Один укол стального жальца
Один укол стального жальца – Анализ крови сделан мне. Он, правда, высосан из пальца, Но убедителен вполне.
Похожие по настроению
Все от винта
Александр Башлачев
Рука на плече. Печать на крыле. В казарме проблем — банный день. Промокла тетрадь. Я знаю, зачем иду по земле, Мне будет легко улетать. Без трех минут — бал восковых фигур. Без четверти — смерть. С семи драных шкур — шерсти клок. Как хочется жить. Не меньше, чем петь. Свяжи мою нить в узелок. Холодный апрель. Горячие сны. И вирусы новых нот в крови. И каждая цель ближайшей войны Смеется и ждет любви. Наш лечащий врач согреет солнечный шприц, И иглы лучей опять найдут нашу кровь. Не надо, не плачь. Сиди и смотри, Как горлом идет любовь. Лови ее ртом. Стаканы тесны. Торпедный аккорд — до дна. Рекламный плакат последней весны Качает квадрат окна. Дырявый висок. Слепая орда. Пойми, никогда не поздно снимать броню. Целуя кусок трофейного льда, Я молча иду к огню. Мы — выродки крыс. Мы — пасынки птиц. И каждый на треть — патрон. Сиди и смотри, как ядерный принц Несет свою плеть на трон. Не плачь, не жалей. Кого нам жалеть? Ведь ты, как и я, сирота. Ну, что ты? Смелей! Нам нужно лететь! А ну от винта! Все от винта!
Анахорет по принужденью
Антон Антонович Дельвиг
И злой болезни, и врачей, Привык бы я к уединенью, Привык бы к супу из костей, Не дав испортить сожаленью Физиономии своей; Когда бы непонятной силой Очаровательниц иль фей На миг из комнаты моей, И молчаливой, и унылой, Я уносим был каждый день В ваш кабинет, каменам милый. Пусть, как испуганная тень Певца предутреннего пеньем, Послушав вас, взглянув на вас, С немым, с безропотным терпеньем И к небесам с благодареньем Я б улетал к себе тотчас! Я услаждал бы сим мгновеньем Часы медлительного дня, Отнятого у бытия Недугом злым и для меня Приправленного скукой тяжкой.
Отделали что надо, аж губа…
Борис Рыжий
Отделали что надо, аж губа отвисла эдак. Думал, все, труба, приехал ты, Борис Борисыч, милый. И то сказать: пришел в одних трусах с носками, кровь хрустела на зубах, нога болела, грезились могилы. Ну, подождал, пока сойдет отек. А из ноги я выгоду извлек: я трость себе купил и с тростью этой прекраснейшей ходил туда-сюда, как некий князь, и нравился — о да! — и пожинал плоды любви запретной.
Граф фон дер Пален
Георгий Адамович
«Граф фон дер Пален». — Руки на плечах. Глаза в глаза, рот иссиня-бескровный. — «Как самому себе. Да сгинет страх. Граф фон дер Пален. Верю безусловно!»Всё можно искупить: ложь, воровство, Детоубийство и кровосмешенье, Но ничего на свете, ничего На свете нет для искупленьяИзмены.
Полу-жалость
Георгий Иванов
Полу-жалость. Полу-отвращенье. Полу-память. Полу-ощущенье, Полу-неизвестно что, Полы моего пальто…Полы моего пальто? Так вот в чем дело! Чуть меня машина не задела И умчалась вдаль, забрызгав грязью. Начал вытирать, запачкал руки…Все еще мне не привыкнуть к скуке, Скуке мирового безобразья!
Капля крови
Константин Бальмонт
Красавица склонилась, Шумит веретено. Вещанье совершилось, Уж Ночь глядит в окно. Светлянка укололась, И приговор свершен. Красив застывший волос, Красив глубокий сон. От одного укола, Как будто навсегда, Кругом заснули села, Притихли города. Притихли и застыли, И все слилось в одно. Везде, в безгласной были, Глядится Ночь в окно. Всем миром овладела Ночная тишина. И как немое тело, Глядит на мир Луна. Красавица склонилась, Молчит веретено. Решенье совершилось, Так было суждено. Но капля в ранке малой, Сверкнув огнем во мглу, Как цвет упала алый, И светит на полу. И нежный свет не тает, Алеет все сильней. Шиповник расцветает, Весь в призраках огней. Как куст он встал вкруг злого Того веретена. В молчаньи сна ночного Разросся до окна. Сияя алым цветом, Растет он как пожар. И в мире, мглой одетом, Слабеют ковы чар. Сперва цветы проснулись, Пошел в деревьях гул. И дети улыбнулись, Святой старик вздохнул. И лебеди запели На зеркале озер. Всемирной колыбели Вдруг ожил весь простор. И вот, на счастье наше, Глядится День в окно. Еще Светлянка краше, Шумит веретено.
Подживает рана ножевая
Маргарита Алигер
Подживает рана ножевая. Поболит нет-нет, а все не так. Подживает, подавая знак: — Подымайся! Время! Ты — живая! Обращаюсь к ране ножевой, в долготу моих ночей и дней: — Что мне делать на земле, живой? А она в ответ: — Тебе видней.
Четыре пули
Михаил Светлов
Первая пуля Попала в ногу, Но я, представьте, не был взволнован, — Я был совершенно спокоен… Ей-богу! Честное слово!.. То ли бог, то ли черт мне помог? До сих пор Я понять не могу – Для меня это тайна. Пуля вторая Летела в упор И в меня не попала Чисто случайно… Нам, калекам-бойцам, Только жрать, только спать, Только радость одна, Что друзей вспоминать. Жаркой кровью своей Поперхнувшись на миг, Третьей пулей сражен, Пал братишка комбриг. Он стоял, чудачок, У врага на виду, Он упал на траву Головой бесшабашной… О четвертой пуле Я речь поведу, О четвертой — О самой тяжелой и страшной. Эта пуля вошла В мою главную жилу И бежит, Отнимая последнюю силу. Я всю ночь провожу На бессонной постели, — Эта пуля без отдыху Шляется в теле. Приложи только руку — И нащупаешь ты Мгновенную выпуклость быстроты. Приложи только ухо — И услышь, недвижим, Как свистит эта пуля По жилам моим. Ты мне жилу разрежь, если нож твой остер, Чтобы пулю добыть и запрятать в затвор, Потому что в степях поднимается дым, И свинец еще будет необходим!
Испытание (Ты любил)
Ольга Берггольц
1…И снова хватит сил увидеть и узнать, как все, что ты любил, начнет тебя терзать. И оборотнем вдруг предстанет пред тобой и оклевещет друг, и оттолкнет другой. И станут искушать, прикажут: «Отрекись!» — и скорчится душа от страха и тоски. И снова хватит сил одно твердить в ответ: «Ото всего, чем жил, не отрекаюсь, нет!» И снова хватит сил, запомнив эти дни, всему, что ты любил, кричать: «Вернись! Верни…»2Дни проводила в диком молчании, Зубы сцепив, охватив колени. Сердце мое сторожило отчаянье, Разум — безумия цепкие тени.Друг мой, ты спросишь — как же я выжила, Как не лишилась ума, души? Голос твой милый все время слышала, Его ничто не могло заглушить.Ни стоны друзей озверевшей ночью, Ни скрип дверей и ни лязг замка, Ни тишина моей одиночки, Ни грохот квадратного грузовика.Все отошло, ничего не осталось, Молодость, счастье — все равно. Голос твой, полный любви и жалости, Голос отчизны моей больной…Он не шептал утешений без устали, Слов мне возвышенных не говорил — Только одно мое имя русское, Имя простое мое твердил…И знала я, что еще жива я, Что много жизни еще впереди, Пока твой голос, моля, взывая, Имя мое — на воле!— твердит…
Еще на быстролетный пир
Владимир Бенедиктов
К М-руЕще на быстролетный пир, О друг, мы сведены судьбою. Товарищ, где наш детский мир, Где так сроднился я с тобою? Взгляну на стройный замок тот, Где бурной жаждой эполета, В златые отрочества лета, Кипел незрелый наш народ, — И целый рой воспоминаний, То грустно — сладкий, то смешных, Пробудится в единый миг В душе, исполненной терзаний. Там, светских чуждые цепей, Мы знали только братства узы, И наши маленькие музы Ласкали избранных детей. От охладительной науки Бежали мы — в тиши мечтать И непокорливые звуки Игре созвучий покорять. Там в упоительной тревоге Мы обнимались на пороге Меж детства запоздалым сном И первым юности огнем, И чувством дивным закипали, И слив в безмолвии сердца, Еще чего — то от творца, Как недосозданные, ждали, — И легкой струйкою в крови Текло предвкусие любви. Ударил час: мы полетели Вдоль разных жизненных путей, Пучину света обозрели, И скоро сердцем откипели, Открыли яд на дне страстей. Под хладным веяньем порока Поблекла юная мечта; Душа, как львица, заперта — Скорбит в железной клетке рока. В толпе холодной и сухой К кому приникнуть головой? Где растопить свинец несчастья? Где грудь укрыть от непогод? Везде людского безучастья Встречаешь неизбежный лед Повсюду чувство каменеет И мрет под кознями умов; В насмешках сирая немеет И мерзнет дружба; а любовь — В любви ль найдешь еще отраду? Оставь напрасные мечты! Любовь — лишь только капля яду На остром жале красоты. Товарищ, где же утешенье? Чу! гром прошел по высотам. Дай руку! благо провиденье: Страданье здесь, блаженство — там!
Другие стихи этого автора
Всего: 363Снегопад
Валентин Берестов
День настал. И вдруг стемнело. Свет зажгли. Глядим в окно. Снег ложится белый-белый. Отчего же так темно?
Котенок
Валентин Берестов
Если кто-то с места сдвинется, На него котенок кинется. Если что-нибудь покатится, За него котенок схватится. Прыг-скок! Цап-царап! Не уйдешь из наших лап!
Гололедица
Валентин Берестов
Не идётся и не едется, Потому что гололедица. Но зато Отлично падается! Почему ж никто Не радуется?
Петушки
Валентин Берестов
Петушки распетушились, Но подраться не решились. Если очень петушиться, Можно пёрышек лишиться. Если пёрышек лишиться, Нечем будет петушиться.
Бычок
Валентин Берестов
Маленький бычок, Жёлтенький бочок, Ножками ступает, Головой мотает. — Где же стадо? Му-у-у! Скучно одному-у-у!
В магазине игрушек
Валентин Берестов
Друзей не покупают, Друзей не продают. Друзей находят люди, А также создают. И только у нас, В магазине игрушек, Огромнейший выбор Друзей и подружек.
Лошадка
Валентин Берестов
– Но! – сказали мы лошадке И помчались без оглядки. Вьётся грива на ветру. Вот и дом. — Лошадка, тпру!
Котофей
Валентин Берестов
В гости едет котофей, Погоняет лошадей. Он везёт с собой котят. Пусть их тоже угостят!
Весёлое лето
Валентин Берестов
Лето, лето к нам пришло! Стало сухо и тепло. По дорожке прямиком Ходят ножки босиком. Кружат пчелы, вьются птицы, А Маринка веселится. Увидала петуха: — Посмотрите! Ха-ха-ха! Удивительный петух: Сверху перья, снизу — пух! Увидала поросенка, Улыбается девчонка: — Кто от курицы бежит, На всю улицу визжит, Вместо хвостика крючок, Вместо носа пятачок, Пятачок дырявый, А крючок вертлявый? А Барбос, Рыжий пес, Рассмешил ее до слез. Он бежит не за котом, А за собственным хвостом. Хитрый хвостик вьется, В зубы не дается. Пес уныло ковыляет, Потому что он устал. Хвостик весело виляет: «Не достал! Не достал!» Ходят ножки босиком По дорожке прямиком. Стало сухо и тепло. Лето, лето к нам пришло!
Серёжа и гвозди
Валентин Берестов
Сотрясается весь дом. Бьет Сережа молотком. Покраснев от злости, Забивает гвозди. Гвозди гнутся, Гвозди мнутся, Гвозди извиваются, Над Сережей они Просто издеваются — В стенку не вбиваются. Хорошо, что руки целы. Нет, совсем другое дело — Гвозди в землю забивать! Тук! — и шляпки не видать. Не гнутся, Не ломаются, Обратно вынимаются.
Добро и зло
Валентин Берестов
Зло без добра не сделает и шага, Хотя бы потому, Что вечно выдавать себя за благо Приходится ему. Добру, пожалуй, больше повезло Не нужно выдавать себя за зло!
Был и я художником когда-то
Валентин Берестов
Был и я художником когда-то, Хоть поверить в это трудновато. Покупал, не чуя в них души, Кисти, краски и карандаши. Баночка с водою. Лист бумажный. Оживляю краску кистью влажной, И на лист ложится полоса, Отделив от моря небеса. Рисовал я тигров полосатых, Рисовал пиратов волосатых. Труб без дыма, пушек без огня Не было в то время у меня. Корабли дымят. Стреляют танки… Всё мутней, мутней водица в банке. Не могу припомнить я, когда Выплеснул ту воду навсегда.