Горько надоел я всем

Вильгельм Карлович Кюхельбекер

Горько надоел я всем, Самому себе и прочим: Перестать бы жить совсем! Мы о чем же здесь хлопочем? Ждешь чего-то впереди… Впереди ж все хуже, хуже; Путь грязней, тяжеле, уже — Ты же все вперед иди! То ли дело лоно гроба! Там безмолвно и темно, Там молчат мечты и злоба: В гроб убраться бы давно!

Похожие по настроению

Устал я. Смерть близка. К порогу…

Александр Александрович Блок

Устал я. Смерть близка. К порогу Ползет и крадется, как зверь, И растворяет понемногу Мою незамкнутую дверь. Она меня настигнет ночью, Подаст мне пробужденья знак, И мне представится воочью Ее бледнеющий призра?к. Тогда расстанусь с этим миром, А может быть, вернусь опять, — И в новом теле с духом сирым Пойду бесцельно трепетать: Опять испытывать утраты, — И озлобленья слезы лить Над всем, что дорого и свято, И всем, что хочется любить… К чему? Никто не даст ответа. Душевный мир — богам кадить… Но этот мир душа поэта Не может больше выносить!29 ноября 1899

Мне за гражданскую тоску

Алексей Жемчужников

Мне за «гражданскую» тоску Один философ задал гонку И прочитал мне, старику, Нравоученье, как ребенку.«Впадать в унынье — неумно; Смотреть на жизнь должны мы бодро, Ведь после дня — всегда темно, И дождь всегда сменяет вёдро. В явленьях жизни есть черед, Но ни добра в них нет, ни худа. Вчера бежали мы вперед, Сегодня пятимся покуда. Пускай свистят бичи сатир, Пусть ноют жалобные песни,- Когда в дрему впадает мир, Не разбудить его — хоть тресни! Коль мы бесспорно признаем Законы жизни мировые — Под неизбежным их ярмом Покорно склоним наши выи. Гражданских слез логичней — смех! Против рожна не прет философ. Не признаю я ваших всех Так называемых вопросов. Плач не спасет от бед и зол. В стихах же плач не даст и славы. Прощайте. Dixi *». И ушел. Что ж! Ведь его сужденья — здравы. Он сам — и молод, и здоров… Какие ж могут быть причины, Что от здоровья этих слов Так веет запах мертвечины? Я кончил (лат.).- Ред.

Маленький балаган на маленькой планете «Земля»

Андрей Белый

Выкрикивается в берлинскую форточку без перерываБум-бум: Началось!1 Сердце — исплакалось: плакать — Нет Мочи!.. Сердце мое, — Замолчи и замри — В золотоокие, долгие ночи, В золото-карие Гари Зари… 2 Из фиолетовых — Там — Расстояний — Молний малиновых нам Миготня… Смотрят браслетами Ясных Сияний Бор — Красностволый — на умерки Дня. 3 В этом С судьбою — — С тобою — Не спорящем Взоре, — Светами Полнится Тихая даль. Летами Молнится Тихое горе, — Тысячелетием плачет: печаль. 4 Впейся в меня Бриллиантами Взгляда… Под амиантовым Небом Сгори. Пей Просияние сладкого яда, — Золотокарие Гари Зари. 5 Говори, говори, говори, Говори же — — В года — — Где — Переценивается Вода — — Где — — Тени Тишь И Тьма — — Нет Или Да? — — Свет Или Тьма? И — ближе, ближе, ближе — — Тьма Сама! 6 В твоем вызове — Ложь — — Искажение Духа Жизни!.. Так Взбрызни Же В Очи Водою забвения! — Вызови — — Предсмертную дрожь — Уничтожь! 7 Зачем, — — Ты клевещешь на духа? Зачем, — Это — — Уродливое Искажение Жизни — — Худое! Угодливое Лицо — — Со сладострастным Бесстрастием, Вкладываемым В — — «Значит, так суждено: Были Ли Или Нет? Забыли». 8 Что ж? Если так суждено… — 9 Все равно: — — Ведь расплещешься в брызни Разъявшейся ночи Ты Так, — — Как — — Расплещется в бури Поднявшейся Пыли — — Желтое И Седое — — Кольцо! 10 В твоем Вызове Хмури Ночи — — И — — Ложь! Взбрызни В очи — — Забвение! Вызови ж — Предсмертную дрожь! Взвизгни ж, Сердце Мое, — Дикий Вырванный Стриж: В бездны Звездные — — Сердце — — Ты — Крики дикие Мчишь! 11 Да, — — Ты — — Выспренней ложью обводишь Злой Круг Вкруг Себя, — И — — Ты — — С искренней дрожью уходишь Навеки, Злой друг, От меня — — Без — — Ответа… И — — Я — — Никогда не увижу Тебя — — И — — Себя Ненавижу: За Это. 12 Проклятый — — Проклятый — проклятый — — Тот диавол, Который — — В разъятой отчизне Из тверди Разбил Наши жизни — в брызнь Смерти, — Который навеки меня отделил От Тебя — — Чтобы — — Я — — Ненавидел за это тебя — И — — Себя! 13 Чтобы — — Плавал Смежаемым взором Сквозь веки Я Где-то Средь брызгов разбившейся тверди — — Просторе И Мглой, — Чтобы — — Капала — — Лета Забвения в веки Средь визгов развившейся Смерти — — Простором И Мглой!.. 14 Чтобы — — Плавал — — Над нами — — Средь выбрызгов тверди — Тот диавол, — Который — Навеки — Навеки — Навеки — Меня Отделил От Тебя, Чтобы — — Я Не увидел — Средь вывизгов развизжавшейся смерти — — Тебя — И — — Себя Ненавидел — — За Это! 15 Все ушло — Далеко — — Все — иное: Не то — О, легко мне, Легко — — Все — иное: Не то — — Потому что — 16 Исплакались — — Очи — И плакать — — Нет мочи — Исплакались — — В ночи — — Забылось — Давно: Изменилось — — Иное: Не То! Потому что, — — Поверь, — — Потому что — — Я — — Нем Теперь! 17 И провеяло — — В трубах Тьмы Смерти Там — В клубах Тьмы Пыли — — «Забыли Мы, Друг, — — Были ли Мы, Любили ли Мы — — Друг Друга?» 18 Легко мне — И выше, И выше, И выше, — — Неслись Времена, — — Как летучие мыши — Летучими Тучами — — Выше, и выше, и выше, И выше — Нетопыриными, дикими Криками — — В выси! 19 Легко мне, Легко — — Все иное: Не то… И — — Огромный — — Огромный — — Огромный — Расширены Очи — — В — Родное — — В — — Пустое, Пустое Такое — В ничто! 20 В вызове Твоем — Ложь!.. Взбрызни же В очи Забвение… Вызови ж — Предсмертную дрожь… Взвизгни ж, Сердце Мое, Дикий Вырванный Стриж, — — В бездны звездные, Сердце — — Ты — — Крики дикие Мчишь!.. Бум-бум: Кончено!

Покой мне нужен. Грудь болит

Иван Саввич Никитин

Покой мне нужен. Грудь болит, Озлоблен ум, и ноет тело. Все, от чего душа скорбит, Вокруг меня весь день кипело. Куда бежать от громких слов? Мы все добры и непорочны! Боготворить себя готов Иной друг правды безупречный! Убита совесть, умер стыд, И ложь во тьме царит свободно; Никто позора не казнит, Никто не плачет всенародно!.. Меж нами мучеников нет, На крик: «Спасите!» — нет ответа!.. Не выйдем мы на божий свет: Наш рабский дух боится света! Быть может, в воздухе весь вред, — Чему бы гибнуть — процветает, Чему б цвести — роняет цвет И жалкой смертью умирает…

В лабиринте проходя по лабиринту

Константин Бальмонт

Позабыв о блеске Солнца, в свете призрачных огней, Проходя по лабиринту бесконечных ступеней, С каждым шагом холодею, с каждым днем темнее грусть| Все, что было, все, что будет, знаю, знаю наизусть. Было много… Сны, надежды, свежесть чувства, чистота А теперь душа измята, извращенна, и пуста. Я устал. Весна поблекла. С Небом порван мой завет. Тридцать лет моих я прожил. Больше молодости нет. Я в бесцельности блуждаю, в беспредельности грущу, И, утратив счет ошибкам, больше Бога не ищу. Я хотел от сердца к Небу перебросить светлый мост, — Сердце прокляло созвездья, сердце хочет лучших звезд. Что же мне еще осталось? С каждым шагом холодеть? И на все, что просит счастья, с безучастием глядеть? О, последняя надежда, свет измученной души, Смерть, услада всех страданий, Смерть, я жду тебя, спеши!

О Господи! Как я хочу умереть

Наум Коржавин

О Господи! Как я хочу умереть, Ведь это не жизнь, а кошмарная бредь. Словами взывать я пытался сперва, Но в стенках тюремных завязли слова.О Господи, как мне не хочется жить! Всю жизнь о неправедной каре тужить. Я мир в себе нес — Ты ведь знаешь какой! А нынче остался с одною тоской.С тоскою, которая памяти гнет, Которая спать по ночам не дает.Тоска бы исчезла, когда б я сумел Спокойно принять небогатый удел,Решить, что мечты — это призрак и дым, И думать о том, чтобы выжить любым. Я стал бы спокойней, я стал бы бедней, И помнить не стал бы наполненных дней.Но что тогда помнить мне, что мне любить. Не жизнь ли саму я обязан забыть? Нет! Лучше не надо, свирепствуй! Пускай! — Остаток от роскоши, память-тоска. Мути меня горечью, бей и кружись, Чтоб я не наладил спокойную жизнь. Чтоб все я вернул, что теперь позади, А если не выйдет,- вконец изведи.

Больной

Николай Степанович Гумилев

В моём бреду одна меня томит Каких-то острых линий бесконечность, И непрерывно колокол звонит, Как бой часов отзванивал бы вечность. Мне кажется, что после смерти так С мучительной надеждой воскресенья Глаза вперяются в окрестный мрак, Ища давно знакомые виденья. Но в океане первозданной мглы Нет голосов, и нет травы зеленой, А только кубы, ромбы, да углы, Да злые, нескончаемые звоны. О, хоть бы сон настиг меня скорей! Уйти бы, как на праздник примиренья, На желтые пески седых морей, Считать большие, бурые каменья.

Грусть

Петр Ершов

В вечерней тишине, один с моей мечтою Сижу измученный безвестною тоскою. Вся жизнь прошедшая, как летопись годов, Раскрыта предо мной: и дружба, и любовь, И сердцу сладкие о днях воспоминанья Мешаются во мне с отравою страданья. Желал бы многое из прошлого забыть И жизнью новою, другою пережить. Но тщетны поздние о прошлом сожаленья: Мне их не возвратить, летучие мгновенья! Они сокрылися и унесли с собой Все, все, чем горек был и сладок мир земной… Я точно как пловец, волной страстей влекомый, Из милой родины на берег незнакомый Невольно занесен: напрасно я молю Возврата сладкого на родину мою, Напрасно к небесам о помощи взываю И плачу, и молюсь, и руки простираю… Повсюду горестный мне слышится ответ: «Живи, страдай, терпи — тебе возврата нет!»

К самому себе

Василий Андреевич Жуковский

Ты унываешь о днях, невозвратно протекших, Горестной мыслью, тоской безнадежной их призывая — Будь настоящее твой утешительный гений! Веря ему, свой день проводи безмятежно! Легким полетом несутся дни быстрые жизни! Только успеем достигнуть до полныя зрелости мыслей, Только увидим достойную цель пред очами — Все уж для нас прошло, как мечта сновиденья, Призрак фантазии, то представляющей взору Луг, испещренный цветами, веселые холмы, долины; То пролетающей в мрачной одежде печали Дикую степь, леса и ужасные бездны. Следуй же мудрым! всегда неизменный душою, Что посылает судьба, принимай и не сетуй! Безумно Скорбью бесплодной о благе навеки погибшем То отвергать, что нам предлагает минута!