Кто он

Лесом частым и дремучим, По тропинкам и по мхам, Ехал всадник, пробираясь К светлым невским берегам.

Только вот — рыбачья хата; У реки старик стоял, Челн осматривал дырявый, И бранился, и вздыхал.

Всадник подле — он не смотрит. Всадник молвил: «Здравствуй, дед!» А старик в сердцах чуть глянул На приветствие в ответ.

Все ворчал себе он под нос: «Поздоровится тут, жди! Времена уж не такие… Жди да у моря сиди.

Вам ведь все ничто, боярам, А челнок для рыбака То ж, что бабе веретена Али конь для седока.

Шведы ль, наши ль шли тут утром, Кто их знает — ото всех Нынче пахнет табачищем… Ходит в мире, ходит грех!

Чуть кого вдали завидишь — Смотришь, в лес бы… Ведь грешно!.. Лодка, вишь, им помешала, И давай рубить ей дно…

Да, уж стала здесь сторонка За теперешним царем!.. Из-под Пскова ведь на лето Промышлять сюда идем».

Всадник прочь с коня и молча За работу принялся; Живо дело закипело И поспело в полчаса.

Сам топор вот так и ходит, Так и тычет долото — И челнок на славу вышел, А ведь был что решето.

«Ну, старик, теперь готово, Хоть на Ладогу ступай, Да закинуть сеть на счастье На Петрово попытай». —

«На Петрово! эко слово Молвил! — думает рыбак. — С топором гляди как ловок… А по речи… Как же так?..»

И развел старик руками, Шапку снял и смотрит в лес, Смотрит долго в ту сторонку, Где чудесный гость исчез.