Цифра 2
Средь чисел всех милей мне цифра — два. То — лебедь белая средь тёмных знаков, Цветок поникший средь поникших злаков, На длинном теле сфинкса голова. Земля и небо — оба естества — В ней слиты тайной всех лучей и мраков. Она — обетованье вечных браков, И там, где дышит жизнь, она жива. В ней таинство зачатья и порока, В ней отдых от единого добра. В ней веры и сомнения игра, В ней пёстрый шум и разноцветность рока. Она — достойный образ божества, Языческая лебедь — цифра два.
Похожие по настроению
Две любви
Александр Александрович Блок
Любви и светлой, и туманной Равно изведаны пути. Они равно душе желанны, Но как согласье в них найти? Несъединимы, несогласны, Они равны в добре и зле, Но первый — безмятежно-ясный, Второй — в смятеньи и во мгле. Ты огласи их славой равной, И равной тайной согласи, И, раб лукавый, своенравный, Обоим жертвы приноси! Но трепещи грядущей кары, Страшись грозящего перста: Твои блаженства и пожары — Всё — прах, всё — тлен, всё — суета.
Нас было двое мы слагали
Давид Давидович Бурлюк
Нас было двое мы слагали Из слов тончайший минарет В лазурь мы путь тогда искали Взойдя на холм прозрачных лет И возлагая новый камень Мы каждый раз твердили вслух Что близок уж небесный пламень Что близок идеальный дух И что же!.. кто взлелеял зависть К творенью нашему тогда Кто бросил жгучую ненависть Смешав языки навсегда.
Первая двойка
Эмма Мошковская
А у меня портфель в руке С огромной двойкой в дневнике! С тяжелой двойкой в дневнике! А все шагают налегке. А все шагают тут и там И просто так, и по делам. А возле дома номер два Стоит автобус номер два, И пароход издалека Дал почему-то два гудка… А ноги тащатся едва, А ноги тащатся едва, И опустилась голова, Как голова у цифры два! А все шагают тут и там И просто так, и по делам. А кто-то песенку поет, Конфеты кто-то продает, А кто-то покупает… А у меня портфель в руке С огромной двойкой в дневнике! С тяжелой двойкой в дневнике! А все шагают налегке…
Две дороги
Федор Глинка
I[/I] Тоскуя — полосою длинной, В туманной утренней росе, Вверяет эху сон пустынный Осиротелое шоссе… А там вдали мелькает струнка, Из-за лесов струится дым: То горделивая чугунка С своим пожаром подвижным. Шоссе поет про рок свой слезный: «Что ж это сделал человек?! Он весь поехал по железной, А мне грозит железный век!.. Давно ль красавицей дорогой Считалась общей я молвой? — И вот теперь сижу убогой И обездоленной вдовой. Где-где по мне проходит пеший; А там и свищет и рычит Заклепанный в засаде леший И без коней — обоз бежит…»
Две силы есть — две роковые силы…
Федор Иванович Тютчев
Две силы есть — две роковые силы, Всю жизнь свою у них мы под рукой, От колыбельных дней и до могилы, — Одна есть Смерть, другая — Суд людской. И та и тот равно неотразимы, И безответственны и тот и та, Пощады нет, протесты нетерпимы, Их приговор смыкает всем уста… Но Смерть честней — чужда лицеприятью, Не тронута ничем, не смущена, Смиренную иль ропщущую братью — Своей косой равняет всех она. Свет не таков: борьбы, разноголосья — Ревнивый властелин — не терпит он, Не косит сплошь, но лучшие колосья Нередко с корнем вырывает вон. И горе ей — увы, двойное горе, — Той гордой силе, гордо-молодой, Вступающей с решимостью во взоре, С улыбкой на устах — в неравный бой, Когда она, при роковом сознанье Всех прав своих, с отвагой красоты, Бестрепетно, в каком-то обаянье Идет сама навстречу клеветы, Личиною чела не прикрывает, И не дает принизиться челу, И с кудрей молодых, как пыль, свевает Угрозы, брань и страстную хулу, — Да, горе ей — и чем простосердечней, Тем кажется виновнее она… Таков уж свет: он там бесчеловечней, Где человечно-искренней вина.
8
Иннокентий Анненский
Девиз Таинственной похож На опрокинутое 8: Она - отраднейшая ложь Из всех, что мы в сознаньи носим. В кругу эмалевых минут Ее свершаются обеты, А в сумрак звездами блеснут Иль ветром полночи пропеты. Но где светил погасших лик Остановил для нас теченье, Там Бесконечность - только миг, Дробимый молнией мученья. В качестве загл. - математический знак бесконечности. В кругу эмалевых минут Имеется в виду эмалевый циферблат часов.
Спящий лебедь
Мирра Лохвицкая
Земная жизнь моя — звенящий, Невнятный шорох камыша. Им убаюкан лебедь спящий, Моя тревожная душа. Вдали мелькают торопливо В исканьях жадных корабли. Спокойной в заросли залива, Где дышит грусть, как гнет земли. Но звук, из трепета рожденный, Скользнет в шуршанье камыша — И дрогнет лебедь пробужденный, Моя бессмертная душа. И понесется в мир свободы, Где вторят волнам вздохи бурь, Где в переменчивые воды Глядится вечная лазурь.
Душа моя, как птица
Сергей Клычков
Душа моя, как птица, Живет в лесной глуши, И больше не родится На свет такой души. По лесу треск и скрежет: У нашего села Под ноги ели режет Железный змей-пила. Сожгут их в тяжких горнах, Как грешных, сунут в ад, А сколько бы просторных Настроить можно хат! Прости меня, сквозная Лесная моя весь, И сам-то я не знаю, Как очутился здесь, Гляжу в безумный пламень И твой целую прах За то, что греешь камень, За то, что гонишь страх! И здесь мне часто снится Один и тот же сон: Густая ель-светлица, В светлице хвойный звон, Светлы в светлице сени, И тепел дух от смол, Прилесный скат — ступени, Крыльцо — приречный дол, Разостлан мох дерюгой, И слились ночь и день, И сели в красный угол За стол трапезный — пень… Гадает ночь-цыганка, На звезды хмуря бровь: Где ж скатерть-самобранка, Удача и любовь? Но и она не знает, Что скрыто в строках звезд!.. И лишь с холма кивает Сухой рукой погост…
Дуатематизм плюс улыбнуться
Вадим Шершеневич
Мне только двадцать четыре! 24 всего! В этом году, наверно, случилось два мая! Я ничего, Я ничего Не понимаю.И вот смеюсь. Я просто глуп. Но ваша легкая улыбка Блеснула в волнах влажных губ, Вчера в 12. Словно рыбка.И были вы совсем не та, На эту ни капельки не похожи. Звенеть качелям пьяной дрожи! Когда сбывается мечта, Уж не мечта она. А что же?И не надо думать, что когда-нибудь трубы зазвучат, Возглашая Страшный Суд. И крича о мученьях, Злые пантеры к нам прибегут, Чтоб дикий свой взгляд Спрятать от страха в девических нежных коленках. Пересохнут моря, где налетами белые глыбы, И медузы всплывут На поверхность последнего дня. И с глазами вытаращенными удивленные рыбы Станут судорожно глотать воздух, полный огня. Мудрецы, проститутки, поэты, собаки В горы побегут, А горы войдут В города. И все заверещат, ибо узрит всякий, Как у Бога бела борода.Но ведь это не скоро. В пепелящемся мире Рвется сердце, как скачет по скалам от пули коза.Мне 24, Как когда-то писал про меня Соломон.
Зверь + число
Велимир Хлебников
Когда мерцает в дыме сел Сверкнувший синим коромысел, Проходит Та, как новый вымысел, И бросит ум на берег чисел. Воскликнул жрец: «О, дети, дети!» — На речь афинского посла. И ум, и мир, как плащ, одеты На плечах строгого числа. И если смертный морщит лоб Над винно-пенным уравнением, Узнайте: делает он, чтоб Стать роста на небо растением. Прочь застенок! Глаз не хмуря, Огляните чисел лом. Ведь уже трепещет буря, Полупоймана числом. Напишу в чернилах: верь! Близок день, что всех возвысил! И грядет бесшумно зверь С парой белых нежных чисел! Но, услышав нежный гомон Этих уст и этих дней, Он падет, как будто сломан, На утесы меж камней.
Другие стихи этого автора
Всего: 20Женский сонет
Людмила Вилькина
Люблю я правду, как полдневный свет. Тот всех смелей, кто духом всех правдивей. Кто смел, мне дорог. На вопрос стыдливый Он страстное услышит «да» в ответ. Но правда страсти в тайне. Страсти нет, Где взор чужой, печальный и пытливый Змеёй прокрался в мой приют счастливый, Нарушив наготы святой запрет. И я люблю обман, как свет луны, Сплетённый только под уснувшей чащей. В глаза мои взгляни: моей вины Ты не прочтёшь в пучине их молчащей. Я лгу затем, что правду я люблю, Но правду тайной страсти, — не твою.
Разлука
Людмила Вилькина
В чертах земных сокрыт небесный лик. Лицо Христа все лица освятило. Как в складках туч далёкое светило, Ищу его. И подвиг мой велик. Ты в жизнь мою нечаянно проник. Тебя моё доверье осветило. Но слабого величие смутило, И ты бежишь, как от горы родник. Не возвращайся. Больше не узнаю Твои черты — они подобны всем. Лишь только раз доступен нам Эдем, И нет путей к утраченному раю. Твои слова — для сердца тишина. Ты здесь, иль ты далёко — я одна.
Одно и тоже
Людмила Вилькина
Я сплю иль умерла — одно и то же. Кровать иль гроб, — но тесны мне они. Прервутся ли мелькающие дни, Иль вечность будет длить одно и то же. В домах у всех людей одно и то же. В домах мы узники — всегда одни. Дома людей — большие западни. В них жизнь и смерть почти одно и то же. Я в дом вошла в рассветный час, весной, Но мрак стоял за мёртвыми стенами. Я в дом вошла с небесными мечтами, Но погрузилась в бледный сон земной. Я в дом вошла с весельем и цветами, Но, плача, дверь захлопнулась за мной.
Страдания
Людмила Вилькина
Как в знойный день студёная вода, Как медленные острые лобзанья, Отрадны в жизни мне мои страдания. О, если б я могла страдать всегда! Пускай весь мир падучая звезда, Пускай на миги горе и желанья — Одна из всех вновь перешла за грань я — Мне жизнь милей на миг, чем навсегда. Я знаю, радость тяжелей печали. Она веселья мне не принесла. Страдания для душ колокола: О вечности твердят, влекут нас в дали… Страданья бесконечны. Оттого В них отражённым видом божество.
Освобождение
Людмила Вилькина
Я не любви ищу, но лёгкой тайны. Неправды мил мне вкрадчивый привет. Моей любви приюта в жизни нет, Обман во мне — и жажда лёгкой тайны. Обман — знак божества необычайный, Надежда на несбыточный ответ. Тот победит, кто в панцирь лжи одет, А правда — щит раба, покров случайный. Болезнью правды я как все страдала. Как мерзкий червь я ползала в толпе. Среди людей, на жизненной тропе Она меня, свободную, сковала! Теперь передо мной широкий путь: Прославить ложь! от правды отдохнуть!
Не любовь
Людмила Вилькина
Быть может, не любовь — одно стремленье Моя любовь к тебе, далёкий друг. Боюсь скреплять желаний тайный круг, Страшнее смерти мне успокоенье. Душа — алтарь. Свершается горенье. Любовь? — Иль не любовь? — Не злой недуг, А сладостный предчувствия испуг, Простых вещей моё обожествленье. Иду к тебе. И в этот вечный миг Никто иной желанья не достоин, Иду к тебе! Как светел нежный лик, А взор горит, взывает, беспокоен… Быть может, не любовь моя любовь. Священна страсть. Молись. И славословь.
В музее
Людмила Вилькина
Пустынный зал. Витрины. Свет и мгла Здесь борются, как боги Зороастра. Стремится к своду лёгкая пилястра, Брожу одна и к вазе подошла. Две длинные волюты, два крыла, Как руки из сквозного алебастра, Средина округлённая, как астра, Два нежных разветвленья у ствола. С волнением нежданным пред тобою, О бледная подруга, я стою. Как ты чиста! Влюблённою мечтою Ловлю мечту прозрачную твою. Ты чутко спишь. Ты ждёшь неутомимо… Всегда одна. Часы проходят мимо… Для тщетных ласк, для чистых обнажений.
Я тебя никому не отдам
Людмила Вилькина
— Я тебя никому не отдам. Разве это не ты мне сказал? — Я тебя никому не отдам! А вчера и сегодня отдал. Тишине, что стоит за спиной, Вместе с ней мы глядим тебе вслед. Одиночество разве со мной? Без тебя одиночества нет! — Я тебя никому не отдам!!! Разве это не ты мне сказал? — Я тебя никому не отдам! А вчера и сегодня отдал…
Обладанье
Людмила Вилькина
Страшит меня довольство обладанья И достиженья мертвенный покой. Ужасней, чем забвенья мрак пустой, Час дерзко утолённого желанья. Обманный час! О если б на свиданья Молитвы приносили мы с собой, — Молитвы ласк! Стремясь к любви душой, Мы для любви любили бы страданья. От смертных жал бегу к своим мечтам И лёгкие ищу прикосновенья: Взгляд нежности — нетленный цвет мгновенья, — Безмолвный поцелуй — венок в мой храм. О, приходи для неземных сближений.
Ожиданье
Людмила Вилькина
Не в самое окно — открыто, смело — Через портьеру, издали, глазком Гляжу на путь, который мне знаком. Придёт? Иль не придёт? Вот затемнело… Но нет. То тень от фонаря. Стемнело. Спокойна сердцем я. Пришла не днём — Не с солнцем встречу я тебя — с огнём — Светла душа, пускай страдает тело… Вот целый день прошёл, как долгий сон, Мелькали чувства, люди и приметы. Смешалися вопросы и ответы… И к вечному мой взор был устремлён. Обманешь ты — не жаль мне ожиданья. Моей мечты мне дороги — скитанья.
Мещанский сонет
Людмила Вилькина
Большая комната. Я в ней одна. В ушах звучат недавние укоры, Упрёков гул — весь ужас мелкой ссоры. Не плачу я. К себе я холодна. Но, кажется, задвигалась стена. Как грозно разошлись на ней узоры. Хочу я встать, спустить на окнах шторы И снова падаю. Как жизнь страшна! Мне вспомнилась из детских лет минута. Всё я одна, всё так же, как теперь. Лишь меньше комната; ко мне чрез дверь Доходит гул упрёков. Ссора. Смута. Но в будущем мне брезжит нежный свет… Оно пришло. Теперь надежды нет.
Мой сад
Людмила Вилькина
Не выйдет тот, кто раз попал в мой сад. Меж гротов, спящих вод, аллей, беседок — Везде цветы, но аромат их едок, И неспокоен сон цветущих гряд. Подобный страстной мысли — сад глубок. Среди прогалин блещут клумбы лилий. А там, где ветви солнце заслонили, Болотных роз сплетается венок. Из города ведёт в мой тёмный сад Воздушный мост, над пропастью висящий, На дне её бежит поток шумящий. Чернеют камни, как чудовищ ряд. Неверен путь ко мне в мой сад манящий, Но от меня дороги нет назад.