Млечный путь («Месяца не видно. Светит Млечный Путь….»)

Константин Бальмонт

Месяца не видно. Светит Млечный Путь. Голову седую свесивши на грудь, Спит ямщик усталый. Кони чуть идут. Звезды меж собою разговор ведут. Звезды золотые блещут без конца. Звезды прославляют Господа Творца. «Господи», спросонок прошептал ямщик, И, крестясь, зевает, и опять поник. И опять склонил он голову на грудь. И скрипят полозья. Убегает путь.Год написания: без даты

Похожие по настроению

Мы в круге млечного пути…

Александр Александрович Блок

Мы в круге млечного пути, Земные замерли мечты. Мы можем в высь перенести Свои надежды — я и ты. Еще прозрачней станешь ты, Еще бессмертней стану я. Залог кружащейся мечты — Душа последняя моя.Осень 1904

Дорога

Андрей Белый

И тот же шатается Колос, И той же прохладой Пахнёт; И ветер — серебряный Голос — Серебряный волос Взовьет. И та же певучая Стая, Визжа, вылетает Из дней, — Над нивой воздушно Шатая Летучие пятна Теней. Туда ж, — к голубому Чертогу, — Означит всевидящий Бог — Взметаемой пылью Дорогу; И — плачет пастушечий Рог. Как пыль световая, Взвиваясь, Как облачко, тая В слезах, — Как жаворонок Заливаясь, — Я жизнь окрылю В небесах.

Млечный путь

Давид Давидович Бурлюк

Кого я ждал здесь на немой дороге К кому я шёл развеяв волоса Вверху плыли сосцы сосцы на осьминоге А я стоял и ждал куда падут веса Какие-то огни мерцают из пучины Далеких странников глухие голоса Зазвездные дерев роскошные вершины Ведомых зданий крайние леса!

Звёздная даль

Федор Сологуб

Очи тёмные подъемлет Дева к небу голубому, И, на звёзды глядя, внемлет Чутко голосу ночному. Под мерцаньем звёзд далёких, Под блистающей их тайной Вся равнина в снах глубоких И в печали неслучайной. Тихо, робко над рекою Поднимаются туманы И ползучею толпою Пробираются в поляны. У опушки тени гуще, Лес и влажный, и дремотный. Смотрит страх из тёмной кущи, Нелюдимый, безотчётный. К старику-отцу подходит Дева с грустною мечтою И про небо речь заводит: «Беспредельность предо мною. Где-нибудь в раздольях света, За безмерным отдаленьем, Есть такая же планета, И с таким же населеньем. Есть там зори и зарницы, Реки, горы и долины, Счастье, чары, чаровницы, Грозы, слёзы и кручины. Не оттуда ль в сердце плещет Грёза сладостным приветом? Вот звезда над нами блещет Переливным дивным светом: Это — солнце, и с землею, И на той земле мечтает Кто-то, близкий мне душою. К нам он взоры подымает, Нескончаемые дали Мерит чёрными очами, И томления печали Отвеваются мечтами. Он иную землю видит, Где так ярко счастье блещет, Где могучий не обидит, Где бессильный не трепещет, Где завистливой решёткой Пир богатых не охвачен, Где клеймом недоли кроткий Навсегда не обозначен». Скоро звёзды гаснуть станут, Расточатся чары ночи, И с тоской пугливой глянут Размечтавшиеся очи.

Пустынна и длинна моя дорога

Георгий Иванов

Пустынна и длинна моя дорога, А небо лучезарнее, чем рай, И яхонтами на подоле Бога Сквозь дым сияет горизонта край. И дальше, там, где вестницею ночи Зажглась шестиугольная звезда, Глядят на землю голубые очи, Колышется седая борода. Но кажется, устав от дел тревожных, Не слышит старый и спокойный Бог, Как крылья ласточек неосторожных Касаются его тяжелых ног.

Млечный Путь

Константин Бальмонт

Месяца не видно. Светит Млечный Путь. Голову седую свесивши на грудь, Спит ямщик усталый. Кони чуть идут. Звёзды меж собою разговор ведут. Звёзды золотые блещут без конца. Звёзды прославляют Господа Творца. «Господи», спросонок прошептал ямщик, И, крестясь, зевает, и опять поник. И опять склонил он голову на грудь. И скрипят полозья. Убегает путь.

Как Млечный Путь, любовь твоя

Максимилиан Александрович Волошин

Как Млечный Путь, любовь твоя Во мне мерцает влагой звездной, В зеркальных снах над водной бездной Алмазность пытки затая.Ты — слезный свет во тьме железной, Ты — горький звездный сок. А я — Я — помутневшие края Зари слепой и бесполезной.И жаль мне ночи… Оттого ль, Что вечных звезд родная боль Нам новой смертью сердце скрепит?Как синий лед мой день… Смотри! И меркнет звезд алмазный трепет В безбольном холоде зари.

Уж солнце маревом не мает

Михаил Зенкевич

Уж солнце маревом не мает, Но и луны прохладный блеск Среди хлебов не унимает Кузнечиков тревожный треск. Светло, пустынно в небе лунном, И перистые облака Проходят стадом среброрунным, Лучистой мглой пыля слегка. И только изредка зарница, Сгущая млечной ночи гнет, Как будто девка-озорница, Подолом красным полыхнет.

Горние звёзды как росы

Николай Клюев

Горние звезды как росы. Кто там в небесном лугу Точит лазурные косы, Гнет за дугою дугу? Месяц, как лилия, нежен, Тонок, как профиль лица. Мир неоглядно безбрежен. Высь глубока без конца. Слава нетленному чуду, Перлам, украсившим свод, Скоро к голодному люду Пламенный вестник придет. К зрячим нещадно суровый, Милостив к падшим в ночи, Горе кующим оковы, Взявшим от царства ключи. Будьте ж душой непреклонны Все, кому свет не погас, Ткут золотые хитоны Звездные руки для вас.

Свет вечерний мерцает вдоль улиц

Сергей Клычков

Свет вечерний мерцает вдоль улиц, Словно призрак, в тумане плетень, Над дорогою ивы согнулись, И крадется от облака тень. Уж померкли за сумраком хвои, И сижу я у крайней избы, Где на зори окно локовое И крылечко из тонкой резьбы. А в окно, может, горе глядится И хозяйка тут — злая судьба, Уж слетают узорные птицы, Уж спадает с застрехи резьба. Может быть, здесь в последней надежде Все ж, трудясь и страдая, живут, И лампада пылает, как прежде, И все гостя чудесного ждут. Вон сбежали с огорка овины, Вон согнулся над речкою мост — И так сказочен свист соловьиный! И так тих деревенский погост! Все он видится старой старухе За туманом нельющихся слез, Ждет и ждет, хоть недобрые слухи Ветер к окнам с чужбины принес. Будто вот полосой некошеной Он идет с золотою косой, И пред ним рожь, и жито, и пшёны Серебристою брызжут росой. И, как сторож, всю ночь стороною Ходит месяц и смотрит во мглу, И в закуте соха с бороною Тоже грезят — сияют в углу.

Другие стихи этого автора

Всего: 993

В прозрачных пространствах Эфира

Константин Бальмонт

В прозрачных пространствах Эфира, Над сумраком дольнего мира, Над шумом забытой метели, Два светлые духа летели. Они от земли удалялись, И звездам чуть слышно смеялись, И с Неба они увидали За далями новые дали. И стихли они понемногу, Стремясь к неизменному Богу, И слышали новое эхо Иного чуть слышного смеха. С Земли их никто не приметил, Но сумрак вечерний был светел, В тот час как они над Землею Летели, покрытые мглою. С Земли их никто не увидел , Но доброго злой не обидел, В тот час как они увидали За далями новые дали.

Русский язык

Константин Бальмонт

Язык, великолепный наш язык. Речное и степное в нем раздолье, В нем клекоты орла и волчий рык, Напев, и звон, и ладан богомолья. В нем воркованье голубя весной, Взлет жаворонка к солнцу — выше, выше. Березовая роща. Свет сквозной. Небесный дождь, просыпанный по крыше. Журчание подземного ключа. Весенний луч, играющий по дверце. В нем Та, что приняла не взмах меча, А семь мечей в провидящее сердце. И снова ровный гул широких вод. Кукушка. У колодца молодицы. Зеленый луг. Веселый хоровод. Канун на небе. В черном — бег зарницы. Костер бродяг за лесом, на горе, Про Соловья-разбойника былины. «Ау!» в лесу. Светляк в ночной поре. В саду осеннем красный грозд рябины. Соха и серп с звенящею косой. Сто зим в зиме. Проворные салазки. Бежит савраска смирною рысцой. Летит рысак конем крылатой сказки. Пастуший рог. Жалейка до зари. Родимый дом. Тоска острее стали. Здесь хорошо. А там — смотри, смотри. Бежим. Летим. Уйдем. Туда. За дали. Чу, рог другой. В нем бешеный разгул. Ярит борзых и гончих доезжачий. Баю-баю. Мой милый. Ты уснул? Молюсь. Молись. Не вечно неудачи. Я снаряжу тебя в далекий путь. Из тесноты идут вразброд дороги. Как хорошо в чужих краях вздохнуть О нем — там, в синем — о родном пороге. Подснежник наш всегда прорвет свой снег. В размах грозы сцепляются зарницы. К Царь-граду не ходил ли наш Олег? Не звал ли в полночь нас полет Жар-птицы? И ты пойдешь дорогой Ермака, Пред недругом вскричишь: «Теснее, други!» Тебя потопит льдяная река, Но ты в века в ней выплывешь в кольчуге. Поняв, что речь речного серебра Не удержать в окованном вертепе, Пойдешь ты в путь дорогою Петра, Чтоб брызг морских добросить в лес и в степи. Гремучим сновиденьем наяву Ты мысль и мощь сольешь в едином хоре, Венчая полноводную Неву С Янтарным морем в вечном договоре. Ты клад найдешь, которого искал, Зальешь и запоешь умы и страны. Не твой ли он, колдующий Байкал, Где в озере под дном не спят вулканы? Добросил ты свой гулкий табор-стан, Свой говор златозвонкий, среброкрылый, До той черты, где Тихий океан Заворожил подсолнечные силы. Ты вскликнул: «Пушкин!» Вот он, светлый бог, Как радуга над нашим водоемом. Ты в черный час вместишься в малый вздох. Но Завтра — встанет! С молнией и громом!

Женщина с нами, когда мы рождаемся

Константин Бальмонт

Женщина — с нами, когда мы рождаемся, Женщина — с нами в последний наш час. Женщина — знамя, когда мы сражаемся, Женщина — радость раскрывшихся глаз. Первая наша влюбленность и счастье, В лучшем стремлении — первый привет. В битве за право — огонь соучастия, Женщина — музыка. Женщина — свет.

Благовест

Константин Бальмонт

Я ждал его с понятным нетерпеньем, Восторг святой в душе своей храня, И сквозь гармонию молитвенного пенья Он громом неба всколыхнул меня. Издревле благовест над Русскою землею Пророка голосом о небе нам вещал; Так солнца луч весеннею порою К расцвету путь природе освещал. К тебе, о Боже, к Твоему престолу, Где правда, Истина светлее наших слов, Я путь держу по Твоему глаголу, Что слышу я сквозь звон колоколов.

Старая песенка

Константин Бальмонт

— Mamma, mamma! perch’e lo dicesti? — Figlia, figlia! perch’e lo facesti? * Из неумирающих разговоров Жили в мире дочь и мать. «Где бы денег нам достать?» Говорила это дочь. А сама — темней, чем ночь. «Будь теперь я молода, Не спросила б я тогда. Я б сумела их достать…» Говорила это — мать. Так промолвила со зла. На минуту отошла. Но на целый вечер прочь, Прочь ушла куда-то дочь. «Дочка, дочка, — боже мой! — Что ты делаешь со мной?» Испугалась, плачет мать. Долго будет дочку ждать. Много времени прошло. Быстро ходит в мире Зло. Мать обмолвилась со зла. Дочь ей денег принесла. Помертвела, смотрит мать. «Хочешь деньги сосчитать?» — «Дочка, дочка, — боже мой! — Что ты сделала с собой?» «Ты сказала — я пошла». — «Я обмолвилась со зла». — «Ты обмолвилась, — а я Оступилась, мать моя».

Жизнь коротка и быстротечна

Константин Бальмонт

Жизнь коротка и быстротечна, И лишь литература вечна. Поэзия душа и вдохновенье, Для сердца сладкое томленье.

Норвежская девушка

Константин Бальмонт

Очи твои, голубые и чистые — Слиянье небесной лазури с изменчивым блеском волны; Пряди волос золотистые Нежнее, чем нить паутины в сиянье вечерней Луны. Вся ты — намек, вся ты — сказка прекрасная, Ты — отблеск зарницы, ты — отзвук загадочной песни без слов; Светлая, девственно-ясная, Вакханка с душою весталки, цветок под покровом снегов.

Нить Ариадны

Константин Бальмонт

Меж прошлым и будущим нить Я тку неустанной проворной рукою: Хочу для грядущих столетий покорно и честно служить Борьбой, и трудом, и тоскою,— Тоскою о том, чего нет, Что дремлет пока, как цветок под водою, О том, что когда-то проснется чрез многие тысячи лет, Чтоб вспыхнуть падучей звездою. Есть много не сказанных слов, И много созданий, не созданных ныне,— Их столько же, сколько песчинок среди бесконечных песков, В немой Аравийской пустыне.

Немолчные хвалы

Константин Бальмонт

Можно петь немолчные хвалы, Говоря всегда одно и то же. Я люблю провалы горной мглы, Где кричат голодные орлы, Узкий путь, что с каждым мигом строже — Выше, выше мчит узор скалы. Но на свете мне всего дороже — Радость вечно петь Тебе хвалы, Милосердный Боже!

Немая тень

Константин Бальмонт

Немая тень среди чужих теней, Я знал тебя, но ты не улыбалась, — И, стройная, едва-едва склонялась Под бременем навек ушедших дней, — Как лилия, смущённая волною, Склонённая над зеркалом реки, — Как лебедь, ослеплённый белизною И полный удивленья и тоски.

Небесная роса

Константин Бальмонт

День погас, и ночь пришла. В черной тьме душа светла. В смерти жизнь, и тает смерть. Неба гаснущая твердь Новой вспыхнула красой Там серебряной росой, В самой смерти жизнь любя, Ночь усыпала себя. Ходят Ангелы во мгле, Слезы счастья шлют земле, Славят светлого Творца, Любят, любят без конца.

Млечный Путь

Константин Бальмонт