Баллада о труде, или памяти графомана

Скончался скромный человек Без имени и отчества, Клиент прилежнейший аптек И рыцарь стихотворчества.Он от своих булыжных строк Желал добиться легкости. Была бы смерть задаче впрок — И он бы тут же лег костьми.Хоть для камней имел Сизиф Здоровье не железное. Он все ж мечтал сложить из них Большое и полезное.Он шел на бой, он шел на риск, Он — с животом надорванным Не предъявлял народу иск, Что нe отмечен орденом.Он свято веровал в добро И вряд ли бредил славою, Когда пудовое перо Водил рукою слабою.Он все редакции в Москве Стихами отоваривал, Он приносил стихи в мешке И с грохотом вываливал.Валялись рифмы по столам, Но с примесью гарнирною — С гранитной пылью пополам И с крошкою гранитною.В тот день, когда его мослы Отправили на кладбище, Все редколлегии Москвы Ходили, лбы разгладивши.Но труд — хоть был он и не впрок! Видать, нуждался в отзвуке,— И пять его легчайших строк Витать остались в воздухе…Поэт был нищ и безымян И жил, как пес на паперти, Но пять пылинок, пять семян Оставил в нашей памяти.Пусть вентилятор месит пыль, Пусть трет ее о лопасти — Была мечта, а стала быль: Поэт добился легкости!Истерты в прах сто тысяч тонн Отменного булыжника. Но век услышал слабый стон Бесславного подвижника.Почил великий аноним, Трудившийся до одури… …Снимите шляпы перед ним, Талантливые лодыри!!!…