Она плывет неслышно над землею
Она плывет неслышно над землею, Безмолвная, чарующая ночь; Она плывет и манит за собою И от земли меня уносит прочь.И тихой к ней взываю я мольбою: — О, ты, небес таинственная дочь! Усталому и телом, и душою Ты можешь, бестелесная, помочь.Умчи меня в лазоревые бездны: Свой лунный свет, свой кроткий пламень звездный Во мрак души глубокий зарони;И тайною меня обвеяв чудной, Дай отдохнуть от жизни многотрудной И в сердце мир и тишину вдохни.
Похожие по настроению
Как часто ночью в тишине глубокой
Алексей Константинович Толстой
Как часто ночью в тишине глубокой Меня тревожит тот же дивный сон: В туманной мгле стоит дворец высокий И длинный ряд дорических колонн, Средь диких гор от них ложатся тени, К реке ведут широкие ступени.И солнце там приветливо не блещет, Порой сквозь тучи выглянет луна, О влажный брег порой лениво плещет, Катяся мимо, сонная волна, И истуканов рой на плоской крыше Стоит во тьме один другого выше.Туда, туда неведомая сила Вдоль по реке влечет мою ладью, К высоким окнам взор мой пригвоздила, Желаньем грудь наполнила мою. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Я жду тебя. Я жду, чтоб ты склонила На темный дол свой животворный взгляд,- Тогда взойдет огнистое светило, В алмазных искрах струи заблестят, Проснется замок, позлатятся горы И загремят невидимые хоры.Я жду, но тщетно грудь моя трепещет, Лишь сквозь туман виднеется луна, О влажный берег лишь лениво плещет, Катяся мимо, сонная волна, И истуканов рой на плоской крыше Стоит во тьме один другого выше.
Над водой луна уснула
Ирина Одоевцева
Над водой луна уснула, Светляки горят в траве, Здесь когда-то утонула Я, с венком на голове.…За Днепром белеет Киев, У Днепра поет русалка. Блеск идет от чешуи… Может быть, меня ей жалко —У нея глаза такие Голубые, как мои.
Ночь тиха, сад объят полутьмою
Иван Суриков
Ночь тиха, сад объят полутьмою, Дремлют липы над сонным прудом; Воздух дышит цветущей весною; Мы сидим пред раскрытым окном.Светят яркие звезды над нами; Кротко месяц глядит с высоты, И его голубыми лучами Облитая, задумалась ты.Очарован твоей красотою, Я любуюсь тобою без слов… В нашу комнату тихой струею Льется запах душистых цветов.И прощу в этот час я не много: Чтобы дни твои тихо текли, Чтобы жизни печаль и тревога В твое сердце пути не нашли.
Душа покоя лишена
Сергей Клычков
Душа покоя лишена! Какая вышина и тишина… Из облака плывет луна, Среди прозрачности такой Лаская белоснежною рукой Туман над сонною рекой! Какая тишина! В душе тревога и обман, И скачущий из лучезарных стран Конь без удила и стремян, И светлый всадник над лукой… …Прекрасен ты, небесный дар — покой, И все же мне с моей тоской Желаннее обман!
Полночь
Надежда Тэффи
Светом трепетной лампады Озаряя колоннады Белых мраморных террас, Робко поднял лик свой ясный Месяц бледный и прекрасный В час тревожный, в час опасный, В голубой полночный час. И змеятся по ступени, Словно призрачные тени Никогда не живших снов, Тени стройных, тени странных, Голубых, благоуханных, Лунным светом осиянных, Чистых ириса цветов. Я пришла в одежде белой, Я пришла душою смелой Вникнуть в трепет голубой На последние ступени, Где слились с тенями тени, Где в сребристо-пыльной пене Ждет меня морской прибой. Он принес от моря ласки, Сказки-песни, песни-сказки Обо мне и для меня! Он зовет меня в молчанье, В глубь без звука, без дыханья, В упоенье колыханья Без лучей и без огня. И в тоске, как вздох бездонной, Лунным светом опьяненный, Рвет оковы берегов… И сраженный, полный лени, Он ласкает мне колени, И черней змеятся тени Чистых ириса цветов…
У мокрых камней выгибает волна
Вероника Тушнова
У мокрых камней выгибает волна литую покатую спину. Над черным хребтом Карадага луна истаяла наполовину. Срываются звезды с десятков орбит, их росчерк мгновенен и светел. Тревогу, тревогу, тревогу трубит в ущельях полуночный ветер. Пока фосфорящийся след не потух, желанье шепчу я поспешно. Одно неизменное. Места для двух не стало в душе моей грешной. К осеннему небу прикован мой взгляд, авось я судьбу переспорю! …А звезды летят, и летят, и летят, и падают в Черное море.
Лимонная ночь
Владимир Луговской
Луна стоит на капитанской вахте, На триста верст рассыпался прибой. И словно белая трепещущая яхта Уходит женщина, любимая тобой.Мне нужен сон глубокого наплыва Мне нужен ритм высокой чистоты. Сегодня звезды сини, словно сливы, Такие звезды выдумала ты.Лимон разрезанный на лунный свет походит. Таких ночей светлей и тише нет, Тревожные созвездья пароходов Проносятся в лимонной тишине.Телеграфируйте в пространство, дорогая, Что бриз и рейс вас сделали добрей. И я рванусь за вами, содрогаясь, Как черный истребитель в серебре.
Глубина
Владимир Солоухин
Ты текла как вода, Омывая то камни, то травы, Мелководьем блеща, На текучие струи Себя Бесконечно дробя. В наслажденье струиться Ручьи неподсудны и правы, За желанье дробиться Никто не осудит тебя. И круша, и крутя, И блестя ледяной паутиной На траве (если утренник лег), Украшала ты землю, легка, Но встает на пути (Хорошо, хорошо — не плотина!), Но лежит на пути Западней Глубина бочага. Как ты копишься в нем! Как становится больше и больше Глубины, темноты, Под которой не видно уж дна. Толща светлой воды. За ее углубленную толщу Вся беспечность твоя, Вся текучесть твоя отдана. Но за то — отражать Наклоненные ивы И звезды. Но за то — содержать Родники ледяные на дне. И туманом поить Лучезарный предутренний воздух. И русалочьи тайны В полуночной хранить глубине.
Лишь заблудишся днем
Владимир Соловьев
Лишь забудешься днем иль проснешься в полночи — Кто-то здесь… Мы вдвоем,— Прямо в душу глядят лучезарные очи Темной ночью и днем. Тает лед, расплываются хмурые тучи, Расцветают цветы… И в прозрачной тиши неподвижных созвучий Отражаешься ты. Иcчезает в душе старый грех первородный: Сквозь зеркальную гладь Видишь, нет и травы, змей не виден подводный, Да и скал не видать. Только свет да вода. И в прозрачном тумане Блещут очи одни, И слилися давно, как роса в океане, Все житейские дни.
Душа сумерек
Вячеслав Всеволодович
В прозрачный, сумеречно-светлый час, В полутени сквозных ветвей, Она являет свой лик и проходит мимо нас — Невзначай,- и замрет соловей, И клики веселий умолкнут во мгле лугов На легкий миг — в жемчужный час, час мечты, Когда медленней дышат цветы,- И она, улыбаясь, проходит мимо нас Чрез тишину… Тишина таит богов.О тишина! Тайна богов! О полутень! О робкий дар! Улыбка распутий! Крылатая вечность скрестившихся чар! Меж тем, что — Ночь, и тем, что — День, Рей, молчаливая! Медли, благая! Ты, что держишь в руке из двух пламеней звездных весы! Теплится золото чаши в огнях заревой полосы, Чаша ночи восточной звездой занялась в поднебесье! О равновесье! Миг — и одна низойдет, и взнесется другая…О тишина! Тайна богов! О полутень! Меж тем, что — Ночь, и тем, что — День, Бессмертный лик остановив, Мглой и мерцаньем повей чело В час, как отсветом ночи небес светло Влажное сткло В сумраке сонном ив!
Другие стихи этого автора
Всего: 76На Иматре
Константин Романов
IРевет и клокочет стремнина седая И хлещет о звонкий гранит, И влагу мятежную, в бездны свергая, Алмазною пылью дробит.На берег скалистый влечет меня снова. И любо, и страшно зараз: Душа замирает, не вымолвить слова, Не свесть очарованных глаз.И блеск, и шипенье, и брызги, и грохот, Иная краса каждый миг, И бешеный вопль, и неистовый хохот В победный сливаются клик.Весь ужаса полный, внимая, гляжу я,— И манит, и тянет к себе Пучина, где воды, свирепо бушуя, Кипят в вековечной борьбе.IIНад пенистой, бурной пучиной Стою на крутом берегу, Мятежной любуюсь стремниной И глаз оторвать не могу.Нависшими стиснут скалами, Клокочет поток и бурлит; Сшибаются волны с волнами, Дробясь о недвижный гранит.И рвутся, и мечутся воды Из камня гнетущих оков, И молит немолчно свободы Их вечный неистовый рев.О, если б занять этой силы, И твердости здесь почерпнуть, Чтоб смело свершать до могилы Неведомый жизненный путь;Чтоб с совестью чистой и ясной, С открытым и светлым челом Пробиться до цели прекрасной В бореньи с неправдой и злом.
Задремали волны
Константин Романов
Задремали волны, Ясен неба свод; Светит месяц полный Над лазурью вод.Серебрится море, Трепетно горит… Так и радость горе Ярко озарит.
Псалмопевец Давид
Константин Романов
О, царь, скорбит душа твоя, Томится и тоскует! Я буду петь: пусть песнь моя Твою печаль врачует.Пусть звуков арфы золотой Святое песнопенье Утешит дух унылый твой И облегчит мученье.Их человек создать не мог, Не от себя пою я: Те песни мне внушает Бог, Не петь их не могу я!О, царь, ни звучный лязг мечей, Ни юных дев лобзанья, Не заглушат тоски твоей И жгучего страданья!Но лишь души твоей больной Святая песнь коснется, — Мгновенно скорбь от песни той Слезами изольется.И вспрянет дух унылый твой, О, царь, и торжествуя, У ног твоих, властитель мой, Пусть за тебя умру я!
Поймете ль вы те чудные мгновенья
Константин Романов
Поймете ль вы те чудные мгновенья, Когда нисходит в душу вдохновенье, И, зародившись, новой песни звук В ней пробуждает столько тайных мук И столько неземного восхищенья? Те приступы восторженной любви, Тот сокровенный творчества недуг — Поймете ль вы?.. Я всю любовь, все лучшие стремленья, Все, что волнует грудь в ночной тиши, И все порывы пламенной души Излил в свои стихотворенья…Но если, бессознательно порою Высокий долг поэта позабыв, Пленялся я чарующей мечтою, И звуков увлекал меня наплыв, — Не осудите слабости случайной, Души моей поймите голос тайный. Что может ум без сердца сотворить? Я не умею петь без увлеченья И не могу свои творенья Холодному рассудку подчинить!..
Отдохни
Константин Романов
Отдохни, отдохни! Совершая Утомительный жизненный путь, Ты устала, моя дорогая! Не пора ли тебе отдохнуть? Среди всякого зла и гоненья, Всякой злобы и желчи людской Не нашла ты себе утешенья В этой грустной юдоли земной. Как волна беспокойного моря, Вез тревоги ты жить не могла: Если б даже и не было горя, Ты сама бы его создала! Но вглядись: в нашей жизни печальной Разве нет и хороших сторон? Ведь не все слышен звон погребальный, Раздается ж и радости звон. Помирись же с судьбою суровой, Горемычной земли не кляни И, сбираяся с силою новой, Милый друг, отдохни, отдохни!
Серенада
Константин Романов
О, дитя, под окошком твоим Я тебе пропою серенаду… Убаюкана пеньем моим, Ты найдешь в сновиденьях отраду; Пусть твой сон и покой В час безмолвный ночной Нежных звуков лелеют лобзанья! Много горестей, много невзгод В дольнем мире тебя ожидает; Спи же сладко, пока нет забот, И душа огорчений не знает, Спи во мраке ночном Безмятежным ты сном, Спи, не зная земного страданья! Пусть твой ангел-хранитель святой, Милый друг, над тобою летает И, лелея сон девственный твой, Песню рая тебе напевает; Этой песни святой Отголосок живой Да дарует тебе упованье! Спи же, милая, спи, почивай Под аккорды моей серенады! Пусть приснится тебе светлый рай, Преисполненный вечной отрады! Пусть твой сон и покой В час безмолвный ночной Нежных звуков лелеют лобзанья!
Земля пробудилась от долгого сна
Константин Романов
Земля пробудилась от долгого сна, Явилась предвестница лета,— О, как хороша ты, младая весна, Как сердце тобою согрето!Люблю я простор этих ровных полей, Люблю эти вешние воды. Невольно в душе отразилась моей Краса обновленной природы.Но грустно и больно, что все, к чему мы Привязаны сердцем так нежно, Замрет под холодным дыханьем зимы И вьюгой завеется снежной!
Умолкли рыдания бури кипучей
Константин Романов
Умолкли рыдания бури кипучей, Клокочущей бездны волна улеглась; Опять выплывает луна из-за тучи, Над гладью морской тишина разлилась.В борьбе непрестанной с мятежною страстью Опять побежден ненасытный недуг, И с новою силой, и с новою властью Воспрянет опять торжествующий дух!
Уж гасли в комнатах огни
Константин Романов
Уж гасли в комнатах огни… Благоухали розы… Мы сели на скамью в тени Развесистой березы.Мы были молоды с тобой! Так счастливы мы были Нас окружавшею весной; Так горячо любили!Двурогий месяц наводил На нас свое сиянье: Я ничего не говорил, Боясь прервать молчанье;Безмолвно синих глаз твоих Ты опускала взоры: Красноречивей слов иных Немые разговоры.Чего не смел поверить я, Что в сердце ты таила, Все это песня соловья За нас договорила.
Я баловень судьбы
Константин Романов
Я баловень судьбы… Уж с колыбели Богатство, почести, высокий сан К возвышенной меня манили цели, — Рождением к величью я призван. Но что мне роскошь, злато, власть и сила? Не та же ль беспристрастная могила Поглотит весь мишурный этот блеск, И все, что здесь лишь внешностью нам льстило, Исчезнет, как волны мгновенный всплеск? Есть дар иной, божественный, бесценный, Он в жизни для меня всего святей, И ни одно сокровище вселенной Не заменит его душе моей: То песнь моя!.. Пускай прольются звуки Моих стихов в сердца толпы людской, Пусть скорбного они врачуют муки И радуют счастливого душой! Когда же звуки песни вдохновенной Достигнут человеческих сердец, Тогда я смело славы заслуженной Приму неувядаемый венец. Но пусть не тем, что знатного я рода, Что царская во мне струится кровь, Родного православного народа Я заслужу доверье и любовь, Но тем, что песни русские, родные Я буду петь немолчно до конца И что во славу матушки России Священный подвиг совершу певца.
Разлука
Константин Романов
Еще последнее объятье, Еще последний взгляд немой, Еще одно рукопожатье, — И миг пронесся роковой… Но не в минуту расставанья Понятна нам вся полнота И вся действительность страданья, А лишь впоследствии, когда В семье, среди родного круга, Какой-нибудь один предмет Напомнит милый образ друга И скажет, что его уж нет. Пока разлука приближалась, Не верилось, что час пробьет; Но что несбыточным казалось, Теперь сознанью предстает Со всею правдой, простотою И очевидностью своей. И вспоминается с тоскою Вся горесть пережитых дней; И время тяжкое разлуки Так вяло тянется для нас, И каждый день, и каждый час Все большие приносят муки.
Я на тебя гляжу, любуясь ежечасно
Константин Романов
Я на тебя гляжу, любуясь ежечасно: Ты так невыразимо хороша! О, верно под такой наружностью прекрасной Такая же прекрасная душа! Какой-то кротости и грусти сокровенной В твоих очах таится глубина; Как ангел, ты тиха, чиста и совершенна; Как женщина, стыдлива и нежна. Пусть на земле ничто средь зол и скорби многой Твою не запятнает чистоту, И всякий, увидав тебя, прославит Бога, Создавшего такую красоту!