Разве у вас не чешутся обе лопатки?

Если   с неба      радуга         свешивается или   синее      без единой заплатки — неужели     у вас              не чешутся обе       лопатки?! Неужели не хочется,            чтоб из-под блуз, где прежде          горб был, сбросив     груз             рубашек-обуз, раскры́лилась               пара крыл?! Или        ночь когда                  в звездищах разно́чится и Медведицы        всякие            лезут — неужели не завидно?!           Неужели не хочется?! Хочется!        до зарезу! Тесно,    а в небе        простор —             дыра! Взлететь бы             к богам в селения! Предъявить бы         Саваофу             от ЦЖО                 ордера̀ на выселение! Калуга!    Чего окопалась лугом? Спишь    в земной яме? Тамбов!       Калуга! Ввысь!    Воробьями! Хорошо,        если жениться собрался: махнуть крылом —          и              губерний за двести! Выдернул         перо        у страуса — и обратно      с подарком            к невесте! Саратов!       Чего уставил глаз?! Зачарован?           Птичьей точкой? Ввысь —        ласточкой! Хорошо     вот такое          обделать чисто: Вечер.    Ринуться вечеру в дверь. Рим.    Высечь        в Риме фашиста — и    через час          обратно           к самовару                 в Тверь. Или просто:            глядишь,             рассвет вскрыло — и начинаешь              вперегонку                   гнаться и гнаться. Но…        люди — бескрылая нация. Людей     создали         по дрянному плану: спина —        и никакого толка. Купить    по аэроплану — одно остается        только. И вырастут           хвост,         перья,            крылья. Грудь    заостри        для любого лёта. Срывайся с земли!          Лети, эскадрилья! Россия,     взлетай развоздушенным флотом. Скорей!    Чего,       натянувшись жердью, с земли     любоваться           небесною твердью? Буравь ее, авио.