Молитва («Тебя, о боже мой, тебя не признавают…»)
Тебя, о боже мой, тебя не признают, — Тебя, что твари все повсюду возвещают. Внемли последний глас: я если прегрешил, Закон я твой искал, в душе тебя любил; Не колебаяся на вечность я взираю; Но ты меня родил, и я не понимаю, Что бог, кем в дни мои блаженства луч сиял, Когда прервется жизнь, навек меня терзал.
Похожие по настроению
Молитва
Анна Андреевна Ахматова
Дай мне горькие годы недуга, Задыханья, бессонницу, жар, Отыми и ребенка, и друга, И таинственный песенный дар — Так молюсь за Твоей литургией После стольких томительных дней, Чтобы туча над темной Россией Стала облаком в славе лучей.
Моя молитва
Демьян Бедный
Благодарю тебя, создатель, Что я не плут и не предатель, Не душегуб, не идиот, Не заскорузлый патриот. Благодарю тебя, спаситель, Что дан мне верный «охранитель» На всех путях, во всех местах, Что для меня всегда в Крестах Готова тихая обитель.
Моя молитва
Дмитрий Веневитинов
Души невидимый хранитель! Услышь моление моё: Благослови мою обитель И стражем стань у врат её, Да через мой порог смиренный Не прешагнёт, как тать ночной, Ни обольститель ухищренный, Ни лень с убитою душой, Ни зависть с глазом ядовитым, Ни ложный друг с коварством скрытым. Всегда надёжною бронёй Пусть будет грудь моя одета, Да не сразит меня стрелой Измена мстительного света. Не отдавай души моей На жертву суетным желаньям, Но воспитай спокойно в ней Огонь возвышенных страстей. Уста мои сомкни молчаньем, Все чувства тайной осени; Да взор холодный их не встретит, И луч тщеславья не просветит На незамеченные дни. Но в душу влей покоя сладость, Посей надежды семена И отжени от сердца радость: Она — неверная жена.
Молитва
Иван Саввич Никитин
О боже! дай мне воли силу, Ума сомненье умертви,— И я сойду во мрак могилы При свете веры и любви.Мне сладко под твоей грозою Терпеть и плакать и страдать; Молю: оставь одну со мною Твою святую благодать.
Молитва (Не обвиняй меня, Всесильный)
Михаил Юрьевич Лермонтов
Не обвиняй меня, Всесильный, И не карай меня, молю, За то, что мрак земли могильной С её страстями я люблю; За то, что в душу редко входит Живых речей Твоих струя; За то, что в заблужденье бродит Мой ум далёко от Тебя; За то, что лава вдохновенья Клокочет на груди моей; За то, что дикие волненья Мрачат стекло моих очей; За то, что мир земной мне тесен, К Тебе ж проникнуть я боюсь, И часто звуком грешных песен Я, Боже, не Тебе молюсь. Но угаси сей чудный пламень, Всесожигающий костёр, Преобрати мне сердце в камень, Останови голодный взор; От страшной жажды песнопенья Пускай, Творец, освобожусь, Тогда на тесный путь спасенья К Тебе я снова обращусь.
Молитва
Николай Васильевич Гоголь
К Тебе, о Матерь Пресвятая! Дерзаю вознести мой глас, Лице слезами омывая: Услышь меня в сей скорбный час, Прийми теплейшие моленья, Мой дух от бед и зол избавь, Пролей мне в сердце умиленье, На путь спасения наставь. Да буду чужд своей я воли, Готов для Бога все терпеть. Будь мне покровом в горькой доле — Не дай в печали умереть. Ты всех прибежище несчастных, За всех молитвенница нас! О, защити, когда ужасный Услышу судный Божий глас, Когда закроет вечность время, Глас трубный мертвых воскресит, И книга совести все бремя Грехов моих изобличит. Стена Ты верным и ограда! К Тебе молюся всей душой: Спаси меня, моя отрада, Умилосердись надо мной!
Всеобщая молитва сочиненная г. Попом
Николай Михайлович Карамзин
Перевод с английского Отец всего, согласно чтимый Во всяком веке, всех странах — И диким, и святым, и мудрым, — Иегова, Зевс или господь! Источник первый, непонятный, Открывший мне едино то, Что ты еси источник блага, Что я и немощен и слеп; Но давший мне в сем мраке око От блага злое отличать, И, всё здесь року покоряя, Свободы не лишивший нас! Что совесть делать понуждает, То паче неба да люблю; Но то мне будь страшнее ада, Что совесть делать не велит! Да буйно не отвергну дара Твоей щедроты и любви! Доволен ты, когда он принят, — Вкушая дар, тебе служу. Но к сей земной и бренной жизни Да ввек не буду прилеплен; Не чту себя единой тварью Творца бесчисленных миров! Не дай руке моей бессильной Брать стрелы грома твоего И всех разить во гневе злобном, Кого почту твоим врагом! Когда я прав, то дай мне, боже, Всегда во правде пребывать; Когда неправ, рассей туманы И правду в свете мне яви! Да тем безумно не хвалюся, Что дар есть благости твоей; Да ввек за то роптать не буду, Чего, премудрый, мне не дашь! Да в горе с ближним сострадаю, Сокрою ближнего порок! Как я оставлю долги братьям, Так ты остави долги мне! Быв слаб, тогда бываю силен, Когда твой дух меня живит; Веди меня во дни сей жизни, И в смерти, боже, не оставь! В сей день мне дай покой и пищу; Что сверх сего под солнцем есть И нужно мне, ты лучше знаешь — Твоя будь воля ввек и ввек! Тебе, чей храм есть всё пространство, Олтарь — земля, моря, эфир, Тебе вся тварь хвалу пой хором, Кури, Натура, фимиам!
Молитва
Саша Чёрный
Благодарю тебя, создатель, Что я в житейской кутерьме Не депутат и не издатель И не сижу еще в тюрьме. Благодарю тебя, могучий, Что мне не вырвали язык, Что я, как нищий, верю в случай И к всякой мерзости привык. Благодарю тебя, единый, Что в третью Думу я не взят, — От всей души с блаженной миной Благодарю тебя стократ. Благодарю тебя, мой боже, Что смертный час, гроза глупцов, Из разлагающейся кожи Исторгнет дух в конце концов. И вот тогда, молю беззвучно, Дай мне исчезнуть в черной мгле, — В раю мне будет очень скучно, А ад я видел на земле.
Просьба
Владимир Бенедиктов
Ах, видит бог, как я тебя люблю, Ты ж каждый раз меня помучить рада, Пожалуйста — не мучь меня, молю, Пожалуйста — не мучь меня, — не надо! Прими подчас и пошлый мой привет, Избитое, изношенное слово! Не хорошо? — Что ж делать? — Лучше нет. Старо? — Увы! Что ж в этом мире ново? И сам я стар, и полон стариной, А всё теснюсь в сердечные страдальцы.., Пожалуйста — не смейся надо мной! На глупости смотри мои сквозь пальцы! Молчу ли я? — Махни рукою: пусть! Дай мне молчать и от меня не требуй Моих стихов читанья наизусть, — Забыл — клянусь Юпитером и Гебой! Всё, всё забыл в присутствии твоем. Лишь на тебя я жадный взгляд мой брошу — Всё вмиг забыл, — и как я рад притом, Что с памяти свалил я эту ношу, Весь этот груз! Мне стало так легко. Я в тот же миг юнею, обновляюсь… А всё еще осталось далеко До юности… Зато я и смиряюсь. Мои мечты… Я так умерен в них! Мне подари вниманья лишь немножко, Да пусть ко мне от щедрых ласк твоих Перепадет крупица, капля, крошка! Я и не жду взаимности огня, Я в замыслах не так высокопарен! Терпи меня, переноси меня, — Бог знает как и то я благодарен!
О другом
Зинаида Николаевна Гиппиус
Господь. Отец. Мое начало. Мой конец. Тебя, в Ком Сын, Тебя, Кто в Сыне, Во Имя Сына прошу я ныне И зажигаю пред Тобой Мою свечу. Господь. Отец. Спаси, укрой — Кого хочу. Тобою дух мой воскресает. Я не о всех прошу, о Боже, Но лишь о том, Кто предо мною погибает, Чье мне спасение дороже,- О нем,- одном. Прими, Господь, мое хотенье! О, жги меня, как я — свечу, Но ниспошли освобожденье, Твою любовь, Твое спасенье — Кому хочу.
Другие стихи этого автора
Всего: 9Журавли
Александр Николаевич Радищев
Осень листы ощипала с дерев, Иней седой на траву упадал, Стадо тогда журавлей собралося, Чтоб прелететь в теплу, дальну страну, За море жить. Один бедный журавль, Нем и уныл, пригорюнясь сидел: Ногу стрелой перешиб ему ловчий. Радостный крик журавлей он не множит; Бодрые братья смеялись над ним. «Я не виновен, что я охромел, Нашему царству, как вы, помогал. Вам надо мной хохотать бы не должно, Ни презирать, видя бедство мое. Как мне лететь? Отымает возможность, Мужество, силу претяжка болезнь. Волны, несчастному, будут мне гробом. Ах, для чего не пресек моей жизни Ярый ловец!» — Между тем веет ветр, Стадо взвилося и скорым полетом За море вмиг прелететь поспешает. Бедный больной назади остается; Часто на листьях, пловущих в водах, Он отдыхает, горюет и стонет; Грусть и болезнь в нем все сердце снедают, Мешкав он много, летя помаленьку, Землю узрел, вожделенну душою, Ясное небо и тихую пристань. Тут всемогущий болезнь излечил, Дал жить в блаженстве в награду трудов,- Многи ж насмешники в воду упали. О вы, стенящие под тяжкою рукою Злосчастия и бед! Исполнены тоскою, Клянете жизнь и свет; Любители добра, ужель надежды нет? Мужайтесь, бодрствуйте и смело протекайте Сей краткой жизни путь. На он-пол поспешайте: Там лучшая страна, там мир вовек живет, Там юность вечная, блаженство там вас ждет.
Ты хочешь знать: кто я? что я? куда я еду?..
Александр Николаевич Радищев
Ты хочешь знать: кто я? что я? куда я еду? Я тот же, что и был и буду весь мой век. Не скот, не дерево, не раб, но человек! Дорогу проложить, где не бывало следу, Для борзых смельчаков и в прозе и в стихах, Чувствительным сердцам и истине я в страх В острог Илимский еду.
Ода к другу моему
Александр Николаевич Радищев
Летит, мой друг, крылатый век, В бездонну вечность всё валится, Уж день сей, час и миг протек, И вспять ничто не возвратится Никогда. Краса и молодость увяли, Покрылись белизной власы,- Где ныне сладостны часы, Что дух и тело чаровали Завсегда? Твой поступь был непреткновен, Гордящася глава вздымалась; В желаньях ты не пречерчен, Твоим скорбь взором развевалась, Яко прах. Согбенный лет днесь тяготою, Потупил в землю тусклый взор; Скопленный дряхлостей собор Едва пренес с своей клюкою Один шаг. Таков всему на свете рок: Не вечно на кусту прельщает Мастистый розовый цветок, И солнце днем лишь просияет, Но не в ночь. Мольбу напрасно мы возводим, Да прелесть юных добрых лет Калечна старость не женет: Нигде от едкой не уходим Смерти прочь. Разверстой медной хляби зев, Что смерть вокруг тебя рыгает, Ту с визгом сунув махом в бег, Щадя, в тебя не попадает На сей раз. Когда на влажистой долине Верхи седые ветр взмутит, Как вал, ярясь, в корабль стучит — Преплыл не поглощен в пучине Ты в сей час. Не мни, чтоб смерть своей косой Тебя в полете миновала; Нет в мире тверди никакой, Против ее чтоб устояла, Как придет. Оставишь дом, друзей, супругу, Богатства, чести, что стяжал: Увы! последний час настал, Тебя который в ночь упругу Повлечет. Кончины узрим все чертог, Объят кровавыми струями; Пред веком смерть судил нам бог — Ее вершится всё устами В мире сем. Ты мертв; но дом не опустеет, Взовет преемник смехи твой; Веселой попирать ногой, Не думая, твой прах умеет, Ни о чем. Почто стенати под пятой Сует, желаний и заботы? Поверь, вперять нам ум весь свой В безмерны жизни обороты Нужды нет. Спокойным оком я взираю На бурны замыслы царей; Для пользы кратких, тихих дней, Крушась всечасно, не сбираю Златых бед. Костисту лапу сокрушим, Печаль котору в нас вонзила; Мы жало скуки преломим, Прошед что в нас с чела до тыла, Душу ест. Бедру весельем препояшем, Исполним радости сосуд, Да вслед идет любовь нам тут; Богине бодрственно воспляшем Нежных мест.
Идилия
Александр Николаевич Радищев
Краснопевая овсянка, На смородинном кусточке Сидя, громко распевала И не видит пропасть адску, Поглотить ее разверсту. Она скачет и порхает, — Прыг на ветку — и попала Не в бездонну она пропасть, Но в силок. А для овсянки Силок, петля — зла неволя; Силок дело не велико, — Но лишение свободы!.. Все равно: силок, оковы, Тьма кромешна, плен иль стража, — Коль не можешь того делать, Чего хочешь, то выходит, Что железные оковы И силок из конской гривы — Всё равно, равно и тяжки: Одно нам, другое птичке. Но ее свободы хищник Не наездник был алжирский, Но Милон, красивый парень, Душа нежна, любовь в сердце. «Не тужи, моя овсянка! — Говорит ей младой пастырь. — Не злодею ты досталась, И хоть будешь ты в неволе, Но я с участью твоею С радостью готов меняться!» Говоря, он птичку вынул Из силка и, сделав клетку Из своих он двух ладоней, Бежит в радости великой К тому месту, где от зноя В роще темной и сенистой Лежа стадо отдыхало. Тут своей широкой шляпой, Посадив в траву легонько, Накрывает краснопеву Пленницу; бежит поспешно К кустам гибким он таловым, «Не тужи, мила овсянка, Я из прутиков таловых Соплету красивый домик И тебя, моя певица, Отнесу в подарок Хлое. За тебя, любезна птичка, За твои кудрявы песни Себе мзду у милой Хлои, Поцелуй просить я буду; Поцелуи ее сладки! Хлоя в том мне не откажет, Она цену тебе знает; В ней есть ум и сердце нежно. Только лишь бы мне добраться… То за первым поцелуем Я у ней другой украду, Там и третий и четвертый; А быть может, и захочет Мне в прибавок дать и пятый. Ах, когда бы твоя клетка Уж теперь была готова!..»* Так вещая, пук лоз гибких Наломав, бежит поспешно, К своему бежит он стаду Или, лучше, к своей шляпе, Где сидит в неволе птичка; Но… злой рок, о рок ты лютый… Остра грусть пронзает сердце: Ветр предательный, ветр бурный Своротил широку шляпу, Птичка порх — и улетела, И все с нею поцелуи. На песке кто дом построит, Так пословица вещает, С ног свалит того ветр скоро.
Эпитафия
Александр Николаевич Радищев
О! если то не ложно, Что мы по смерти будем жить,- Коль будем жить, то чувствовать нам должно; Коль будем чувствовать, нельзя и не любить. Надеждой сей себя питая И дни в тоске препровождая, Я смерти жду, как брачна дня; Умру и горести забуду, В объятиях твоих я паки счастлив буду. Но если ж то мечта, что сердцу льстит, маня, И ненавистный рок отъял тебя навеки, Тогда отрады нет, да льются слезны реки.Тронись, любезная! стенаниями друга, Се предстоит тебе в объятьях твоих чад; Не можешь коль прейти свирепых смерти врат, Явись хотя в мечте, утеши тем супруга…
Сафические строфы
Александр Николаевич Радищев
Ночь была прохладная, светло в небе Звезды блещут, тихо источник льется, Ветры нежно веют, шумят листами Тополы белы. Ты клялася верною быть вовеки, Мне богиню нощи дала порукой; Север хладный дунул один раз крепче — Клятва исчезла. Ах! почто быть клятвопреступной!.. Лучше Будь всегда жестока, то легче будет Сердцу. Ты, маня лишь взаимной страстью, Ввергла в погибель. Жизнь прерви, о рок! рок суровый, лютый, Иль вдохни ей верной быть в клятве данной. Будь блаженна, если ты можешь только Быть без любови.
Песня
Александр Николаевич Радищев
Ужасный в сердце ад, Любовь меня терзает; Твой взгляд Для сердца лютый яд, Веселье исчезает, Надежда погасает, Твой взгляд, Ах, лютый яд. Несчастный, позабудь…. Ах, если только можно, Забудь, Что ты когда-нибудь Любил ее неложно; И сердцу коль возможно, Забудь Когда-нибудь. Нет, я ее люблю, Любить вовеки буду; Люблю, Терзанья все стерплю Ее не позабуду И верен ей пребуду; Терплю, А все люблю. Ах, может быть, пройдет Терзанье и мученье; Пройдет, Когда любви предмет, Узнав мое терпенье, Скончав мое мученье, Придет Любви предмет. Любви моей венец Хоть будет лишь презренье, Венец Сей жизни будь конец; Скончаю я терпенье, Прерву мое мученье; Конец Мой будь венец. Ах, как я счастлив был, Как счастлив я казался; Я мнил, В твоей душе я жил, Любовью наслаждался, Я ею величался И мнил, Что счастлив был. Все было как во сне, Мечта уж миновалась, Ты мне, То вижу не во сне, Жестокая, смеялась, В любови притворяла Ко мне, Как бы во сне. Моей кончиной злой Не будешь веселиться, Рукой Моей, перед тобой, Меч остр во грудь вонзится. Моей кровь претворится Рукой Тебе в яд злой.
Творение мира
Александр Николаевич Радищев
ПеснословиеХ о рТако предвечная мысль, осеняясь собою И своего всемогущества во глубине, Тако вещала, егда все покрытые мглою Первенственны семена, опочив в тишине, Действия чужды и жизни восторга лежали, Времени круга миры когда не измеряли.Б о гЕдин повсюду и предвечен, Всесилен бог и бесконечен; Всегда я буду, есмь и был, Един везде вся исполняя, Себя в себе я заключая, Днесь все во мне, во всем я жил. Но неужель всегда пребуду Всесилен мыслью, мыслью бог? И в недрах божества забуду То, что б начати я возмог? Или любовь моя блаженна Во мне пребудет невозжженна, Безгласна, томна, лишь во мне Всевечно жар ее пылая, Ужель, бесплодно истлевая, Пребудет божества во дне? Расширим себе пределы, Тьмой умножим божество, Совершим совета меры, Да явится вещество.Х о рВострепещи днесь, упругое древле ничто! Ветхий се деньми грядет во могуществе стройном, Да сокрушит навсегда смерть во царстве покойном, Всюду да будет жизнь, радость, утехи.Б о гНо что Начнем? Речем: Возлюбленное слово, О первенец меня! Ты искони готово Во мне, я ты, ты я. Тебе я навсегда вручаю Владычество и власть мою, В тебе любовь я заключаю, Тобою мир да сотворю. Исполнь божественны обеты, Яви твореньем божество, Исполнь премудрости советы, Твори жизнь, силу, вещество. Тобою я прославлюсь, Бездействия избавлюсь, Ты то явишь, что я возмог, А я в себе почию, бог.Х о рМертвые днесь развевайтеся сени, Жизни начало зиждитель дает; В жизни всегдашней не будет премены, Мрачна пустыня познает, что свет.С л о в оНачнем творить,- что медлю я? Иль воля вечного бессильна? Иль мысль его не изобильна? Иль зрит препону власть моя?Ч а с т ь х о р аНежная любовь тревожит Бесконечные судьбы, И гаданье скорби множит Мира будущи беды.Ч а с т ь х о р аОтверзись, мрачная пучина, Грядущего пади покров, Явися, будуща судьбина, Предел тебе положит бог!Х о рСе исчезает пред взором всезрящим Века не суща еще темнота, Се знаменуют рок словом горящим Мира грядуща всевечны уста.Б о гЕдиным взором все объемля, Что было, есть и может быть, Закону моему не внемля — Во страхе господа ходить, Я зрю, что тварь не пожелает; Кичася гордостью, взмечтает, Что всей она природы царь. О бренна и немощна тварь! Почто против отца дерзаешь? Или, ослушна, быти чаешь Блаженною сама собой? Я мог бы днесь, предупреждая И мысль мою переменяя, Быть твари повелеть иной. Не ярый слабостей я мститель, Отец всещедрый и зиждитель: Любовию к тебе горю. Чуждаться будешь совершенства, Но корень твоего блаженства В тебе нетленен сотворю.Ч а с т ь х о р аО любовь несказанна, Прежде века избранна, В тебе жизнь и начало В мире все восприяло.Х о рВзора пространства пустыни все с трепетом вечна В сретенье радостным ликом грядут, Бездну безвещия зыблет днесь мочь бесконечна, Мертвые жизнь семена с нетерпением ждут.Ч а с т ь х о р аБожественна утроба рдеет, Клубя в рожденье вещество, Любовь начально семя греет, Твореньем узришь божество.С л о в оМысль благая, совершайся, И превечно исполняйся Отца мудрости совет, Да окрепнет в твердь пучина, Неизмерима равнина, Где пространство днесь живет. Оживись, телесно семя, Приими начало, время, И движенье, вещество, Твердость телом, Жизнь движеньем,- Се вещает божество.
Почто, мой друг, почто слеза из глаз катится…
Александр Николаевич Радищев
— Почто, мой друг, почто слеза из глаз катится, Почто безвременно печалью дух крушится? Ты бедствен не один! Иной среди утех Всесчастлив кажется, но знает ли, что смех? Улыбка на устах его воссесть не может, Змия раскаянья преступно сердце гложет, — Властитель мира, царь, он носит в сердце ад. — Мне пользует ли то? Лишен друзей и чад, Скитаться по лесам, в пустынях осужденный, Претящей властию отвсюду окруженный, На что мне жить, когда мой век стал бесполезен? — Воспомни прежни дни, когда ты был любезен Всем знающим тебя, соотчичам, друзьям, Когда во льстящей мгле являлось все очам, Когда во власти был, веселий на престоле; Когда рок следовал твоей, казалось, воле, Когда один твой взор счастливых сделать мог. — Блаженством все сие я почитать не мог. Богатство, власть моя лишь зависть умножали; В одежде дружества злодеи предстояли; Вслед честолюбию забот собранье шло; Злодейство правый суд и судию кляло; Злоречие, нося бесстрастия личину, И непорочнейшим делам моим причину Коварну, смрадную старалось приписать И добродетели порочный вид придать. Благодеянию возмездьем огорченье. — Среди превратности что ж было в утешенье? — Душа незлобная и сердце непорочно. — Скончай же жалобы, подъятые бессрочно. Или в пороки впал и гнусность возлюбил, Или чувствительность из сердца истребил? — Душа моя во мне, я тот же, что я был. — Дела твои с тобой, душа твоя с тобою. Престань стенать. Кто мог всесильною рукою И сердце любяще, и душу нежну дать, К утехам может тот тебя опять воззвать. А если твоего сна совесть не тревожит И память прежних дел печаль твою не множит, То верь, что всем бедам уж близок стал конец. Закон незыблемый поставил всеотец, Чтоб обновление из недр премен рождалось, Чтоб все крушением в природе обновлялось, Чтоб смерть давала жизнь и жизнь давала смерть, — То шествие судьбы возможно ли претерть? На восходящую воззри теперь денницу, На лучезарную ее зри колесницу: Из недр густейшей мглы, смертообразна сна, Возобновленну жизнь земле несет она. — Се живоносное светило возблистало И утренни мечты от глаз моих прогнало, Приятный тихий сон телесность обновил, И в сердце паки я надежду ощутил. — Подобно ей печаль в веселье претворится, Оружьем радости вся горесть низложится, На крыльях радости умчится скорбь твоя, Мужайся и будь тверд, с тобой пребуду я.