Тишина

Валентин Петрович Катаев

Зацепивши листьев ворох Легкой тростью на ходу, Стал. И слышу нежный шорох В умирающем саду.Сквозь иголки темных сосен, Сквозь багровый виноград Золотит на солнце осень Опустевший, тихий сад.Воздух чист перед закатом, Почернела клумба роз. И в тумане синеватом Первый слышится мороз,А на вымокшей дорожке, Где ледок светлей слюды, Чьи-то маленькие ножки Отпечатали следы.

Похожие по настроению

Тишины

Андрей Андреевич Вознесенский

Тишины хочу, тишины… Нервы, что ли, обожжены? Тишины… чтобы тень от сосны, щекоча нас, перемещалась, холодящая словно шалость, вдоль спины, до мизинца ступни, тишины… звуки будто отключены. Чем назвать твои брови с отливом? Понимание — молчаливо. Тишины. Звук запаздывает за светом. Слишком часто мы рты разеваем. Настоящее — неназываемо. Надо жить ощущением, цветом. Кожа тоже ведь человек, с впечатленьями, голосами. Для нее музыкально касанье, как для слуха — поет соловей. Как живется вам там, болтуны, чай, опять кулуарный авралец? горлопаны не наорались? тишины… Мы в другое погружены. В ход природ неисповедимый, И по едкому запаху дыма Мы поймем, что идут чабаны. Значит, вечер. Вскипают приварок. Они курят, как тени тихи. И из псов, как из зажигалок, Светят тихие языки.

Осень

Борис Леонидович Пастернак

Я дал разъехаться домашним, Все близкие давно в разброде, И одиночеством всегдашним Полно всё в сердце и природе. И вот я здесь с тобой в сторожке. В лесу безлюдно и пустынно. Как в песне, стежки и дорожки Позаросли наполовину. Теперь на нас одних с печалью Глядят бревенчатые стены. Мы брать преград не обещали, Мы будем гибнуть откровенно. Мы сядем в час и встанем в третьем, Я с книгою, ты с вышиваньем, И на рассвете не заметим, Как целоваться перестанем. Еще пышней и бесшабашней Шумите, осыпайтесь, листья, И чашу горечи вчерашней Сегодняшней тоской превысьте. Привязанность, влеченье, прелесть! Рассеемся в сентябрьском шуме! Заройся вся в осенний шелест! Замри или ополоумей! Ты так же сбрасываешь платье, Как роща сбрасывает листья, Когда ты падаешь в объятье В халате с шелковою кистью. Ты — благо гибельного шага, Когда житье тошней недуга, А корень красоты — отвага, И это тянет нас друг к другу.

Село замолчало; безлюдны дороги

Иван Саввич Никитин

Село замолчало; безлюдны дороги; Недвижно бор темный стоит; На светлые воды, на берег отлогий Задумчиво месяц глядит. Как яркие звезды, в тумане сверкают Вдоль луга огни косарей, И бледные тени их смутно мелькают Вокруг разведенных огней. И вторит отчетливо чуткое эхо Уснувших давно берегов Разгульные песни, и отзывы смеха, И говор веселых косцов. Вот песни умолкли; огни потухают; Пустынно и тихо вокруг; Лишь светлые звезды на небе сияют И смотрят на воды и луг. Как призраки, в зеркале вод отражаясь, Зеленые ивы стоят И, мерно от тихого ветра качаясь, Чуть слышно ветвями шумят. И в сумраке лунном, поднявшись высоко Над крепко уснувшим селом, Белеется церковь от изб недалеко, Село осеняя крестом. Спит люд деревенский, трудом утомленный, Лишь где-нибудь бедная мать Ребенка, при свете лучины зажженнойг Сквозь сон продолжает качать; Да с жесткой постели поднятый нуждок, Бездетный и слабый старик Плетет себе обувь дрожащей рукою Из свежих размоченных лык.

Листья

Константин Фофанов

Ветер плачет за окном, Ветер мечется и стонет И невидимым крылом Золотые листья гонит. Листья падают с берез, Листья шумно бьют тревогу, Сердце жалобят до слез; Сердце внемлет понемногу Их взволнованным речам. Ропщут листья по ветвям: «Страшно в сумраке ночном Опадать с ветвей родимых, Гнить и мокнуть под дождем, Дрогнуть в стужах нестерпимых! Для того ли по весне Мы цвели и трепетали, Для того ли в полусне Ветру сказок нашептали, Чтоб он в осень нас сорвал, Умертвил и разметал! Ой ты, ветер неразумный, Ветер вольный, ветер шумный, Ты гони нас поскорей К волнам северных морей! Мы расскажем волнам белым, В страхе, в стуже поседелым, Всё, чему весной могли Научиться у земли И о чем и почему Мы рыдали в дождь и тьму. И когда весною станут Волны плыть, кочуя вдаль, Пусть расскажут, пусть помянут Наши сказки и печаль!**

Вечер

Петр Вяземский

Екатерине Федоровне Тютчевой Прелестный вечер! В сладком обаянье Душа притихла, словно в чудном сне. И небеса в безоблачном сиянье, И вся земля почила в тишине. Куда б глаза пытливо ни смотрели, Таинственной завесой мир одет, Слух звука ждёт — но звуки онемели; Движенья ищет взор — движенья нет. Не дрогнет лист, не зарябится влага, Ие проскользнет воздушная струя; Всё тишь!.. Как будто в пресыщенье блага Жизнь замерла и не слыхать ея. Но в видимом бездейственном покое Не истощенье сил, не мертвый сон: Присущны здесь и таинство живое, И стройного могущества закон. И молча жизнь кругом благоухает, И в неподвижной красоте своей Прохладный вечер молча расточает Поэзию без звуков, без речей. И в этот час, когда, в тени немея, Всё, притаясь, глубокий мир хранит И тихий ангел, крыльями чуть вея, Землей любуясь, медленно парит, — Природа вся цветёт, красуясь пышно, И, нас склоня к мечтам и забытью, Передаёт незримо и неслышно Нам всю любовь и душу всю свою.

В пути

Саша Чёрный

Яркий цвет лесной гвоздики. Пряный запах горьких трав. Пали солнечные блики, Иглы сосен пронизав. Душно. Скалы накалились, Смольный воздух недвижим, Облака остановились И расходятся, как дым… Вся в пыли, торчит щетина Придорожного хвоща. Над листвой гудит пустынно Пенье майского хруща. Сброшен с плеч мешок тяжёлый, Взор уходит далеко… И плечо о камень голый Опирается легко. В глубине сырого леса Так прохладно и темно. Тень зеленого навеса Тайну бросила на дно. В тишине непереходной Чуть шуршат жуки травой. Хорошо на мох холодный Лечь усталой головой! И, закрыв глаза, блаженно Уходить в лесную тишь И понять, что все забвенно, Все, что в памяти таишь.

Семена на снегу

Валентин Берестов

Здесь сучья лип чернеют строго. Морозный блеск и тишина. И облетают понемногу С продрогших веток семена. Кружат над снежною поляной И падают, оцепенев, И странно видеть бездыханный, На снег ложащийся посев. Для невнимательного взора Природа севера бедна. Но разве беден лес, который Доверил снегу семена? Весна придёт, весна растопит Невозмутимый белый пласт И всё, что в нём зима накопит, Земле разбуженной отдаст.

Осень

Валентин Петрович Катаев

Говорят, что лес печальный. Говорят, что лес прозрачный. Это верно. Он печальный. Он прозрачный. Он больной. Говорят, что сон хрустальный Осенил поселок дачный. Это правда. Сон печальный Осенил поселок дачный Неземной голубизной. Говорят, что стало пусто. Говорят, что стало тихо. Это верно. Стало пусто. Стало тихо по ночам. Ночью белые туманы Стелют иней на поляны. Ночью страшно возвращаться Мимо кладбища домой. Это правда. Это верно. Это очень справедливо. Лучше, кажется, не скажешь И не выразишь никак. Потому-то мне и скверно, И печально, и тоскливо В теплой даче без хозяйки, Без друзей и без собак.

Осенью

Вячеслав Всеволодович

[I]Ал. Н. Чеботаревской[/I] Рощи холмов, багрецом испещренные, Синие, хмурые горы вдали… В желтой глуши на шипы изощренные Дикие вьются хмели. Луч кочевой серебром загорается… Словно в гробу, остывая, Земля Пышною скорбью солнц убирается… Стройно дрожат тополя. Ветра порывы… Безмолвия звонкие… Катится белым забвеньем река… Ты повилики закинула тонкие В чуткие сны тростника.

Тишь

Зинаида Николаевна Гиппиус

На улицах белая тишь. Я не слышу своего сердца. Сердце, отчего ты молчишь? Такая тихая, такая тихая тишь…Город снежный, белый — воскресни! Луна — окровавленный щит. Грядущее всё неизвестней… Сердце моё, воскресни! воскресни! Воскресение — не для всех. Тихий снег тих, как мертвый. Над городом распростерся грех. Тихо плачу я, плачу — обо всех.

Другие стихи этого автора

Всего: 85

Кошка и слон

Валентин Петрович Катаев

Кошке снился страшный сон, Будто кошку слопал слон, И она принуждена Жить в животике слона. Hу, попала я впросак! Hет мышей и полный мрак. Ведь без окон сделан слон. Хорошо, что это сон!

У нас дороги разные

Валентин Петрович Катаев

У нас дороги разные. Расстаться нам не жаль. Ты – капелька алмазная, Я – черная эмаль.Хорошенькая, складная, Сердитая со сна, Прощай, моя прохладная, Прощай, моя весна.

Ранний снег

Валентин Петрович Катаев

В снегу блестящем даль бела, – Нарядная, блестящая, – Но эта красота была Совсем не настоящая.Ты только раз моей была, Не лгала, не лукавила, И, словно ранний снег, прошла, Один туман оставила.

Бесприданница

Валентин Петрович Катаев

Когда, печальна и бела, Она плыла перед кулисой, Не знаю, кем она была – Сама собой или Ларисой.Над старой русскою рекой Она у рампы умирала И ослабевшею рукой Нам поцелуи посылала.Пока разбитая душа Еще с беспамятством боролась: «Я всех люблю вас», – чуть дыша, Нам повторял хрустальный голос.Как одержимые, в райке Стонали нищие студенты, И в остывающей руке Дрожали палевые ленты.Не знаю, силою какой Она таинственной владела. Она была моей душой, Впервые покидавшей тело.Она была моей сестрой, Она ко мне тянула руки, Она была Судьбой и Той, С которой я всю жизнь в разлуке.

Когда я буду умирать

Валентин Петрович Катаев

Когда я буду умирать, О жизни сожалеть не буду. Я просто лягу на кровать И всем прощу. И все забуду.

Белые козы

Валентин Петрович Катаев

Мне снилось, что белые козы Ко мне на участок пришли. Они обглодали березы,Все съели и молча ушли. Проснулся – и тихие слезы, И тихие слезы текли.В окно посмотрел – удивился: Как за ночь мой лес поредел, Пока я так глупо ленился, Пока над стихами сидел.Идут из-за леса морозы. Готовы ли к холоду мы? Идут, приближаются козы, Голодные козы зимы.Ох, чую – придут и обгложут Все то, что я вырастил тут. И спать под сугробом уложат, И тихо на север уйдут.Я вру! Я не спал. Я трудился, Всю ночь над стихами сидел. А лист в это время валился, А лес в это время седел.

Сугробы

Валентин Петрович Катаев

Ах, какие сугробы За окном намело! Стало в комнатах тихо, И темно, и тепло.Я люблю этот снежный, Этот вечный покой, Темноватый и нежный, Голубой-голубой.И стоит над сугробом Под окном тишина… Если так же за гробом – Мне и смерть не страшна.

Дятлы

Валентин Петрович Катаев

За стволы трухлявых сосен Зацепившись вверх ногами, Разговаривали дятлы По лесному телеграфу.– Тук-тук-тук, – один промолвил. – Тук-тук-тук, – другой ответил. – Как живете? Как здоровье? – Ничего себе. Спасибо.– Что хорошенького слышно У писателя на даче? – Сам писатель кончил повесть. – Вам понравилась? – Не очень.– Почему же? – Слишком мало В ней о дятлах говорится. – Да, ужасно нынче пишут Пожилые беллетристы.– А писательские дети? – Все по-прежнему, конечно: Павлик мучает котенка И рисует генералов.– А Евгения? – Представьте, С ней несчастье приключилось: Нахватала в школе двоек И от горя захворала.Но теперь уже здорова, Так что даже очень скоро Вместе с мамою на дачу На каникулы приедет.– Ходят слухи, что на дачу К ним повадилась лисица. Интересно, что ей нужно? – Совершенно непонятно.– Впрочем, летом на террасе Жили белые цыплята. Очень может быть, лисица И приходит по привычке.Все ей кажется, что можно Сцапать курочку на ужин. И вокруг пустой террасы Ходит жадная лисица.Красть цыплят она привыкла, А теперь голодной ходит. – Да, вы правы. Значит, надо Избегать дурных привычек.Как сказал б одной из басен Знаменитый баснописец: «Ты все пела, это дело, Так поди-ка, попляши».Так под Новый год на даче На стволах столетних сосен Разговаривали дятлы По лесному телеграфу.– Тук-тук-тук, – один промолвил. – Тук-тук-тук, – другой ответил. – Ну, я с вами заболтался, С Новым годом. До свиданья.

Поезд

Валентин Петрович Катаев

Каждый день, вырываясь из леса, Как любовник в назначенный час, Поезд с белой табличкой «Одесса» Пробегает, шумя, мимо нас.Пыль за ним подымается душно. Стонут рельсы, от счастья звеня. И глядят ему вслед равнодушно Все прохожие, кроме меня.

Лисица

Валентин Петрович Катаев

Прошли декабрьские метели. Бело и весело в лесу. Вчера смотрел в окно на ели И увидал в лесу лису. Она трусила вдоль опушки: Был вид ее, как в книжке, прост: Стояли ушки на макушке, А сзади стлался пышный хвост. Блеснули маленькие глазки, Я хорошо заметил их. Лиса мелькнула, точно в сказке, И скрылась в тот же самый миг. Я выскочил во двор раздетым. Лисицы нет. Туда-сюда… Сыщи ее. Попробуй. Где там! …Так и с любовью иногда.

Разлука

Валентин Петрович Катаев

Целый день широкий ветер с юга Жарко дышит, соснами звеня. Это ты, далекая подруга, С юга зноем дышишь на меня.Это ты мой лес прохладный сушишь. Что со мною, я не знаю сам. Это ты меня томишь и душишь, Лунным светом травишь по ночам.Это ты мне жарко шепчешь в ухо Нежные, бессвязные слова. Ух, как трудно мне дышать, как сухо! Как болит бессонно голова!И опять весь день шара и скука. Иглы с сосен сыплются, звеня. Разве мог я думать, что разлука Так иссушит, так сожжет меня?

Осень

Валентин Петрович Катаев