Слушай, наводчик!

Читаю…

Но буквы
казались
мрачнее, чем худший бред:
«Вчера
на варшавском вокзале
убит
советский полпред».

Паны воркуют.
Чистей голубицы!
— Не наша вина, мол… —
Подвиньтесь, паны́,
мы ищем тех,
кто рево́львер убийцы
наводит на нас
из-за вашей спины.
Не скроете наводчиков!
За шиворот молодчиков!

И видим:
на плитах,
что кровью намокли,
стоит
за спиной
Чемберлен в монокле.

И мы
тебе,
именитому лорду,
тебе
орем
в холеную морду:
— Смотри,
гроза подымается слева,
тебя
не спасет
бронированный щит.

Подняв
площадями
кипение гнева,
народ
стомильонный
от боли рычит.

Наш крик о мире —
не просьба слабых,
мы строить хотим
с усердьем двойным!

Но если
протянутся
ваши лапы
и нам
навяжут
ужас войны —
мы Войкова красное имя
и тыщи других
над собой
как знамя наше подымем
и выйдем
в решительный бой.