На грани таянья и льда
На грани таянья и льда Зеленоватая звезда. На грани музыки и сна Полу-зима, полу-весна, К невесте тянется жених, И звезды падают на них, Летят сквозь снежную фату В сияющую пустоту. Ты — это я. Я — это ты. Слова нежны. Сердца пусты. Я — это ты. Ты — это я На хрупком льду небытия.
Похожие по настроению
Морозная светлая даль
Федор Сологуб
Морозная светлая даль, И низкое солнце, и звёзды в снегу… Несут меня сани. Забыта печаль. Морозные грёзы звенят надо мной на бегу. Открытое поле всё бело и чисто кругом. Раскинулось небо широким и синим шатром. Я вспомнить чего-то никак не могу, Но что позабылось, того и не жаль. Пуста и безлюдна морозная даль. Бегут мои кони. Ямщик мой поёт. Деревни дымятся вдали… Надо мною несётся мечта и зовет… Плещут волны, летят корабли… Рассыпается девичий смех перекатной волной… Ароматная ночь обаяла своей тишиной… Мы крылаты, — плывем далеко от земли… Ты, невеста моя, не оставишь меня… Нет, опять предо мною зима предстаёт, Быстро сани бегут, и ямщик мой поёт, И навстречу мне снежная пыль мимолетного дня.
На границе снега и таянья
Георгий Иванов
На границе снега и таянья, Неподвижности и движения, Легкомыслия и отчаяния — Сердцебиение, головокружение…Голубая ночь одиночества — На осколки жизнь разбивается, Исчезают имя и отчество, И фамилия расплывается…Точно звезды, встают пророчества, Обрываются!.. Не сбываются!..
На льду
Игорь Северянин
Плечо к плечу вдоль озера мы шли, В воде ища забвенья от земли, Такой никак не подходящей нам, Нам, преданным без выполненья снам. Твои глаза таили жизни жуть, Ты отдохнуть молила где-нибудь, Уставшая в бессмысленном труде. Где? Все равно: раз почвы нет — в воде… Я так тебя жалел, я так скорбел. Озерный лед лучисто голубел, И проруби во льду — то здесь, то там — Об отдыхе нашептывали нам… О, девочка, постой, повремени: Еще настанут радостные дни! Как озера влекущая вода Весной освободится ото льда, Так мы избавимся от наших бед, И будет нами жизни гимн пропет, И скорбь уйдет из добрых глаз твоих, И будет целый мир для нас-двоих!
Тень
Константин Бальмонт
Ты в жизни проходишь безучастною тенью, И вечно опущен твой взор. Ты сердцем уходишь к неземному селенью, Уж там — с незапамятных пор. Тебя повстречал я на великой дороге, Ведущей в безвестную даль. И мне показалось — мы стоим на пороге, Чего-то обоим нам жаль. И мне показалось, — и, быть может, обманно, Быть может, с правдивостью сна, — Друг другу мы близки, так воздушно и странно, Так нежно ты мне суждена. Мы думали оба, и мы оба молчали, Но вдруг приподнявши свой взор, Ты молча сказала о предвечной печали, Я друг твой, я брат твой с тех пор. И если б была ты не бесстрастною тенью, И если б не сказкой был сон, Я отдал бы сердце роковому томленью, Но в сказку, я в сказку влюблён.
Снегурка
Константин Фофанов
Весной мне снился сон чудесный: Живей струилась в сердце кровь, И ты, мой ангел поднебесный, Сулила счастье и любовь. Цвел майский вечер, я был молод, Я верил клятвам, жизнь любя… Прошла весна… в природе холод,- И холод в сердце у тебя… И что же!.. Тонкою иглою Живописующий мороз Все то, чем грезил я весною, На стекла дивно перенес. Тут все: прозрачные ущелья, И лес у белого ручья, И ты в жемчужном ожерелье, Снегурка бледная моя…
Мороз оледенил дорогу
Наталья Крандиевская-Толстая
Мороз оледенил дорогу. Ты мне сказал: «Не упади», И шел, заботливый и строгий, Держа мой локоть у груди. Собаки лаяли за речкой, И над деревней стыл дымок, Растянут в синее колечко. Со мною в ногу ты не мог Попасть, и мы смеялись оба. Остановились, обнялись… И буду помнить я до гроба, Как два дыханья поднялись, Свились, и на морозе ровно Теплело облачко двух душ. И я подумала любовно: — И там мы вместе, милый муж!
Ты светлая звезда
Петр Вяземский
Ты светлая звезда таинственного мира, Куда я возношусь из тесноты земной, Где ждет меня тобой настроенная лира, Где ждут меня мечты, согретые тобой. Ты облако мое, которым день мой мрачен, Когда задумчиво я мыслю о тебе, Иль измеряю путь, который нам назначен, И где судьба моя чужда твоей судьбе. Ты тихий сумрак мой, которым грудь свежеет, Когда на западе заботливого дня Мой отдыхает ум и сердце вечереет, И тени смертные снисходят на меня.
Холодное признание
Владимир Бенедиктов
Алина — нет! Не тем мой полон взор! Я не горю безумною любовью! И что любовь? — Коварный заговор Слепой мечты с огне — мятежной кровью! Я пережил дней юношеских жар, Я выплатил мучительные дани; Ты видела души моей разгар Перед тобой, звезда моих желаний; Ты видела… Теперь иной судьбе Я кланяюсь, Иною жизнью молод, И пред тобой я чувствую в себе Один святой, благоговейный холод; Снег на сердце; но то не снег долин Растоптанный, под саваном тумана — Нет, это снег заоблачных вершин, Льдяной венец потухшего вулкана, — И весь тебе, как солнцу, он открыт, Земля в тени, а он тебя встречает, И весь огнём твоих лучей блестит, Но от огня лучей твоих не тает.
Звезда
Владислав Ходасевич
Выходи, вставай, звезда, Выгибай дугу над прудом! Вмиг рассечена вода Неуклонным изумрудом. Ты, взнесенная свеча, Тонким жалом небо лижешь, Вкруг зеленого меча Водяные кольца движешь. Ты вольна! Ведь только страсть Неизменно цепи множит! Если вздумаешь упасть, Удержать тебя кто может? Лишь мгновенная струя Вспыхнет болью расставанья. В этот миг успею ль я Прошептать мои желанья?
Уж я топчу верховный снег
Вячеслав Всеволодович
Уж я топчу верховный снег Алмазной девственной пустыни Под синью траурной святыни; Ты, в знойной мгле, где дух полыни,— Сбираешь яды горьких нег. В бесплотный облак и в эфир Глубокий мир внизу истаял… А ты — себя еще не чаял И вещей пыткой не изваял Свой окончательный кумир. Как День, ты новой мукой молод; Как Ночь, стара моя печаль. И я изведал горна голод, И на меня свергался молот, Пред тем как в отрешенный холод Крестилась дышащая сталь. И я был раб в узлах змеи, И в корчах звал клеймо укуса; Но огнь последнего искуса Заклял, и солнцем Эммауса Озолотились дни мои. Дуга страдальной Красоты Тебя ведет чрез преступленье. Еще, еще преодоленье, Еще смертельное томленье — И вот — из бездн восходишь ты!
Другие стихи этого автора
Всего: 614Как древняя ликующая слава
Георгий Иванов
Как древняя ликующая слава, Плывут и пламенеют облака, И ангел с крепости Петра и Павла Глядит сквозь них — в грядущие века.Но ясен взор — и неизвестно, что там — Какие сны, закаты города — На смену этим блеклым позолотам — Какая ночь настанет навсегда?
Я тебя не вспоминаю
Георгий Иванов
Я тебя не вспоминаю, Для чего мне вспоминать? Это только то, что знаю, Только то, что можно знать. Край земли. Полоска дыма Тянет в небо, не спеша. Одинока, нелюдима Вьется ласточкой душа. Край земли. За синим краем Вечности пустая гладь. То, чего мы не узнаем, То, чего не нужно знать. Если я скажу, что знаю, Ты поверишь. Я солгу. Я тебя не вспоминаю, Не хочу и не могу. Но люблю тебя, как прежде, Может быть, еще нежней, Бессердечней, безнадежней В пустоте, в тумане дней.
Я не любим никем
Георгий Иванов
Я не любим никем! Пустая осень! Нагие ветки средь лимонной мглы; А за киотом дряхлые колосья Висят, пропылены и тяжелы. Я ненавижу полумглу сырую Осенних чувств и бред гоню, как сон. Я щеточкою ногти полирую И слушаю старинный полифон. Фальшивит нежно музыка глухая О счастии несбыточных людей У озера, где, вод не колыхая, Скользят стада бездушных лебедей.
Я научился
Георгий Иванов
Я научился понемногу Шагать со всеми — рядом, в ногу. По пустякам не волноваться И правилам повиноваться.Встают — встаю. Садятся — сяду. Стозначный помню номер свой. Лояльно благодарен Аду За звёздный кров над головой.
Я люблю эти снежные горы
Георгий Иванов
Я люблю эти снежные горы На краю мировой пустоты. Я люблю эти синие взоры, Где, как свет, отражаешься ты. Но в бессмысленной этой отчизне Я понять ничего не могу. Только призраки молят о жизни; Только розы цветут на снегу, Только линия вьется кривая, Торжествуя над снежно-прямой, И шумит чепуха мировая, Ударяясь в гранит мировой.
Я в жаркий полдень разлюбил
Георгий Иванов
Я в жаркий полдень разлюбил Природы сонной колыханье, И ветра знойное дыханье, И моря равнодушный пыл. Вступив на берег меловой, Рыбак бросает невод свой, Кирпичной, крепкою ладонью Пот отирает трудовой. Но взору, что зеленых глыб Отливам медным внемлет праздно, Природа юга безобразна, Как одурь этих сонных рыб. Прибоя белая черта, Шар низкорослого куста, В ведре с дымящейся водою Последний, слабый всплеск хвоста!.. Ночь! Скоро ли поглотит мир Твоя бессонная утроба? Но длится полдень, зреет злоба, И ослепителен эфир.
Цвета луны и вянущей малины
Георгий Иванов
Цвета луны и вянущей малины — Твои, закат и тление — твои, Тревожит ветр пустынные долины, И, замерзая, пенятся ручьи. И лишь порой, звеня колокольцами, Продребезжит зеленая дуга. И лишь порой за дальними стволами Собачий лай, охотничьи рога. И снова тишь… Печально и жестоко Безмолвствует холодная заря. И в воздухе разносится широко Мертвящее дыханье октября.
Эмалевый крестик в петлице
Георгий Иванов
Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно. Какие прекрасные лица И как безнадежно бледны — Наследник, императрица, Четыре великих княжны…
В широких окнах сельский вид
Георгий Иванов
В широких окнах сельский вид, У синих стен простые кресла, И пол некрашеный скрипит, И радость тихая воскресла. Вновь одиночество со мной… Поэзии раскрылись соты, Пленяют милой стариной Потертой кожи переплеты. Шагаю тихо взад, вперед, Гляжу на светлый луч заката. Мне улыбается Эрот С фарфорового циферблата. Струится сумрак голубой, И наступает вечер длинный: Тускнеет Наварринский бой На литографии старинной. Легки оковы бытия… Так, не томясь и не скучая, Всю жизнь свою провёл бы я За Пушкиным и чашкой чая.
Хорошо, что нет Царя
Георгий Иванов
Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет. Только желтая заря, Только звезды ледяные, Только миллионы лет. Хорошо — что никого, Хорошо — что ничего, Так черно и так мертво, Что мертвее быть не может И чернее не бывать, Что никто нам не поможет И не надо помогать.
Последний поцелуй холодных губ
Георгий Иванов
Уже бежит полночная прохлада, И первый луч затрепетал в листах, И месяца погасшая лампада Дымится, пропадая в облаках.Рассветный час! Урочный час разлуки! Шумит влюбленных приютивший дуб, Последний раз соединились руки, Последний поцелуй холодных губ.Да! Хороши классические зори, Когда валы на мрамор ступеней Бросает взволновавшееся море И чайки вьются и дышать вольней!Но я люблю лучи иной Авроры, Которой расцветать не суждено: Туманный луч, позолотивший горы, И дальний вид в широкое окно.Дымится роща от дождя сырая, На кровле мельницы кричит петух, И, жалобно на дудочке играя, Бредет за стадом маленький пастух.
Увяданьем еле тронут
Георгий Иванов
Увяданьем еле тронут Мир печальный и прекрасный, Паруса плывут и тонут, Голоса зовут и гаснут. Как звезда — фонарь качает. Без следа — в туман разлуки. Навсегда?— не отвечает, Лишь протягивает руки — Ближе к снегу, к белой пене, Ближе к звездам, ближе к дому… …И растут ночные тени, И скользят ночные тени По лицу уже чужому.