Звездочет

Супротив столицы датской Есть неважный островок. Жил там в хижине рыбацкой Седовласый старичок — Стар-престар. Приезжих двое, Путешественники, что ль, Кличут старого: ‘Позволь Слово молвить!’ — ‘Что такое?’ — ‘Ты ведь здешний старожил, Объясни ж нам: здесь каменья — След какого-то строенья. Что тут было? Кто тут жил?’ — ‘Рассказать вам? Гм! Пожалуй! Человек я здесь бывалый. Был тут, видите, дворец!’ — Старец молвил наконец. ‘Как? Дворец?’ — ‘Ну да, чертоги С башней. Было тут тревоги, Было всякого труда При постройке. Сам тогда Здесь король быть удостоил; Фридрих наш Второй и строил Всё своей казною’. — ‘Вот! Кто же жил тут?’ — ‘Звездочет. Весь дворец с огромной башней Был ему что кров домашний, Я прислуживал ему; Вырос я в простонародстве, А уж тут и в звездочетстве Приучился кой к чему. Служба всё была средь ночи. Часом спать хочу — нет мочи, А нельзя, — звезда идет! Иногда, бывало, грезишь, А за ним туда же лезешь: Уж на то и звездочет! Только он ее завидит — Дело кончено! Тогда Просто наша та звезда Уж, сердечная, не выдет Из-под глазу — нет! Куда? Хоть с другими вровень светит, А уж он ее заметит И включит в свой список — да! Нам, бывало, с ним в привычку От поры и до поры Поименно перекличку Звездам делать и смотры. Был я словно как придверник Неба божьего, а сам Что хозяин был он там — Уж не то что как Коперник! Тот, вишь, выложил на план, Что Земля вкруг Солнца ходит. Нет, шалит он, колобродит — Как не так! Держи карман! Вот! Ведь можно упереться В Землю, — как же ей вертеться, Если человек не пьян? Ну, вы сами посудите! Приступал я и к нему — Звездочету своему: ‘Вот, мол, батюшка, скажите! Не попасться бы впросак! Говорят и так и так; Мой и темный разум сметил, Что молва-то нас мутит. Ведь — стоит?’ И он ответил Утвердительно: ‘Стоит’. У него ведь как в кармане Было небо, лишь спросить; Он и сам весь мир на плане Расписал, чему как быть. Я своими сам глазами Видел план тот. Эх, дружки! Всё круги, круги с кружками, А в кружках опять кружки! Я кой-что, признаться стыдно, Хоть и понял, да не вплоть; Ну, да где ж нам?.. Так уж, видно, Умудрил его господь! Нам спроста-то не в примету, В небе, чай, кругов не счесть, Смотришь так — кажись, и нету, А ведь стало быть, что есть. Да чего! Он знал на мили Смерить весь до Солнца путь И до Месяца; смекнуть Всё умел. Мы вот как жили! Да к тому же по звездам Рассчитать судьбу всю нам Мог он просто, как по пальцам, Наверняк. Не для того ль Здесь его и постояльцем Во дворец пустил король? Умер Фридрих — и прогнали Звездочета, приказали Изломать его дворец. Я прощался с ним, — мудрец Был спокоен. ‘Жаль, ей-богу, — Снарядив его в дорогу, Я сказал. — Вам до конца Жить бы здесь! Теперь такого Не добыть уж вам другого Видозвездного дворца! Просто — храм был!’ Он рукою Тут махнул мне и сказал: ‘Этот храм всегда со мною!’ — И на небо указал. Грустно было мне. Остался Я как будто сиротой. После ночью просыпался, Смотришь — нет уж башни той, Где и сон клонил, бывало; Тут — не спится, дашь глазам Чуть лишь волю, — те — к звездам! Все знакомки ведь! Немало Я их знал по именам, Да забыл теперь; и входит Дума в голову: наводит, Чай, теперь свой зоркий глаз Там он, звездочки, на вас! На которую — не знаю… Вот смотрю и выбираю, — А узнать дай силу бог, — Так бы вот и впился глазом, Чтоб смотреть с ним вместе — разом; Может, я б ему подмог И отсюда!.. Глупой мысли Не посмейтесь, господа!’ — И рассказчик смолк тогда, Две слезы с ресниц нависли И слились исподтишка По морщинам старика.