Сердитый дядя

В газету

    заметка

        сдана рабкором

под заглавием

      «Не в лошадь корм».

Пишет:

   «Завхоз,

      сочтя за лучшее,

пишущую машинку

        в учреждении про́пил…

Подобные случаи

нетерпимы

     даже

        в буржуазной Европе».

Прочли

   и дали место заметке.

Мало ль

   бывает

      случаев этаких?

А наутро

уже

  опровержение

        листах на полуторах.

«Как

  смеют

     разные враки

описывать

     безответственные бумагомараки?

Знают

   республика,

        и дети, и отцы,

что наш завхоз

      честней, чем гиацинт.

Так как

   завхоз наш

        служит в столице,

клеветника

     рука

в лице завхоза

      оскорбляет лица

ВЦИКа,

   Це-Ка

      и Це-Ка-Ка.

Уклоны

    кулацкие

        в стране растут.

Даю вам

    коммунистическое слово,

здесь

  травля кулаками

         стоящего на посту

хозяйственного часового.

Принимая во внимание,

           исходя

              и ввиду,

что статья эта –

        в спину нож,

требую

   немедля

        опровергнуть клевету.

Цинизм,

    инсинуация,

         ложь!

Итак,

     кооперации

        верный страж

оболган

    невинно

        и без всякого повода.

С приветом…»

      Подпись,

         печать

            и стаж

с такого-то.

День прошел,

      и уже назавтра

запрос:

   «Сообщите фамилию автора»!

Весь день

    телефон

        звонит, как бешеный.

От страха

     поджилки дрожат

            курьершины.

А редакция

     в ответ

        на телефонную колоратуру

тихо

  пишет

     письмо в прокуратуру:

«Просим

    авторитетной справки

о завхозе,

    пасущемся

         на трестовской травке».

Прокурор

    отвечает

        точно и живо:

«Заметка

    рабкора

        наполовину лжива.

Водой

   окатите

      опровергательский пыл.

Завхоз

   такой-то,

        из такого-то города,

не только

     один «Ундервуд» пропил,

но еще

   вдобавок –

         и два форда».

Побольше

     заметок

        любого вида,

рабкоры,

    шлите

      из разных мест.

Товарищи,

     вас

      газета не выдаст,

и никакой опровергатель

           вас не съест.