Русская легенда

Могилу рыли: мертвецу Покой и ложе нужно; Могильщики, спеша к концу, Кидали землю дружно. Вдруг заступы их разом хлоп, Они копать — и что же? — гроб Увидели сосновый, Нетронутый и новый. Скорее гроб из ямы вон Тащить принялись оба И, осмотрев со всех сторон, Отбили крышку с гроба. Глядят: на мертвеце покров Как снег и бел, и чист, и нов; Они покров сорвали — И чудо увидали. Покойник свеж в гробу лежит; Тлен к телу не касался, Уста сомкнуты, взор закрыт: Как бы сейчас скончался! Могильщиков тут обнях страх, Свет потемнел у них в глазах, Бегут, что есть в них силы, От страшной той могилы. И весть о чуде принесли В свое село; оттуда, И стар и молод, все пошли Взглянуть на это чудо. И в ужас целое село Такое диво привело; Крестьяне толковали И за попом послали. Зовут его; приходит поп, И смотрит он, смущенный, На белый саван, крепкий гроб, На труп в гробу нетленный. «Не помню я, — он говорит, — Чтоб здесь покойник был зарыт, С тех пор как я меж вами Служу при божьем храме». Тогда один из поселян, Старик седой и хилый, Сказал ему: «Я помню сам, Когда могилу рыли Покойнику, тому назад Прошло, никак, лет пятьдесят; Я знал и мать-старуху. Об ней давно нет слуху». Тотчас пошли ее искать По сказанным приметам, И, точно, отыскали мать: Забыта целым светом, Старушка дряхлая жила Да смерти от бога ждала; Но смерть ее забыла И к ней не приходила. Она идет на зов людей, Не ведая причины; Навстречу поп с вопросом к ней: «Ведь ты имела сына?» — «Был сын; давно уж умер он, А где он был похоронен — Коли я не забыла, Так здесь его могила». — «Поди сюда, смотри сама: Твой сын в земле не тлеет!» Старушка, словно без ума, Трепещет и бледнеет; Священник на нее глядит. «Ты знать должна, — он говорит, — Что значит это чудо?» — «Ох, худо мне, ох, худо! Винюсь: я сына прокляла!» — И тихо, в страхе новом, Толпа, волнуясь, отошла Перед ужасным словом, И пред покойником одна Стояла в ужасе она. На сына мать глядела, Дрожала и бледнела. «Ужасен твой, старушка, грех, И страшно наказанье, — Сказал священник, — но для всех Возможно покаянье: Чтоб дух от гибели спасти, Ты сыну грешному прости, Сними с него проклятье, Открой ему объятья». И вот старушка подошла Неверными шагами, И руку тихо подняла С смеженными перстами: «Во имя господа Христа И силой честного креста, Тебя, мой сын, прощаю И вновь благословляю». И вдруг рассыпалося в прах При этом слове тело, И нет покрова на костях, И в миг один истлело; Пред ними ветхий гроб стоял, И желтый остов в нем лежал. И все, с молитвой, в страхе, Простерлися во прахе. Домой старушка побрела, И, плача, в умиленьи, Она с надеждою ждала От господа прощенья, И вдруг не стало мочи ей, До ветхой хижины своей Едва она добралась, Как тут же и скончалась.