадь, Но деду чашки чая Не вздумает подать. Зато попросит деда: — Ты мне машину дашь? Я на каток поеду!— И позвонит в гараж. Случается порою — Дивится весь народ: У дедушки-героя Бездельница растет.

Двояшки

Агния Барто

Мы друзья — два Яшки, Прозвали нас «двояшки». — Какие непохожие!- Говорят прохожие. И должен объяснять я, Что мы совсем не братья, Мы друзья — два Якова, Зовут нас одинаково.

Гуси-лебеди

Агния Барто

Малыши среди двора Хоровод водили. В гуси-лебеди игра, Серый волк — Василий. — Гуси-лебеди, домой! Серый волк под горой! Волк на них и не глядит, Волк на лавочке сидит. Собрались вокруг него Лебеди и гуси. — Почему ты нас не ешь?— Говорит Маруся. — Раз ты волк, так ты не трусь! Закричал на волка гусь. —От такого волка Никакого толка! Волк ответил:— Я не трушу, Нападу на вас сейчас. Я доем сначала грушу, А потом примусь за вас!

Две бабушки

Агния Барто

Две бабушки на лавочке Сидели на пригорке. Рассказывали бабушки: — У нас одни пятерки! Друг друга поздравляли, Друг другу жали руки, Хотя экзамен сдали Не бабушки, а внуки!

Лягушата

Агния Барто

Пять зелёных лягушат В воду броситься спешат — Испугались цапли! А меня они смешат: Я же этой цапли Не боюсь ни капли!

Две сестры глядят на братца

Агния Барто

Две сестры глядят на братца: Маленький, неловкий, Не умеет улыбаться, Только хмурит бровки. Младший брат чихнул спросонок, Радуются сестры: — Вот уже растет ребенок — Он чихнул, как взрослый!

Выборы

Агния Барто

Собрались на сбор отряда Все! Отсутствующих нет! Сбор серьезный: Выбрать надо Лучших девочек в совет. Галю вычеркнут из списка! Все сказали ей в глаза: — Ты, во-первых, эгоистка, Во-вторых, ты егоза. Предлагают выбрать Свету: Света пишет в стенгазету, И отличница она. — Но играет в куклы Света! — Заявляет Ильина. — Вот так новый член совета! Нянчит куколку свою! — Нет! — кричит, волнуясь, Света, — Я сейчас ей платье шью. Шью коричневое платье, Вышиваю поясок. Иногда, конечно, кстати Поиграю с ней часок. — Даже нужно шить для кукол! — Заступается отряд. — Будет шить потом для внуков! — Пионерки говорят. Подняла Наташа руку: — Мы вопрос должны решить. Я считаю, что для кукол В пятом классе стыдно шить! Стало шумно в школьном зале, Начался горячий спор, Но, подумав, все сказали: — Шить для кукол — не позор! Не уронит этим Света Своего авторитета.