Я хочу умереть молодой
Я хочу умереть молодой, Не любя, не грустя ни о ком; Золотой закатиться звездой, Облететь неувядшим цветком. Я хочу, чтоб на камне моем Истомленные долгой враждой Находили блаженство вдвоем… Я хочу умереть молодой!
Схороните меня в стороне От докучных и шумных дорог, Там, где верба склонилась к волне, Где желтеет некошеный дрок. Чтобы сонные маки цвели, Чтобы ветер дышал надо мной Ароматами дальней земли… Я хочу умереть молодой!
Не смотрю я на пройденный путь, На безумье растраченных лет; Я могу беззаботно уснуть, Если гимн мой последний допет. Пусть не меркнет огонь до конца И останется память о той, Что для жизни будила сердца… Я хочу умереть молодой!
Похожие по настроению
Memento mori
Алексей Апухтин
Когда о смерти мысль приходит мне случайно, Я не смущаюся ее глубокой тайной, И, право, не крушусь, где сброшу этот прах, Напрасно гибнущую силу — На пышном ложе ли, в изгнаньи ли, в волнах, Для похорон друзья сберутся ли уныло, Напьются ли они на тех похоронах Иль неотпетого свезут меня в могилу,- Мне это все равно… Но если. Боже мой! Но если не всего меня разрушит тленье И жизнь за гробом есть,- услышь мой стон больной, Услышь мое тревожное моленье!Пусть я умру весной. Когда последний снег Растает на полях и радостно на всех Пахнет дыханье жизни новой, Когда бессмертия постигну я мечту, Дай мне перелететь опять на землю ту, Где я страдал так горько и сурово. Дай мне хоть раз еще взглянуть на те поля, Узнать, все так же ли вращается земля В своем величьи неизменном, И те же ли там дни, и так же ли роса Слетает по утрам на берег полусонный, И так же ль сини небеса, И так же ль рощи благовонны? Когда ж умолкнет все и тихо над землей Зажжется свод небес далекими огнями, Чрез волны облаков, облитые луной, Я понесусь назад, неслышный и немой, Несметными окутанный крылами. Навстречу мне деревья, задрожав, В последний раз пошлют свой ропот вечный, Я буду понимать и шум глухой дубрав, И трели соловья, и тихий шелест трав, И речки говор бесконечный. И тем, по ком страдал я чувством молодым, Кого любил с таким самозабвеньем, Явлюся я… не другом их былым, Не призраком могилы роковым, Но грезой легкою, но тихим сновиденьем. Я все им расскажу. Пускай хоть в этот час Они поймут, какой огонь свободный В груди моей горел, и тлел он, и угас, Неоцененный и бесплодный. Я им скажу, как я в былые дни Из душной темноты напрасно к свету рвался, Как заблуждаются они, Как я до гроба заблуждался!
Хорони, хорони меня, ветер
Анна Андреевна Ахматова
Хорони, хорони меня, ветер! Родные мои не пришли, Надо мною блуждающий вечер И дыханье тихой земли. Я была, как и ты, свободной, Но я слишком хотела жить. Видишь, ветер, мой труп холодный, И некому руки сложить. Закрой эту черную рану Покровом вечерней тьмы И вели голубому туману Надо мною читать псалмы. Чтобы мне легко, одинокой, Отойти к последнему сну, Прошуми высокой осокой Про весну, про мою весну.
Я любила
Федор Сологуб
«Я любила, я любила, Потому и умерла!» Как заспорить с любой милой, Как сказать: «С ума сошла!» «Мне покойно в белом гробе. Хорошо, что здесь цветы. Погребенья час не пробил, И ещё со мною ты. Всё минувшее бесследно. Я — совсем уже не та. Но не бойся любы бледной, Поцелуй мои уста. Были пламенны и алы, Вот, — недвижны и бледны. Милый, пей их нежный холод, Снова тки, как прежде, сны. Не хочу, чтоб скоро умер, — Мне одной пускаться в путь, Без тебя в прохладном доме Хоть немного отдохнуть. Я любила, я любила, Оттого и умерла!» Как заспорить с любой милой, Как сказать: «С ума сошла! Здесь не гроб, а только койка, Не кладбище, жёлтый дом». Вдруг запела: «Гайда, тройка! Снег пушистый, мы вдвоём».
Хочу
Константин Бальмонт
Хочу быть дерзким, хочу быть смелым, Из сочных гроздий венки свивать. Хочу упиться роскошным телом, Хочу одежды с тебя сорвать! Хочу я зноя атласной груди, Мы два желанья в одно сольем. Уйдите, боги! Уйдите, люди! Мне сладко с нею побыть вдвоем! Пусть будет завтра и мрак и холод, Сегодня сердце отдам лучу. Я буду счастлив! Я буду молод! Я буду дерзок! Я так хочу!
Вдовья песня
Маргарита Агашина
Годы, как ласточки, мчатся… Что впереди — не боюсь. С кем только, милый, прощаться в час, когда я соберусь? Выйду ли к Волге с рассветом, ночь ли в окне простою, — милый мой, только об этом думаю думу свою. Милый мой, выросли дети, поумирала родня… Был ты, мой милый, на свете только один у меня. Всё, что нам выпало в жизни — счастье твоё и моё — не пожалел для отчизны, Всё ты отдал за неё. Годы — пускай себе мчатся! Старость — не радость, а груз. …С кем мне, мой милый, прощаться в час, когда я соберусь?
Молитва
Марина Ивановна Цветаева
Христос и Бог! Я жажду чуда Теперь, сейчас, в начале дня! О, дай мне умереть, покуда Вся жизнь как книга для меня. Ты мудрый, Ты не скажешь строго: — «Терпи, еще не кончен срок». Ты сам мне подал — слишком много! Я жажду сразу — всех дорог! Всего хочу: с душой цыгана Идти под песни на разбой, За всех страдать под звук органа и амазонкой мчаться в бой; Гадать по звездам в черной башне, Вести детей вперед, сквозь тень… Чтоб был легендой — день вчерашний, Чтоб был безумьем — каждый день! Люблю и крест, и шелк, и каски, Моя душа мгновений след… Ты дал мне детство — лучше сказки И дай мне смерть — в семнадцать лет!
О Господи! Как я хочу умереть
Наум Коржавин
О Господи! Как я хочу умереть, Ведь это не жизнь, а кошмарная бредь. Словами взывать я пытался сперва, Но в стенках тюремных завязли слова.О Господи, как мне не хочется жить! Всю жизнь о неправедной каре тужить. Я мир в себе нес — Ты ведь знаешь какой! А нынче остался с одною тоской.С тоскою, которая памяти гнет, Которая спать по ночам не дает.Тоска бы исчезла, когда б я сумел Спокойно принять небогатый удел,Решить, что мечты — это призрак и дым, И думать о том, чтобы выжить любым. Я стал бы спокойней, я стал бы бедней, И помнить не стал бы наполненных дней.Но что тогда помнить мне, что мне любить. Не жизнь ли саму я обязан забыть? Нет! Лучше не надо, свирепствуй! Пускай! — Остаток от роскоши, память-тоска. Мути меня горечью, бей и кружись, Чтоб я не наладил спокойную жизнь. Чтоб все я вернул, что теперь позади, А если не выйдет,- вконец изведи.
Песня (Когда умру, смиренно совершите)
Николай Языков
Когда умру, смиренно совершите По мне обряд печальный и святой, И мне стихов надгробных не пишите, И мрамора не ставьте надо мной. Но здесь, друзья, где смело юность ваша Красуется могуществом вина, Где весела, как праздничная чаша, Душа кипит, свободна и шумна, Во славу мне вы чашу круговую Наполните играющим вином, Торжественно пропойте песнь родную И празднуйте об имени моем. Все тлен и миг! Блажен, кому судьбою Свою весну пропировать дано; Чья грудь полна свободой удалою, Кто любит жизнь за песни и вино!..
Из Горация
Сергей Дуров
Реже у окон твоих молодежь собирается. Реже Шумный их говор тебя пробуждает от сладкой дремоты. Дверь покорилась замку; а бывало, она то и дело Звонко на петлях визжит…Нынче, как длинная ночь разольется широко по небу, Реже и реже к тебе долетают признанья влюбленных, Реже ты слышишь теперь: «Умираю от страсти безумной…» Ты же — о Лидия! — спишь….Скоро настанет пора: ты совсем отцветешь, и тогда-то, В улице темной бродя и знобимая ветром холодным, Вспомнишь невольно о тех, на которых ты прежде смотрела О ленивым презреньем… ТогдаСердце твое, как огонь, запылает мятежною страстью: Будет оно день и ночь беспрестанным желаньем терзаться; Кровь потечет у тебя, как по жилам степной кобылицы. Ищущей в степи коня…Тщетно ты взглянешь назад… Ведь румяная молодость любит Мирты цветущие: лист, отлученный грозою от ветки, Гордо кидает она, не заботясь о нем, в волны Эбра, Спутника мертвой зимы…
В жизни всему свои сроки
Сергей Клычков
В жизни всему свои сроки, Всякому лиху пора… Две белопёрых сороки Сядут на тын у двора. Всё по порядку гадалки Вспомнят, что сам позабыл, Что погубить было жалко И, не губя, погубил… Словно бродяги без крова, В окна заглянут года… Счастье — как пряник медовый! С солью краюха — беда! Лень ли за дверь оглянуться, Палкой воровок спугнуть. Жалко теперь обмануться. Трудно теперь обмануть… Вечер пройдёт и обронит Щит золотой у ворот… Кто ж тебя за руку тронет, Кто же тебя позовёт? Те же, как веточки, руки, Те же росинки у глаз. Только теперь и разлуки Не посулят ни на час… Юность — пролёт голубиный! Сердце — пугливый сурок! То лишь краснеет рябина В стрекоте вещих сорок!
Другие стихи этого автора
Всего: 54Душе очарованной снятся лазурные дали
Мирра Лохвицкая
Душе очарованной снятся лазурные дали… Нет сил отогнать неотступную грусти истому… И рвется душа, трепеща от любви и печали, В далекие страны, незримые оку земному.Но время настанет, и, сбросив оковы бессилья, Воспрянет душа, не нашедшая в жизни ответа6 Широко расправит могучие белые крылья И узрит чудесное в море блаженства и света!
Если б счастье мое было вольным орлом
Мирра Лохвицкая
Если б счастье мое было вольным орлом, Если б гордо он в небе парил голубом,— Натянула б я лук свой певучей стрелой, И живой или мертвый, а был бы он мой! Если б счастье мое было чудным цветком, Если б рос тот цветок на утесе крутом,— Я достала б его, не боясь ничего, Сорвала б и упилась дыханьем его! Если б счастье мое было редким кольцом И зарыто в реке под сыпучим песком,— Я б русалкой за ним опустилась на дно, На руке у меня заблистало б оно! Если б счастье мое было в сердце твоем,— День и ночь я бы жгла его тайным огнем, Чтобы, мне без раздела навек отдано, Только мной трепетало и билось оно!
Ревность
Мирра Лохвицкая
Где сочная трава была как будто смята, Нашла я ленты розовой клочок. И в царстве радостном лучей и аромата Пронесся вздох,— подавлен, но глубок.Иглой шиповника задержанный случайно, Среди бутонов жаждущих расцвесть, Несчастный лоскуток, разгаданная тайна, Ты мне принес мучительную весть.Я сохраню тебя, свидетеля обмана, На сердце, полном горечи и зла, Чтоб никогда его не заживала рана, Чтоб месть моя достойною была!
Мой возлюбленный
Мирра Лохвицкая
1Вы исчезните, думы тревожные, прочь! Бронзу темную кос, белый мрамор чела Крупным жемчугом я обвила… Буду ждать я тебя в эту майскую ночь, Вся, как майское утро, светла…Звезды вечные ярко горят в вышине, Мчись на крыльях своих, прилетай же скорей, Дай упиться любовью твоей. И, услыша мой зов, он примчался ко мне, В красоте благовонных кудрей…О мой друг! – Ты принес мне дыхание трав, Ароматы полей и цветов фимиам, И прекрасен, и чуден ты сам! И в бесплотных, но страстных объятиях сжав, Ты меня унесешь к небесам!2В час, когда слетают сны, В ночи ясные весны, Слышен вздох мой в тишине: «Друг мой! вспомни обо мне!»Колыхнется ли волна, Занавеска ль у окна, Иль чудесный и родной Донесется звук иной.Всюду чудится мне он, Кто бесплотный, будто сон, Все качает ветки роз, Все шуршит в листве берез.*Только выйду, – вслед за мной, Вея страстью неземной, По цветам он полетит, По кустам зашелестит,Зашумит среди дерев И, на яблони слетев, Нежный цвет спешит стряхнуть, Чтобы мой усеять путь.Иль нежданно налетит И на бархате ланит Бестелесный, но живой Поцелуй оставит свойИ когда слетают сны, В ночи ясные весны — Я не сплю… Я жду… И вот, — Мерный слышится полет.И, таинственный, как сон, Ароматом напоен, Он мой полог распахнул, И к груди моей прильнул…Образ, видимый едва… Полу-внятные слова… Тихий шорох легких крыл… Все полночный мрак покрыл…
Песнь торжествующей любви
Мирра Лохвицкая
Мы вместе наконец!.. Мы счастливы, как боги!.. Нам хорошо вдвоем! И если нас гроза настигнет по дороге, – Меня укроешь ты под ветром и дождем Своим плащом!И если резвый ключ или поток мятежный, Мы встретим на пути, – Ты на руках своих возьмешь с любовью нежной Чрез волны бурные меня перенести, – Меня спасти!И даже смерть меня не разлучит с тобою, Поверь моим словам. Уснешь ли вечным сном, – я жизнь мою с мольбою, С последней ласкою прильнув к твоим устам Тебе отдам!
В скорби моей
Мирра Лохвицкая
В скорби моей никого не виню. В скорби — стремлюсь к незакатному дню. К свету нетленному пламенно рвусь. Мрака земли не боюсь, не боюсь.Счастья ли миг предо мной промелькнет, Злого безволья почувствую ль гнет,— Так же душою горю, как свеча, Так же молитва моя горяча.Молча пройду я сквозь холод и тьму, Радость и боль равнодушно приму. В смерти иное прозрев бытие, Смерти скажу я: «Где жало твое?»
Сон весталки
Мирра Лохвицкая
На покатые плечи упала волна Золотисто каштановых кос… Тихо зыблется грудь, и играет луна На лице и на глянце волос.Упоительный сон и горяч, и глубок, Чуть алеет румянец ланит… Белых лилий ее позабытый венок Увядает на мраморе плит.Но какая мечта взволновала ей грудь, Отчего улыбнулась она? Или запах цветов не дает ей уснуть, В светлых грезах покойного сна?Снится ей, – весь зеленым плющом обвитой, В колеснице на тиграх ручных Едет Вакх, едет радости бог молодой Средь вакханок и фавнов своихБеззаботные речи, и пенье, и смех. Опьяняющий роз аромат – Ей неведомый мир незнакомых утех, Наслажденья и счастья сулят.Снится ей: чернокудрый красавец встает, Пестрой шкурой окутав плечо, К ней склоняется … смотрит… смеется… и вот – Он целует ее горячо!Поцелуй этот страстью ей душу прожег, В упоенье проснулась она… Но исчез, как в тумане, смеющийся бог, Бог веселья, любви и вина…Лишь откуда-то к ней доносились во храм Звуки чуждые флейт и кимвал, Да в кадильницах Весты потух фимиам… И священный огонь угасал.
Пион
Мирра Лохвицкая
Утренним солнцем давно Чуткий мой сон озарен. Дрогнули вежды. В окно Розовый стукнул пион. В яркий одевшись покров, Пышный и дерзкий он взрос. Льется с его лепестков. Запах лимона и роз. Смотрит румяный пион, Венчик махровый склонив. Алый мне чудится звон, Мнится могучий призыв, – Юности пышной знаком, Зрелости мудрой далек. Ветер качает цветком Крепкий стучит стебелек Чуждый поэзии сна, Ранним дождем напоен, В светлые стекла окна Розовый бьется пион.
Ты не думай уйти от меня никуда
Мирра Лохвицкая
Ты не думай уйти от меня никуда! Нас связали страданья и счастья года; Иль напрасно любовью горели сердца, И лобзанья, и клятвы лились без конца? Если жить тяжело, можно страх превозмочь, Только выберем темную, темную ночь, И когда закатится за тучу луна, — Нас с высокого берега примет волна… Разметаю я русую косу мою И, как шелковой сетью, тебя обовью, Чтоб заснул ты навек под морскою волной На груди у меня, неразлучный со мной!
Забытое заклятье
Мирра Лохвицкая
Ясной ночью в полнолунье – Черной кошкой иль совой Каждой велено колдунье Поспешить на шабаш свой.Мне же пляски надоели. Визг и хохот – не по мне. Я пошла бродить без цели При всплывающей луне.Легкой тенью, лунной грезой, В темный сад скользнула я Там, меж липой и березой, Чуть белеется скамья.Кто-то спит, раскинув руки, Кто-то дышит, недвижим. Ради шутки иль от скуки – Наклонилась я над ним.Веткой липы ароматной Круг воздушный обвела И под шепот еле внятный Ожила ночная мгла:«Встань, проснись. Не время спать. Крепче сна моя печать. Положу тебе на грудь, – Будешь сердцем к сердцу льнуть.На чело печать кладу, – Будет разум твой в чаду. Будешь в правде видеть ложь, Муки – счастьем назовешь.Я к устам прижму печать, – Будет гнев в тебе молчать. Будешь – кроткий и ручной – Всюду следовать за мной.Встань. Проснись. Не время спать. На тебе – моя печать. Человечий образ кинь. Зверем будь. Аминь! Аминь!»И воспрянул предо мною Кроткий зверь, покорный зверь. Выгнул спину. Под луною Налетаюсь я теперь.Мы летим. Все шире, шире, Разрастается луна. Блещут горы в лунном мире, Степь хрустальная видна.О, раздолье! О, свобода! Реют звуки флейт и лир. Под огнями небосвода Морем зыблется эфир.Вольный вихрь впивая жадно, Как волна, трепещет грудь. Даль немая – неоглядна. Без границ – широкий путь.Вьются сладкие виденья, Ковы смерти сокруша. В дикой буре наслажденья Очищается душа.Но внизу, над тьмой земною, Сумрак ночи стал редеть. Тяжко дышит подо мною Заколдованный медведь.На спине его пушистой Я лежу – без дум, без сил. Трепет утра золотистый Солнце ночи загасил.Я качаюсь, как на ложе, Притомясь и присмирев, Все одно, одно и то же. Повторяет мой напев:Скоро, скоро будем дома. Верный раб мой, поспеши. Нежит сладкая истома Успокоенной души.Пробуждается природа. Лунных чар слабеет звон. Алой музыкой восхода Гимн лазурный побежден.Вот и дом мой… Прочь, косматый! Сгинь, исчезни, черный зверь. Дух мой, слабостью объятый, В крепкий сон войдет теперь.Что ж ты медлишь? Уходи же! Сплю я? Брежу ль наяву? Он стоит – и ниже, ниже Клонит грустную главу.Ах, печать не в силах снять я! Брезжит мысль моя едва. – Заповедного заклятья Позабыла я слова!С этих пор – в часы заката И при огненной луне – Я брожу, тоской объята; Вспомнить, вспомнить надо мне!Я скитаюсь полусонной, Истомленной и больной. Но мой зверь неугомонный Всюду следует за мной.Тяжела его утрата И мучителен позор. В час луны и в час заката Жжет меня звериный взор.Все грустней, все безнадежней Он твердит душе моей: Возврати мне образ прежний, Свергни чары – иль убей!»
В пустыне
Мирра Лохвицкая
В багряных лучах заходящего дня, Под небом пустыни – мы были вдвоем. Король мой уснул на груди у меня. Уснул он на сердце моем.Лепечет источник: «Приди, подойди! Водою живою тебя напою», – – «Король мой уснул у меня на груди, – Он вверил мне душу свою».Смоковница шепчет, вершину склоня: «Вот плод мой душистый. Возьми и сорви» – «Король мой уснул на груди у меня, – Он дремлет под сенью любви».Спешат караваны: «Беги, уходи! Несется самум!.. Ты погибнешь в песках». «Король мой уснул у меня на груди, – Поверю ли в гибель и страх?»Исчезли миражи, распались как дым, Вечернее небо горит впереди. Король мой! Ты нежно, ты свято храним. Ты дремлешь на верной груди.
В долине лилии
Мирра Лохвицкая
В долине лилии цветут безгрешной красотой Блестит червонною пыльцой их пестик золотой. Чуть гнется стройный стебелек под тяжестью пчелы, Благоухают лепестки, прекрасны и светлы.В долине лилии цветут… Идет на брата брат. Щитами бьются о щиты, – и копья их стучат. В добычу воронам степным достанутся тела, В крови окрепнут семена отчаянья и зла.В долине лилии цветут… Клубится черный дым На небе зарево горит зловещее над ним. Огонь селения сожжет, – и будет царство сна. Свой храм в молчанье мертвых нив воздвигнет тишина.В долине лилии цветут. Какая благодать! Не видно зарева вдали и стонов не слыхать. Вокруг низринутых колонн завился виноград И новым праотцам открыт Эдема вечный сад.