Отказаться от вина

Отказаться от вина — В этом страшная вина; Смелее пейте, христиане, Не верьте старой обезьяне.

Похожие по настроению

Бог веселый винограда…

Александр Сергеевич Пушкин

Бог веселый винограда Позволяет нам три чаши Выпивать в пиру вечернем. Первую во имя граций, Обнаженных и стыдливых, Посвящается вторая Краснощекому здоровью, Третья дружбе многолетной. Мудрый после третьей чаши Все венки с главы слагает И творит уж возлиянья Благодатному Морфею.

С.Я. Веригиной (Напрасно молоком лечиться ты желаешь)

Алексей Апухтин

Напрасно молоком лечиться ты желаешь, Поверь, леченье нелегко:Покуда ты себе питье приготовляешь, От взгляда твоего прокиснет молоко…

Я с тобой не стану пить вино…

Анна Андреевна Ахматова

Я с тобой не стану пить вино, Оттого, что ты мальчишка озорной. Знаю я — у вас заведено С кем попало целоваться под луной. ‎А у нас — тишь да гладь, ‎Божья благодать. ‎А у нас — светлых глаз ‎Нет приказу подымать.

Бокал

Евгений Абрамович Боратынский

Полный влагой искрометной, Зашипел ты, мой бокал! И покрыл туман приветный Твой озябнувший кристалл… Ты не встречен братьей шумной, Буйных оргий властелин,- Сластолюбец вольнодумный, Я сегодня пью один.Чем душа моя богата, Всё твое, о друг Аи! Ныне мысль моя не сжата И свободны сны мои; За струею вдохновенной Не рассеян данник твой Бестолково оживленной, Разногласною толпой.Мой восторг неосторожный Не обидит никого; Не откроет дружбе ложной Таин счастья моего; Не смутит глупцов ревнивых И торжественных невежд Излияньем горделивых Иль святых моих надежд!Вот теперь со мной беседуй, Своенравная струя! Упоенья проповедуй Иль отравы бытия; Сердцу милые преданья Благодатно оживи Или прошлые страданья Мне на память призови!О бокал уединенья! Не усилены тобой Пошлой жизни впечатленья, Словно чашей круговой; Плодородней, благородней, Дивной силой будишь ты Откровенья преисподней Иль небесные мечты.И один я пью отныне! Не в людском шуму пророк — В немотствующей пустыне Обретает свет высок! Не в бесплодном развлеченьи Общежительных страстей — В одиноком упоеньи Мгла падет с его очей!

Противникам вина (Яко и вино веселит сердце человека)

Федор Иванович Тютчев

О, суд людей неправый, Что пьянствовать грешно! Велит рассудок здравый Любить и пить вино. Проклятие и горе На спорщиков главу! Я помощь в важном споре Святую призову. Наш прадед, обольщенный Женою и змием, Плод скушал запрещенный И прогнан поделом. Ну как не согласиться, Что дед был виноват: Чем яблоком прельститься, Имея виноград? Но честь и слава Ною, — Он вел себя умно, Рассорился с водою И взялся за вино. Ни ссоры, ни упреку Не нажил за бокал. И часто гроздий соку В него он подливал. Благие покушенья Сам Бог благословил — И в знак благоволенья Завет с ним заключил. Вдруг с кубком не слюбился Один из сыновей. О, изверг! Ной вступился, И в ад попал злодей. Так станемте ж запоем Из набожности пить, Чтоб в божье вместе с Ноем Святилище вступить.

Философы, пьяный и трезвый

Гавриил Романович Державин

*Пьяный ‎Сосед! на свете все пустое: Богатство, слава и чины. А если за добро прямое Мечты быть могут почтены, То здраво и покойно жить, С друзьями время проводить, Красот любить, любимым быть, И с ними сладко есть и пить. ‎Как пенится вино прекрасно! ‎Какой в нем запах, вкус и цвет! ‎Почто терять часы напрасно? ‎Нальем, любезный мой сосед! *Трезвый ‎Сосед! на свете не пустое — Богатство, слава и чины; Блаженство сыщем в них прямое, Когда мы будем лишь умны, Привыкнем прямо честь любить, Умеренно, в довольстве жить, По самой нужде есть и пить, — То можем все счастливы быть. ‎Пусть пенится вино прекрасно, ‎Пусть запах в нем хорош и цвет; ‎Не наливай ты мне напрасно: ‎Не пью, любезный мой сосед. *Пьяный ‎Гонялся я за звучной славой, Встречал я смело ядры лбом; Сей зверской упоен отравой, Я был ужасным дураком. Какая польза страшным быть, Себя губить, других мертвить, В убийстве время проводить? Безумно на убой ходить. ‎Как пенится вино прекрасно! ‎Какой в нем запах, вкус и цвет! ‎Почто терять часы напрасно? ‎Нальем, любезный мой сосед! *Трезвый ‎Гоняться на войне за славой И с ядрами встречаться лбом Велит тому рассудок здравый, Кто лишь рожден не дураком: Царю, отечеству служить, Чад, жен, родителей хранить, Себя от плена боронить — Священна должность храбрым быть! ‎Пусть пенится вино прекрасно! ‎Пусть запах в нем хорош и цвет; ‎Не наливай ты мне напрасно: ‎Не пью, любезный мой сосед. *Пьяный ‎Хотел я сделаться судьею, Законы свято соблюдать, — Увидел, что кривят душою, Где должно сильных осуждать. Какая польза так судить? Одних щадить, других казнить И совестью своей шутить? Смешно в тенета мух ловить. ‎Как пенится вино прекрасно! ‎Какой в нем запах, вкус и цвет! ‎Почто терять часы напрасно? ‎Нальем, любезный мой сосед! *Трезвый ‎Когда судьба тебе судьею В судах велела заседать, Вертеться нужды нет душою, Когда не хочешь взяток брать. Как можно так и сяк судить, Законом правду тенетить И подкупать себя пустить? Судье злодеем страшно быть! ‎Пусть пенится вино прекрасно, ‎Пусть запах в нем хорош и цвет; ‎Не наливай ты мне напрасно: ‎Не пью, любезный мой сосед.

С.Я. Веригиной (Напрасно молоком лечиться ты желаешь…)

Иннокентий Анненский

Ах! Признаюся, воля Ваша

Иван Саввич Никитин

Ах! Признаюся, воля Ваша, Мне надоела эта «Чаша», И я б благую часть избрал, Когда б огню ее предал. Предмет, конечно, колоссальный, Религиозный и печальный. Но всех элегий грустный тон В наш век и жалок и смешон. Скажите, где здесь совершенство? К тому ж, что скажет духовенство? А здесь ведь очень важен глас Больших бород и длинных ряс. Не дай бог, если л их ме Противоречье здесь найдет, — Ведь этой «Чаши» автор бедный Ни за копейку пропадет.

Веселью

Константин Аксаков

Веселье — образ жизни ясной, Сердечный спутник чистоты, Златой удел души прекрасной, Всегда благословенно ты! На светлом общем жизни пире — Ты жизни лучшая краса. Играет радость в божьем мире, Весельем блещут небеса. Пред нами бесконечны годы, И неизменна и светла Улыбка вечная природы: Природа вечно весела. Своей красой она целебно Врачует наш усталый дух; Творцу вселенной — гимн хвалебный В ее веселье внемлет слух. Путей для человека много, Мрачится дух его легко; Тревога жизни за тревогой Колеблют душу глубоко. Себя он в мире понапрасну Среди сует да не смутит; Да сохранит он душу я сну И в ней веселье водворит. Не только праздник своенравный Блестящей светской пустоты Таит в себе обман тщеславный Для нашей суетной мечты, — Есть зло иное: там, где твердость Превозмогла соблазна шум, Неслышно к нам подходит гордость, Ожесточая смелый ум. Стой за добро неколебимо, Будь духом тверд; но не гони Младую жизни радость мимо, Веселья в мире не кляни. Соблазна шепот нам для слуха И в келье внятен; будь боец, И помни, что веселье духа — Его всех подвигов венец. Блажен, чей дух ни пир, пи келья Не могут возмутить до диа; Кому источником веселья — Души прекрасной глубина; Кто света путь оставил зыбкий, Как лебедь бел, и сохранил Всю прелесть чистую улыбки И стройный хор душевных сил.

Босоногий мальчик смуглый

Наталья Крандиевская-Толстая

Босоногий мальчик смуглый Топчет светлый виноград. Сок стекает в жёлоб круглый. В тёмных бочках бродит яд.Наклонись-ка! Не отрада ль Слышать ухом жаркий гул, Словно лавы виноградарь С кислой пеной зачерпнул!Над сараем зной и мухи. Пусть. Ведь сказано давно: Были дни и ночи сухи — Будет доброе вино.

Другие стихи этого автора

Всего: 88

Имману-Эль

Владимир Соловьев

Во тьму веков та ночь уж отступила, Когда, устав от злобы и тревог, Земля в объятьях неба опочила, И в тишине родился С-Нами-Бог.И многое уж невозможно ныне: Цари на небо больше не глядят, И пастыри не слушают в пустыне, Как ангелы про Бога говорят.Но вечное, что в эту ночь открылось, Несокрушимо временем оно. И Слово вновь в душе твоей родилось, Рожденное под яслями давно.Да! С нами Бог — не там в шатре лазурном, Не за пределами бесчисленных миров, Не в злом огне и не в дыханье бурном, И не в уснувшей памяти веков.Он здесь, теперь, — средь суеты случайной В потоке мутном жизненных тревог. Владеешь ты всерадостною тайной: Бессильно зло; мы вечны; с нами Бог.

Жертва злого лон-тенниса

Владимир Соловьев

М.С.СухотинуЖертва злого лон-тенниса, К молодым ты не тянися! Вот костыль и вот скамейка, Успокоиться сумей-ка! Свой пример я предлагаю: За игрой я восседаю, Без страстей и без тревог Вижу пару милых ног. Их спокойно созерцаю, И своих я не теряю. Кто же гонится за многим, Тот останется безногим.

Три подвига

Владимир Соловьев

Когда резцу послушный камень Предстанет в ясной красоте И вдохновенья мощный пламень Даст жизнь и плоть своей мечте, У заповедного предела Не мни, что подвиг совершен, И от божественного тела Не жди любви, Пигмалион! Нужна ей новая победа: Скала над бездною висит, Зовет в смятенье Андромеда Тебя, Персей, тебя, Алкид! Крылатый конь к пучине прянул, И щит зеркальный вознесен, И опрокинут — в бездну канул Себя увидевший дракон.Но незримый враг восстанет, В рог победный не зови — Скоро, скоро тризной станет Праздник счастья и любви. Гаснут радостные клики, Скорбь и мрак и слезы вновь… Эвридики, Эвридики Не спасла твоя любовь.Но воспрянь! Душой недужной Не склоняйся пред судьбой, Беззащитный, безоружный, Смерть зови на смертный бой! И на сумрачном пороге, В сонме плачущих теней Очарованные боги Узнают тебя, Орфей! Волны песни всепобедной Потрясли Аида свод, И владыка смерти бледной Эвридику отдает.

Там, под липой, у решетки…

Владимир Соловьев

Там, под липой, у решетки, Мне назначено свиданье. Я иду как агнец кроткий, Обреченный на закланье. Всё как прежде: по высотам Звезды старые моргают, И в кустах по старым нотам Соловьи концерт играют. Я порядка не нарушу… Но имей же состраданье! Не томи мою ты душу, Отпусти на покаянье!

Там, где семьей столпились ивы

Владимир Соловьев

Там, где семьей столпились ивы И пробивается ручей, По дну оврага торопливо, Запел последний соловей.Что это? Радость обновленья, Иль безнадежное прости?.. А вдалеке неслось движенье И гул железного пути.И небо высилось ночное С невозмутимостью святой И над любовию земною, И над земною суетой…

Таинственный пономарь

Владимир Соловьев

Двенадцать лет граф Адальберт фон Крани Вестей не шлет; Быть может, труп его на поле брани Уже гниет?.. Графиня Юлия тоскует в божьем храме, Как тень бледна; Но вдруг взглянула грустными очами — И смущена. Кругом весь храм в лучах зари пылает, Блестит алтарь; Священник тихо мессу совершает, С ним пономарь. Графини взгляд весьма обеспокоен Пономарем: Он так хорош, и стан его так строен Под стихарем… Обедня кончена, и панихида спета; Они — вдвоем, И их уносит графская карета К графине в дом. Вошли. Он мрачен, не промолвит слова. К нему она: «Скажи, зачем ты так глядишь сурово? Я смущена… Я женщина без разума и воли, А враг силен… Граф Адальберт уж не вернется боле…» — «Верррнулся он! Он беззаконной отомстит супруге!» Долой стихарь! Пред нею рыцарь в шлеме и кольчуге,— Не пономарь. «Узнай, я граф, — граф Адальберт фон Крани; Чтоб испытать, Верна ль ты мне, бежал я с поля брани — Верст тысяч пять…» Она: «Ах, милый, как ты изменился В двенадцать лет! Зачем, зачем ты раньше не открылся?» Он ей в ответ: «Молчи! Служить я обречен без срока В пономарях…» Сказал. Исчез. Потрясена глубоко, Она в слезах… Прошли года. Граф в храме честно служит Два раза в день; Графиня Юлия всё по супруге тужит, Бледна как тень,— Но не о том, что сгиб он в поле брани, А лишь о том, Что сделался граф Адальберт фон Крани Пономарем.

Старому другу

Владимир Соловьев

[I]А. П. Саломону[/I] Двадцатый год — веселье и тревоги Делить вдвоем велел нам вышний рок. Ужель теперь для остальной дороги Житейский нас разъединит поток? Заключены в темнице мира тленной И дань платя царящей суете, Свободны мы в божнице сокровенной Не изменять возвышенной мечте. Пусть гибнет все, что правды не выносит, Но сохраним же вечности залог,- Того, что дух бессмертный тайно просит, Что явно обещал бессмертный Бог.

Скромное пророчество

Владимир Соловьев

Повернуло к лету божье око, На земле ж всё злей и злей морозы… Вы со мною холодны жестоко, Но я чую, чую запах розы.Я в пророки возведен врагами, На смех это дали мне прозванье, Но пророк правдивый я пред вами, И свершится скоро предсказанье.Я пророчу,— слушайте, дриада! Снег растает, и минует холод, И земля воскреснет, солнцу рада, И проснется лес, как прежде молод.Я пророчу,— это между нами,— Что гулять вы будете по саду И впивать и носом, и глазами Майской ночи светлую отраду.

Он был старик давно больной и хилый

Владимир Соловьев

Он был старик давно больной и хилый; Дивились все — как долго мог он жить… Но почему же с этою могилой Меня не может время помирить? Не скрыл он в землю дар безумных песен; Он все сказал, что дух ему велел,— Что ж для меня не стал он бестелесен И взор его в душе не побледнел?.. Здесь тайна есть… Мне слышатся призывы И скорбный стон с дрожащею мольбой… Непримиримое вздыхает сиротливо, И одинокое горюет над собой.

Скептик

Владимир Соловьев

И вечером, и утром рано, И днем, и полночью глухой, В жару, в мороз, средь урагана — Я всё качаю головой! То потупляю взор свой в землю, То с неба не свожу очей, То шелесту деревьев внемлю — Гадаю о судьбе своей. Какую мне избрать дорогу? Кого любить, чего искать? Идти ли в храм — молиться богу, Иль в лес — прохожих убивать?

Своевременное воспоминание

Владимир Соловьев

Израиля ведя стезей чудесной, Господь зараз два дива сотворил: Отверз уста ослице бессловесной И говорить пророку запретил. Далекое грядущее таилось В сих чудесах первоначальных дней, И ныне казнь Моаба совершилась, Увы! над бедной родиной моей. Гонима, Русь, ты беспощадным роком, Хотя за грех иной, чем Билеам, Заграждены уста твоим пророкам И слово вольное дано твоим ослам.

Пророк будущего

Владимир Соловьев

Угнетаемый насилием Черни дикой и тупой, Он питался сухожилием И яичной скорлупой.Из кулей рогожных мантию Он себе соорудил И всецело в некромантию Ум и сердце погрузил.Со стихиями надзвездными Он в сношение вступал, Проводил он дни над безднами И в болотах ночевал.А когда порой в селение Он задумчиво входил, Всех собак в недоумение Образ дивный приводил.Но, органами правительства Быв без вида обретен, Тотчас он на место жительства По этапу водворен.