Есть в судьбах наших
Есть в судьбах наших равновесия закон — Учёт и наших благ, и бедствий в этом мире. Две чаши на весах уравнивает он, Одной — убавит груз, другой — добавит гири.Так, чашу радостей опустошив вначале, Закона мудрого не избежишь и ты. Прими ж без ропота противовес печалей: Недуги старости и бремя слепоты.
Похожие по настроению
Ах, как все относительно в этом мире
Эдуард Асадов
Ах, как все относительно в мире этом! Вот студент огорченно глядит в окно, На душе у студента темным-темно: «Запорол» на экзаменах два предмета… Ну а кто-то сказал бы ему сейчас: — Эх, чудила, вот мне бы твои печали? Я «хвосты» ликвидировал сотни раз, Вот столкнись ты с предательством милых глаз — Ты б от двоек сегодня вздыхал едва ли! Только третий какой-нибудь человек Улыбнулся бы: — Молодость… Люди, люди!.. Мне бы ваши печали! Любовь навек… Все проходит на свете. Растает снег, И весна на душе еще снова будет! Ну а если все радости за спиной, Если возраст подует тоскливой стужей И сидишь ты беспомощный и седой — Ничего-то уже не бывает хуже! А в палате больной, посмотрев вокруг, Усмехнулся бы горестно: — Ну сказали! Возраст, возраст… Простите, мой милый друг. Мне бы все ваши тяготы и печали! Вот стоять, опираясь на костыли, Иль валяться годами (уж вы поверьте), От веселья и радостей всех вдали, Это хуже, наверное, даже смерти! Только те, кого в мире уж больше нет, Если б дали им слово сейчас, сказали: — От каких вы там стонете ваших бед? Вы же дышите, видите белый свет, Нам бы все ваши горести и печали! Есть один только вечный пустой предел… Вы ж привыкли и попросту позабыли, Что, какой ни достался бы вам удел, Если каждый ценил бы все то, что имел, Как бы вы превосходно на свете жили!
О.И. Орловой-Давыдовой
Федор Иванович Тютчев
Здесь, где дары судьбы освящены душой, Оправданы благотвореньем, Невольно человек мирится здесь с судьбой, Душа сознательно дружится с Провиденьем.
Человек выше своей судьбы
Илья Сельвинский
Что б ни случилось — помни одно: Стих — тончайший громоотвод! Любишь стихи — не сорвешься на дно: Поэзия сыщет, поймет, позовет. Живи, искусства не сторонясь, Люди без лирики, как столбы. Участь наша ничтожнее нас: Человек выше своей судьбы.
Страдания
Людмила Вилькина
Как в знойный день студёная вода, Как медленные острые лобзанья, Отрадны в жизни мне мои страдания. О, если б я могла страдать всегда! Пускай весь мир падучая звезда, Пускай на миги горе и желанья — Одна из всех вновь перешла за грань я — Мне жизнь милей на миг, чем навсегда. Я знаю, радость тяжелей печали. Она веселья мне не принесла. Страдания для душ колокола: О вечности твердят, влекут нас в дали… Страданья бесконечны. Оттого В них отражённым видом божество.
Есть что-то грустное
Мирра Лохвицкая
Есть что-то грустное и в розовом рассвете, И в звуках смеха, тонущих вдали. И кроется печаль в роскошно-знойном лете, В уборе царственном земли.И в рокот соловья вторгаются рыданья, Как скорбный стон надорванной струны. Есть что-то грустное и в радости свиданья, И в лучших снах обманчивой весны.
Как формула, вся жизнь продумана
Наталья Крандиевская-Толстая
МитеКак формула, вся жизнь продумана, Как труп анатомом, разъята. Играет сын сонату Шумана, Мою любимую когда-то.И снова, музыкой взволнована, Покою жизнь противоречит. И всё, что волей было сковано, Взлетает музыке навстречу.Играй, мой сын! Все были молоды. И ты, как все, утраты встретишь И на бесчисленные доводы Страданью музыкой ответишь.
Окиньте беглым, мимолетным взглядом
София Парнок
Окиньте беглым, мимолетным взглядом Мою ладонь: Здесь две судьбы, одна с другою рядом, Двойной огонь.Двух жизней линии проходят остро, Здесь «да» и «нет»,— Вот мой ответ, прелестный Калиостро, Вот мой ответ.Блеснут ли мне спасительные дали, Пойду ль ко дну,— Одну судьбу мою вы разгадали, Но лишь одну.
Мелочи жизни
Владимир Бенедиктов
Есть муки непрерывные: не видно, Не слышно их, о них не говорят. Скрывать их трудно, открывать их стыдно, Их люди терпят, жмутся и молчат. Зарыты в мрак душевного ненастья, Они не входят в песнь твою, певец. Их благородным именем несчастья Назвать нельзя, — несчастие — венец, Венец святой, надетый под грозою, По приговору божьего суда. Несчастье — терн, обрызнутый слезою Иль кровию, но грязью — никогда. Оно идет как буря — в тучах грозных, С величьем, — тут его и тени нет. Тут — пошлость зол и бед мелкозанозных, Вседневных зол и ежечасных бед. Житейский сор! — Едва лишь пережиты, — Одни ушли, те сыплют пылью вновь, — А на душе осадок ядовитый От них растет и проникает в кровь; Они язвят, подобно насекомым, И с ними тщетна всякая борьба, — Лишь вихрем бурным, молнией и громом Разносит их могучая судьба.
Как совладать с судьбою-дурой
Владислав Ходасевич
Как совладать с судьбою-дурой? Заладила свое — хоть плачь. Сосредоточенный и хмурый, Смычком орудует скрипач. А скрипочка поет и свищет Своим приятным голоском. И сам Господь с нее не взыщет — Ей всё на свете нипочем.
Судьба с судьбой
Юрий Верховский
Ты, может быть, придешь ко мне иная, Чем та, что я любил; Придешь, как вновь — не помня и не зная Своих великих сил. Но можешь ли идти со мною рядом, А я — идти с тобой, Чтоб первый взгляд не встретился со взглядом И в них — судьба с судьбой? Твоя судьба — предаться полновластью: Суровой — не избыть. Моя судьба — гореть покорной страстью: Иной — не может быть.
Другие стихи этого автора
Всего: 190Такое яблоко в саду
Наталья Крандиевская-Толстая
Такое яблоко в саду Смущало бедную праматерь. А я, — как мимо я пройду? Прости обеих нас, создатель! Желтей турецких янтарей Его сторонка теневая, Зато другая — огневая, Как розан вятских кустарей. Сорву. Ужель сильней запрет Веселой радости звериной? А если выглянет сосед — Я поделюсь с ним половиной.
От этих пальцев
Наталья Крандиевская-Толстая
От этих пальцев, в горстку сложенных На успокоенной груди, Не отрывай ты глаз встревоженных, Дивись, безмолвствуя, гляди, С каким смиреньем руку впадиной Прикрыла грешная ладонь… Ведь и ее обжёг огонь, Когда-то у богов украденный.
От суетных отвыкла дел
Наталья Крандиевская-Толстая
От суетных отвыкла дел, А стόящих — не так уж много, И, если присмотреться строго, Есть и у стόящих предел.Мне умники твердили с детства: «Всё видеть — значит всё понять», Как будто зрение не средство, Чтобы фантазию унять. Но пощади мои утехи, Преобразующие мир. Кому мешают эти вехи И вымыслов ориентир?
Мне не спится
Наталья Крандиевская-Толстая
Мне не спится и не рифмуется, И ни сну, ни стихам не умею помочь. За окном уж с зарею целуется Полуночница — белая ночь. Все разумного быта сторонники На меня уж махнули рукой За режим несуразный такой, Но в стакане, там, на подоконнике, Отгоняя и сон, и покой, Пахнет счастьем белый левкой.
Не двигаться, не шевелиться
Наталья Крандиевская-Толстая
Не двигаться, не шевелиться, Так ближним меньше беспокойства. Вот надобно к чему стремиться, В чем видеть мудрость и геройство.А, в общем, грустная история. Жизнь — промах, говоря по-русски, Когда она лишь категория Обременительной нагрузки.
Меня уж нет
Наталья Крандиевская-Толстая
Меня уж нет. Меня забыли И там, и тут. И там, и тут. А на Гомеровой могиле Степные маки вновь цветут.Как факел сна, цветок Морфея В пыли не вянет, не дрожит, И, словно кровью пламенея, Земные раны сторожит.
Там, в двух шагах
Наталья Крандиевская-Толстая
Там, в двух шагах от сердца моего, Харчевня есть — «Сиреневая ветка». Туда прохожие заглядывают редко, А чаще не бывает никого.Туда я прихожу для необычных встреч. За столик мы, два призрака, садимся, Беззвучную ведём друг с другом речь, Не поднимая глаз, глядим — не наглядимся.Галлюцинация ли то, иль просто тени, Видения, возникшие в дыму, И жив ли ты, иль умер, — не пойму… А за окном наркоз ночной сирени Потворствует свиданью моему.
Затворницею
Наталья Крандиевская-Толстая
Затворницею, розой белоснежной Она цветет у сердца моего, Она мне друг, взыскательный и нежный, Она мне не прощает ничего.Нет имени у ней иль очень много, Я их перебираю не спеша: Психея, Муза, Роза-недотрога, Поэзия иль попросту — душа.
Подражание древнегреческому
Наталья Крандиевская-Толстая
Лесбоса праздную лиру Множество рук подхватило. Но ни одна не сумела Слух изощрённый ахеян Рокотом струн покорить.Струны хранили ревниво Голос владелицы первой, Любимой богами Сафо.Вторить они не хотели Голосу новых владельцев, Предпочитая молчать.
Всё в этом мире приблизительно
Наталья Крандиевская-Толстая
Всё в этом мире приблизительно: Струится форма, меркнет свет. Приемлю только умозрительно И образ каждый, и предмет.А очевидность примитивная Давно не тешит глаз моих. Осталась только жизнь пассивная, Разгул фантазии да стих.Вот с ним, должно быть, и умру я, Строфу последнюю рифмуя.
Perpeuum Mobile
Наталья Крандиевская-Толстая
Этим — жить, расти, цвести, Этим — милый гроб нести, До могилы провожать, В утешенье руки жать, И сведя со старым счёт, Повторять круговорот, Снова жить, расти, цвести, Снова милый гроб нести…
Позабуду я не скоро
Наталья Крандиевская-Толстая
Позабуду я не скоро Бликов солнечную сеть. В доме были полотёры, Были с мамой разговоры, Я хотела умереть.И томил в руке зажатый Нашатырный пузырёк. На паркет, на клочья ваты Дул апрельский ветерок, Зимним рамам вышел срок…И печально и приятно Умереть в шестнадцать лет… Сохранит он, вероятно, Мои письма и портрет. Будет плакать или нет?В доме благостно и чинно: В доме — всё наоборот, Полотёры по гостиной Ходят задом наперёд. На степенных ликах — пот.Где бы мне от них укрыться, В ванной что ли, в кладовой, Чтобы всё же отравиться? Или с мамой помириться И остаться мне живой?