О, несобранные нивы
О, несобранные нивы! — О, растоптанные всходы! Он настанет, час счастливый, Час победы и свободы. Гром последний в небе грянет, Разрушителей карая, Солнце мира ясно глянет, Отдохнет земля сырая. Но пока грохочут битвы, Слышен тяжкий грохот меди, Все стремленья, все молитвы, Все желания — к победе! Бой упорен, долог, труден, Тем смелее будем верить: Твой, Россия, подвиг чуден, Твоей славы — не измерить! С нами Бог и сила с нами, Сила права и свободы. И сочтемся мы с врагами За растоптанные всходы.
Похожие по настроению
Ода на день восшествия
Александр Востоков
С сугубой радостию встреть, О муза, года обновленье, И Александрово воспеть На русский трон с весной вступленье, И купно то воспеть: сей год, С тех пор как зиждет наше благо Романовых священный род, Венец столетья есть втораго!О чада добльственных славян! О Русь! народ, избранный Богом, Чтоб до последних норда стран, До полюса, на хладе строгом Природу жизни пробудить, — Между нетаящими льдами Эдем Господень насадить Труда и разума плодами!Распространяйте на земли Блаженство: мир и просвещенье. Вы больший путь уж претекли, Свое свершая назначенье! Узрев еще издалека Священну цель, — вы к ней стремились; Потщитесь! — и она близка: И вы — бессмертьем наградились!Уже над гидрою войны Вы торжествуете стоглавой: Уже и днесь облечены Толикой силой вы и славой, Что брань кровавую другим Народам можете оставить И миролюбием благим И правдою себя прославить!Цвет благости и правды цвел На вашем корени издревле. Для собственной защиты вел Войны, — великий в ратном деле, Но в мирном больший, славянин. Родным своим доволен краем, Он житель мирных был долин Над Вислой, Одрой и Дунаем.Смышлен, трудолюбив и добр, Вводил он всюду кротки нравы, Но дикий Готф, свирепый Обр И Влах, развратный и лукавый, Завоеватели земли, — Как вихрем, реемы алчбою, На славянина налегли. И что ж? надолго ли собоюВо ужас приводили свет: Как вихрем бурна мгла, промчались Те варвары. Уже их нет! Славяне на земле остались!.. И их обычай, их язык Пришлец варяг сам принял гордый; Луч общежития проник От них в соседни дики орды.За градом созидался град, Весь север заселялся дальний, Согрелися поля от стад, Взрыл мерзлу землю лемех ральный. Стеклись к славянам чудь и русь Принять законы их благие, И сей священнейший союз Твое начало, мать-Россия!Единством, правдою сильна На свете всякая держава. Доколь ты им была верна, Твоя не померцала слава. Когда же от своих ты чад Растерзана была на части, На брата ополчился брат, И ты познала верх несчастий!Нетрудной добычью врагам Ты стала в ону злу годину! Но ты загладила свой срам, Подчинена царю едину, Искоренителю крамол. Сей, сокрушив ордынски цепи, Свой монархический престол Облек зарями благолепий.И белокаменна Москва Градов царицей нареклася, И до небес ее глава, Златовенчанна, поднялася! Тогда Россию испытать Еще определил Содетель, Чтобы учились почитать Не внешний блеск, но добродетель,В одежде рабской, иль в венце. — Изволил Бог на кратко время От россов отвратить лице, — И зла почувствовали бремя!.. О Боже! что мы без тебя? Колеблемые ветром трости. Земные благи возлюбя, Работаем безумству, злости;Стремимся к гибели своей Божественным путем свободы; И хуже диких мы зверей, Не отстающих от природы! Но ты всегда нам пестун будь, Не знающим в свободе меры, Да защитится наша грудь От адских стрел бронею веры!Мы зрели оным временам Печальным ныне дни подобны, Когда в Москву входили к нам С войною самозванцы злобны! Россия плавала в крови, — Но жив был и тогда, как ныне, В ней дух к Отечеству любви: Он воспылал в россиянине.Он Минину хоругвь вручил, Пожарскому свои перуны… И Русь свободна! Михаил Венчается на царство юный. Хотя дрожащею рукой Жезл царский юноша приемлет, Но подданных своих покой Блюсти на троне не воздремлет:В том Богу он дает обет, — И почерпает свыше силу. Садится мудрость с ним в совет, Предъидет правда Михаилу. Тогда рек Бог ему: «Твой род Доколе севером владеет, Дотоль роса моих щедрот Над сей страной не оскудеет!Но, умножая, превращу Сию я росу в дождь на внуках, Усилю их, обогащу, В полезных вразумлю науках. Еще столетию сему Не истещи, и совершится Глагол мой: внуку твоему, Петру, вселенна удивится.И паки протекут сто лет, — Я злато искушу в горниле, И узрит мир, средь вящих бед, Российску доблесть в вящей силе. И их я награжу царем, Как ты, он упасет Россию, С народов снимет он ярем, И злобе ступит он на выю».Так, Александр! Подобен ты Днесь предку своему священну, Доставив паки дни златы Отечеству освобожденну. Но к большей славе ты рожден: На выю злобе наступивый, Днесь идешь в путь благословен Дать всем народам дни счастливы!Иди! не острием меча, Но благостию покоряя, В подобье мудрого врача Цели недуг, не изнуряя, Но помогая естеству. Иди! и скоро возвратися Всеобща мира к торжеству: Своей наградой насладися!
Святое слово
Алексей Фатьянов
Горела рожь. Пожары закрывали Сиянье бледных, ослеплённых звёзд. Мы в эту ночь врага назад прогнали На двадцать кровью орошённых вёрст.Не знаю, на каком наречье Мне рассказать, чтоб видно было всем Разрушенный мой край. Обугленные печи. Труп девушки на скошенном овсе.От крови чёрным стал платок лиловый. Рождённая, чтоб расцветать и цвесть, Она в губах остывших сохранила слово. Мы поняли, что это слово — месть.И мы прочли в застывшем этом слове Призыв святой поруганной любви. И было это жуткое безмолвье Страшнее клятвы, данной на крови.Мы дальше шли. И с каждым нашим шагом Назад откатывался лютый, злобный враг. Заря над полем нам казалась флагом. Рассвет за нами нёс победы нашей флаг.Мы в эти дни врага нещадно били. О наших подвигах летела песней весть. Мы в эти дни в сердцах благословили Одно-единственное слово — месть.
Не унывайте, не падет
Аполлон Григорьев
Не унывайте, не падет В бореньи внутренняя сила: Она расширит свой полет, — Так воля рока ей сулила. И пусть толпа безумцев злых Над нею дерзостно глумится… Они падут… Лукавство их Пред солнцем правды обнажится. И их твердыни не спасут, Зане сам бог на брань восстанет, И утеснители падут, И человечество воспрянет… Угнетено, утомлено Борьбою с сильными врагами, Доселе плачет всё оно Еще кровавыми слезами. Но вы надейтесь… В чудных снах Оно грядущее провидит… Цветы провидит в семенах И гордо злобу ненавидит… Отриньте горе… Так светло Им сознана святая сила… И в сновидении чело Его сознанье озарило… Не говорит ли с вами бог В стремленьи к правде и блаженству? И жарких слез по совершенству Не дан ли вам святой залог? И не она ль, святая сила, В пути избранников вела, И власть их голосу дала, И их в пути руководила? Да! то она, — веет вам С высот предчувствие блаженства, И горней горных совершенства То близкий дух… Пусть не нам Увидеть, как святое пламя Преграды тесные пробьет… Но нам знаком орла полет, Но видим мы победы знамя. И скоро сила та зажжет На алтаре святого зданья Добра и правды вечный свет, И света яркое сиянье Ничьих очей не ослепит… И не загасит ослепленье Его огня… Но поклоненье Пред ним с любовью совершит! И воцарится вечный разум, И тени ночи убегут Его сияния — и разом Оковы все во прах падут. Тогда на целое созданье Сойдет божественный покой, Невозмутим уже борьбой И огражден щитом сознанья. Нам цель близка, — вперед, вперед! Ее лучи на нас сияют, И всё исчезнет и падет, Чем человечество страдает… И высоко, превыше гор, Взлетит оно, взмахнув крылами… Его не видит ли ваш взор Уже теперь между звездами? О, радость! — мы его сыны, И не напрасные усилья Творцом от века нам даны… Оно уж расправляет крылья, Оно летит превыше гор… О братья, зодчие!..Над нами Его не видит ли ваш взор Уже теперь между звездами?
Полна страданий наших чаша
Демьян Бедный
Полна страданий наших чаша, Слились в одно и кровь и пот. Но не угасла сила наша: Она растет, она растет! Кошмарный сон — былые беды, В лучах зари — грядущий бой. Бойцы в предчувствии победы Кипят отвагой молодой. Пускай шипит слепая злоба, Пускай грозит коварный враг, Друзья, мы станем все до гроба За правду — наш победный стяг!
Мы бойцы великой рати!..
Дмитрий Мережковский
Мы бойцы великой рати! Дружно в битву мы пойдем. Не страшась тупых проклятий, Трудный путь ко счастью братии Грудью смелою пробьем! Юность, светлых упований Ты исполнена всегда: Будет много испытаний, Много тяжкого труда. Наши силы молодые Мы должны соединять, Чтоб надежды дорогие, Чтобы веру отстоять. Мы сплотимся нераздельно; Нам вождем сама любовь. Смело в битву!.. Не бесцельно Там прольется наша кровь… И, высоко поднимая Знамя истины святой, Ни пред чем не отступая, Смело ринемся мы в бой! Зло столетнее желанным Торжеством мы сокрушим И на поле ляжем бранном С упованием живым, Что потомки славой гордой Воскресят наш честный труд И по нашим трупам твердо К счастью верному пойдут!.»
Россия
Эдуард Багрицкий
Тревогой древнею полна, Над городищами пустыми Копье простершая жена Воздвиглась в грохоте и дыме. Степной ковыль и дикий прах. Сияли росы. А в лесах Косматый вепрь и тур суровый Толкались меж кустов густых, И глотки клокотали их, Когда трещал пожар багровый. И ты носилась по лесам Охотницею необорной По топким кочкам и по мхам Сквозь строй стволов, сухой и черный. И там, где смоляная мгла Текла над волчьею тропой, — Отпущенная тетивой, Звенела легкая стрела. И после ловли и охот В страну, где солнечный восход Колышет тяжкое сиянье, Ты клалась, затаив дыханье… И вот, одежду изорвав, Из-за кустов и жестких трав Стерей ты видела разбеги, Где, вольным солнцем сожжены, Гоняли к рекам табуны Воинственные печенеги. О Русь, тебя ведет стезя До заповедного порога. Пусть страшно тешатся князья Междоусобною тревогой. Пусть цокает татарский кнут По ребрам и глазам огромным, Пусть будет гноищем бездомным В ночи последний твой приют! О страстотерпица, вперед, Тебя широкий ветр несет Сквозь холод утр, сквозь влагу ночи, Гремя и воя в пустоте. И к соколиной высоте Ты жадно подымаешь очи. И вот, как пение рогов, Клубясь промчался рой веков. Ты падала и восставала, Ты по дороге столбовой Бродила с нищенской клюкой Иль меч тяжелый подымала И шла на заповедный бой. Теперь ты перешла рубеж, — К былому нет возврата ныне. Ты гулкий кинула мятеж — Как гром — на царские твердыни. И в блеске молний роковом, На камнях и листве опалой, Ты дивной и ужасной встала На перекрестке мировом. И, покидая душный лог В туманах, за морем сердитым, Тебе, храпя, грозит копытом Британии единорог. О Русь, твой путь тернист и светел. Пусть галльский красноглазый петел Наскакивает на тебя, Ты видишь зорь огонь широкий И, вольность буйную любя, Идешь без страха в путь жестокий.
Мир
Максимилиан Александрович Волошин
С Россией кончено… На последях Ее мы прогалдели, проболтали, Пролузгали, пропили, проплевали, Замызгали на грязных площадях, Распродали на улицах: не надо ль Кому земли, республик, да свобод, Гражданских прав? И родину народ Сам выволок на гноище, как падаль. О, Господи, разверзни, расточи, Пошли на нас огнь, язвы и бичи, Германцев с запада, Монгол с востока, Отдай нас в рабство вновь и навсегда, Чтоб искупить смиренно и глубоко Иудин грех до Страшного Суда!
Песня (Дороже почестей и злата)
Николай Языков
Дороже почестей и злата Цени свободу бурсака! Не бойся вражьего булата, Отважно стой и мсти за брата И презирай клеветника!Люби трудов благую сладость, Науки, песни и вино; Одной красавице — всю младость: С ней мрак и свет, печаль и радость, Уста и сердце заодно!Но бодро кинь сей мир прекрасной, Когда зовет родимый край: За Русь святую, в бой ужасной, Под меч судьбины самовластной Иди и живо умирай!Цвети же, Русь! Добро и слава Тебе, отчизна бурсака! Будь честью первая держава, Всегда грозна и величава, И просвещенна, и крепка!
Что миг, то новые удары
Сергей Дуров
Что миг — то новые удары, Что день — то новая беда: Там мятежи, а здесь пожары, Повсюду ропот и вражда…Недаром вызваны явленья, Но до поры молчит судьба, — Начатки ль это возрожденья Или предсмертная борьба?Быть может, вспыхнет дух народный Любовью к правде и труду, И мы стезею благородной Пойдем со всеми на ряду.А может быть, на повороте С дороги сбившись, мы опять Завязнем по уши в болоте И не вперед пойдем, а вспять…Нет, прочь сомненья! Горькой доле Настал теперь последний час. Для пышных жатв готово ноле, И пахарь добрый есть у нас…
Переложение псалма СХХV
Владимир Бенедиктов
Израиль! Жди: глас божий грянет — Исчезнет рабства тяжкий сон, И пробудится и воспрянет Возвеселившийся Сион, — И славу горного владыки По всей вселенной известят Твои торжественные клики И вольных песен звучный склад, И глас пойдет меж племенами: ‘Се богом полная страна! ‘ Его величьем над странами Днесь возвеличилась она! Как ветр несясь от знойной степи, Срывает льды от знойных вод, Господь расторгнет наши цепи И к славе двинет свой народ. Кто сеял слезы терпеливо На почву горя и труда, Тому воздаст благая нива Обильем сладкого плода. И хлынут с громами напева Жнецов ликующих толпы, Неся от горького посева Чистейшей радости снопы.
Другие стихи этого автора
Всего: 614Как древняя ликующая слава
Георгий Иванов
Как древняя ликующая слава, Плывут и пламенеют облака, И ангел с крепости Петра и Павла Глядит сквозь них — в грядущие века.Но ясен взор — и неизвестно, что там — Какие сны, закаты города — На смену этим блеклым позолотам — Какая ночь настанет навсегда?
Я тебя не вспоминаю
Георгий Иванов
Я тебя не вспоминаю, Для чего мне вспоминать? Это только то, что знаю, Только то, что можно знать. Край земли. Полоска дыма Тянет в небо, не спеша. Одинока, нелюдима Вьется ласточкой душа. Край земли. За синим краем Вечности пустая гладь. То, чего мы не узнаем, То, чего не нужно знать. Если я скажу, что знаю, Ты поверишь. Я солгу. Я тебя не вспоминаю, Не хочу и не могу. Но люблю тебя, как прежде, Может быть, еще нежней, Бессердечней, безнадежней В пустоте, в тумане дней.
Я не любим никем
Георгий Иванов
Я не любим никем! Пустая осень! Нагие ветки средь лимонной мглы; А за киотом дряхлые колосья Висят, пропылены и тяжелы. Я ненавижу полумглу сырую Осенних чувств и бред гоню, как сон. Я щеточкою ногти полирую И слушаю старинный полифон. Фальшивит нежно музыка глухая О счастии несбыточных людей У озера, где, вод не колыхая, Скользят стада бездушных лебедей.
Я научился
Георгий Иванов
Я научился понемногу Шагать со всеми — рядом, в ногу. По пустякам не волноваться И правилам повиноваться.Встают — встаю. Садятся — сяду. Стозначный помню номер свой. Лояльно благодарен Аду За звёздный кров над головой.
Я люблю эти снежные горы
Георгий Иванов
Я люблю эти снежные горы На краю мировой пустоты. Я люблю эти синие взоры, Где, как свет, отражаешься ты. Но в бессмысленной этой отчизне Я понять ничего не могу. Только призраки молят о жизни; Только розы цветут на снегу, Только линия вьется кривая, Торжествуя над снежно-прямой, И шумит чепуха мировая, Ударяясь в гранит мировой.
Я в жаркий полдень разлюбил
Георгий Иванов
Я в жаркий полдень разлюбил Природы сонной колыханье, И ветра знойное дыханье, И моря равнодушный пыл. Вступив на берег меловой, Рыбак бросает невод свой, Кирпичной, крепкою ладонью Пот отирает трудовой. Но взору, что зеленых глыб Отливам медным внемлет праздно, Природа юга безобразна, Как одурь этих сонных рыб. Прибоя белая черта, Шар низкорослого куста, В ведре с дымящейся водою Последний, слабый всплеск хвоста!.. Ночь! Скоро ли поглотит мир Твоя бессонная утроба? Но длится полдень, зреет злоба, И ослепителен эфир.
Цвета луны и вянущей малины
Георгий Иванов
Цвета луны и вянущей малины — Твои, закат и тление — твои, Тревожит ветр пустынные долины, И, замерзая, пенятся ручьи. И лишь порой, звеня колокольцами, Продребезжит зеленая дуга. И лишь порой за дальними стволами Собачий лай, охотничьи рога. И снова тишь… Печально и жестоко Безмолвствует холодная заря. И в воздухе разносится широко Мертвящее дыханье октября.
Эмалевый крестик в петлице
Георгий Иванов
Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно. Какие прекрасные лица И как безнадежно бледны — Наследник, императрица, Четыре великих княжны…
В широких окнах сельский вид
Георгий Иванов
В широких окнах сельский вид, У синих стен простые кресла, И пол некрашеный скрипит, И радость тихая воскресла. Вновь одиночество со мной… Поэзии раскрылись соты, Пленяют милой стариной Потертой кожи переплеты. Шагаю тихо взад, вперед, Гляжу на светлый луч заката. Мне улыбается Эрот С фарфорового циферблата. Струится сумрак голубой, И наступает вечер длинный: Тускнеет Наварринский бой На литографии старинной. Легки оковы бытия… Так, не томясь и не скучая, Всю жизнь свою провёл бы я За Пушкиным и чашкой чая.
Хорошо, что нет Царя
Георгий Иванов
Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет. Только желтая заря, Только звезды ледяные, Только миллионы лет. Хорошо — что никого, Хорошо — что ничего, Так черно и так мертво, Что мертвее быть не может И чернее не бывать, Что никто нам не поможет И не надо помогать.
Последний поцелуй холодных губ
Георгий Иванов
Уже бежит полночная прохлада, И первый луч затрепетал в листах, И месяца погасшая лампада Дымится, пропадая в облаках.Рассветный час! Урочный час разлуки! Шумит влюбленных приютивший дуб, Последний раз соединились руки, Последний поцелуй холодных губ.Да! Хороши классические зори, Когда валы на мрамор ступеней Бросает взволновавшееся море И чайки вьются и дышать вольней!Но я люблю лучи иной Авроры, Которой расцветать не суждено: Туманный луч, позолотивший горы, И дальний вид в широкое окно.Дымится роща от дождя сырая, На кровле мельницы кричит петух, И, жалобно на дудочке играя, Бредет за стадом маленький пастух.
Увяданьем еле тронут
Георгий Иванов
Увяданьем еле тронут Мир печальный и прекрасный, Паруса плывут и тонут, Голоса зовут и гаснут. Как звезда — фонарь качает. Без следа — в туман разлуки. Навсегда?— не отвечает, Лишь протягивает руки — Ближе к снегу, к белой пене, Ближе к звездам, ближе к дому… …И растут ночные тени, И скользят ночные тени По лицу уже чужому.