Точеные слоны

Огромные
     зеленеют столы.
Поляны такие.
       И —
по стенам,
     с боков у стола —
             стволы,
называемые —
       «кии́».

Подходят двое.
       «Здоро́во!»
            «Здоро́во!»
Кий выбирают.
       Дерево —
            во!

Первый
    хочет
       надуть второго,
второй —
     надуть
         первого.

Вытянув
    кисти
       из грязных манжет,
начинает
    первый
         трюки.

А у второго
      уже
         «драже-манже»,
то есть —
     дрожат руки.

Капли
    со лба
         текут солоны́,
он бьет
    и вкривь и вкось…

Аж встали
     вокруг
         привиденья-слоны,
свою
    жалеючи
        кость.

Забыл,
    куда колотить,
          обо што, —
стаскивает
     и галстук, и подтяжки.

А первый
     ему
       показывает «клопштосс»,
берет
    и «эффе»
         и «оттяжки».

Второй
    уже
      бурак бураком
с натуги
    и от жары.

Два
  — ура! —
      положил дураком
и рад —
    вынимает шары.

Шары
   на полке
       сияют лачком,
но только
     нечего радоваться:
первый — «саратовец»;
           как раз
               на очко
больше
    всегда
       у «саратовца».

Последний
     шар
       привинтив к борту́
(отыгрыш —
      именуемый «перлом»),
второй
    улыбку
         припрятал во рту,
ему
  смеяться
         над первым.

А первый
     вымелил кий мелком:
«К себе
    в середину
         дуплет».

И шар
   от борта
       промелькнул мельком
и сдох
    у лузы в дупле.

О зубы
   зубы
      скрежещут зло,
улыбка
    утопла во рту.

«Пропали шансы…
         не повезло…
Я в новую партию
         счастья весло —
вырву
   у всех фортун».

О трешнице
      только
         вопрос не ясен —
выпотрашивает
        и брюки
            и блузу.

Стоит
   партнер,
       холодный, как Нансен,
и цедит
    фразу
         в одном нюансе:
«Пожалуйста —
       деньги в лузу».

Зальдилась жара.
         Бурак белеет.
И голос
    чужой и противный:
«Хотите
    в залог
        профсоюзный билет?
Не хотите?
     Берите партийный!»

До ночи
    клятвы
        да стыдный гнет,
а ночью
    снова назад…

Какая
   сила
     шею согнет
тебе,
   человечий азарт?!