Грибоедовский вальс

В отдаленном совхозе «Победа» Был потрепанный старенький «ЗИЛ», А при нем был Степан Грибоедов, И на «ЗИЛе» он воду возил.

Он справлялся с работой отлично, Был по обыкновению пьян. Словом, был человеком обычным Водовоз Грибоедов Степан.

После бани он бегал на танцы. Так и щупал бы баб до сих пор, Но случился в деревне с сеансом Выдающийся гипнотизер.

На заплеванной маленькой сцене Он буквально творил чудеса. Мужики выражали сомненье, И таращили бабы глаза.

Он над темным народом смеялся. И тогда, чтоб проверить обман, Из последнего ряда поднялся Водовоз Грибоедов Степан.

Он спокойно вошел на эстраду, И мгновенно он был поражен Гипнотическим опытным взглядом, Словно финским точеным ножом.

И поплыли знакомые лица, И приснился невиданный сон: Видит он небо Аустерлица, Он не Степка, а Наполеон!

Он увидел свои эскадроны, Он услышал раскаты стрельбы, Он заметил чужие знамена В окуляре подзорной трубы.

Но он легко оценил положенье И движением властной руки Дал приказ о начале сраженья И направил в атаку полки.

Опаленный горячим азартом, Он лупил в полковой барабан. Был неистовым он Бонапартом — Водовоз Грибоедов Степан.

Пели ядра, и в пламени битвы Доставалось своим и врагам. Он плевался словами молитвы Незнакомым французским богам.

Вот и все. Бой окончен. Победа. Враг повержен. Гвардейцы, шабаш! Покачнулся Степан Грибоедов, И слетела минутная блажь.

На заплеванной сцене райклуба Он стоял, как стоял до сих пор. А над ним скалил желтые зубы Выдающийся гипнотизер.

Он домой возвратился под вечер И глушил самогон до утра. Всюду чудился запах картечи И повсюду кричали «Ура!»

Спохватились о нем только в среду. Дверь сломали и в хату вошли. А на них водовоз Грибоедов, Улыбаясь, глядел из петли.

Он смотрел голубыми глазами. Треуголка упала из рук. И на нем был залитый слезами Императорский серый сюртук.