У камина

Наплывала тень… Догорал камин, Руки на груди, он стоял один,

Неподвижный взор устремляя вдаль, Горько говоря про свою печаль:

«Я пробрался вглубь неизвестных стран, Восемьдесят дней шёл мой караван;

Цепи грозных гор, лес, а иногда Странные вдали чьи-то города,

И не раз из них в тишине ночной В лагерь долетал непонятный вой.

Мы рубили лес, мы копали рвы, Вечерами к нам подходили львы.

Но трусливых душ не было меж нас, Мы стреляли в них, целясь между глаз.

Древний я отрыл храм из под песка, Именем моим названа река,

И в стране озёр пять больших племён Слушались меня, чтили мой закон.

Но теперь я слаб, как во власти сна, И больна душа, тягостно больна;

Я узнал, узнал, что такое страх, Погребённый здесь в четырёх стенах;

Даже блеск ружья, даже плеск волны Эту цепь порвать ныне не вольны…»

И, тая в глазах злое торжество, Женщина в углу слушала его.