Полярная звезда
Свой дикий чум среди снегов и льда Воздвигла Смерть. Над чумом — ночь полгода. И бледная Полярная Звезда Горит недвижно в бездне небосвода. Вглядись в туманный призрак. Это Смерть. Она сидит близ чума, устремила Незрячий взор в полуночную твердь — И навсегда Звезда над ней застыла.
Похожие по настроению
Северный марш
Андрей Белый
Ты горем убит, измучен страданьем — Медведица в небе горит бесстрастным сияньем. Вся жизнь — лишь обман, а в жизни мы гости… Метель набросает курган на старые кости. Снеговый шатер протянется скучно… На небе огнистый костер заблещет беззвучно. Алмазом сверкнет покров твой морозный. Медведь над могилой пройдет походкою грозной. Тоскующий вой в сугробах утонет. Под льдистой, холодной броней вдруг кто-то застонет.
О полярном покое (Говорит виолончель)
Андрей Белый
1 В хрустальные Дали, — — Где — — Ясным Стеклярусом — — Пересняли Блисталища: стаи пoляpныe Льдин — И — — Где — — Блеснью Янтарные Копья Заката — изжалили Слепшие Взоры — — В печальные Стали Буруна — — Отчалила шхуна. 2 И — — Парусом — — Красным, Как ясный рубин, — И — — Окрепшею Песней — — Под зорькой — — Отчалили — — В хлопья Тумана — — Поморы. 3 Заводит — — Разрывами Вод Свою песнь — — Ходит Водами, — — Носится — Горькое море! И — — Год Осиянный — — За годами Бросится Там — — Ураганами Менами, Брызгами Вод Разрывными — Слетит — — В коловорот Разливанный. 4 Ничто не изменится!.. Только — — Мятежится Море, Да тешится Кит — — Проливными Фонтанами — — Пенами, Взвизгами, Взрывами Вод — — В коловорот Разливанный… 5 И над каменным Кряжем — — Невнятными Майями Дальних Печальных Годин — Быстро выпала Ворохом Белого пепла Зима… И — — Окрепла Хрустальною пряжей Полярная тьма. И — Осыпала — — Пламенным Мороком — — Пятнами Спаянных льдин.
Полярные пылы (снеговая поэма)
Игорь Северянин
Влюбленная в Северный Полюс Норвегия В гордой застыла дремоте. Ленивые лоси! вы серебро-пегие, Ледяное пламя поймете… И там, где сливается с снегом медведица, Греза ее постоянна… Бледная в экстазе, сомнамбулой светится Так же? как д’Арк Иоанна. Не быть Северянке любовницей полюса: Полюс — бесплотен, как греза… Стремленья об иглы лесов укололися… Гаснет ее ариозо… Морей привидения — глыбы ледяные — Точат насмешливо лязги… И марева сыплют пророчества рдяные Волнам в сердитой припляске… Дух Полюса чутко тревожит элегия, — Она воплощается в ноте… И гордо вздыхая обманом, Норвегия Вновь застывает в дремоте.
Норд-ост
Иван Алексеевич Бунин
Норд-остом жгут пылающие зори. Острей горит Вечерняя звезда. Зелёное взволнованное море Ещё огромней, чем всегда.Закат в огне, звезда дрожит алмазом. Нет, рыбаки воротятся не все! Ледяно-белым, страшным глазом Маяк сверкает на косе.
Сириус
Иван Алексеевич Бунин
Где ты, звезда моя заветная, Венец небесной красоты? Очарованье безответное Снегов и лунной высоты? Где вы, скитания полночные В равнинах светлых и нагих, Надежды, думы непорочные Далеких юных лет моих? Пылай, играй стоцветной силою, Неугасимая звезда, Над дальнею моей могилою, Забытой богом навсегда!
На Дальнем Севере
Иван Алексеевич Бунин
Как небо скучно и уныло, Так сумрачно вдали, Как будто время здесь застыло, Как будто край земли. Как будто край земли.Густое чахлое полесье Стоит среди болот, А там — угрюмо в поднебесье Уходит сумрак вод.Уж ночь настала, но свинцовый Дневной не меркнет свет. Немая тишь в глуши сосновой, Ни звука в море нет.И звезды тускло, недвижимо Горят над головой, Как будто их зажег незримо Сам ангел гробовой.
На дальнем полюсе
Константин Бальмонт
На дальнем полюсе, где Солнце никогда Огнем своих лучей цветы не возрощает, Где в мертвом воздухе оплоты изо льда Безумная Луна, не грея, освещает, — В пределах Севера тоскует Океан Неумирающим бесцельным рокотаньем, И, точно вспугнутый, крутится ураган, И вдаль уносится со вздохом и с рыданьем. На дальнем полюсе, где жизнь и смерть — одно, Момент спокойствия пред вечером подкрался: — Все было ярким сном лучей озарено, И только Океан угрюмо волновался. Но вот застыл и он. Была ясна вода, Огнистая, она терялася в пространстве, И, как хрустальные немые города, Вздымались глыбы льдов — в нетронутом убранстве. И точно вопрошал пустынный мир: «За что?» И красота кругом бессмертная блистала, И этой красоты не увидал никто, Увы, она сама себя не увидала. И быстротечный миг был полон странных чар, — Полуугасший день обнялся с Океаном. Но жизни не было. И Солнца красный шар Тонул в бесстрастии, склоняясь к новым странам.
Полярная звезда
Константин Михайлович Симонов
Меня просил попутчик мой и друг, — А другу дважды не дают просить, — Не видя ваших милых глаз и рук, О вас стихи я должен сочинить. В зеленом азиатском городке, По слухам, вы сейчас влачите дни, Там, милый след оставив на песке, Проходят ваши легкие ступни. За друга легче женщину просить, Чем самому припасть к ее руке. Вы моего попутчика забыть Не смейте там, в зеленом городке. Он говорил мне, что давно, когда Еще он вами робко был любим, Взошедшая Полярная звезда Вам назначала час свиданья с ним. Чтоб с ним свести вас, нет сейчас чудес, На край земли нас бросила война, Но все горит звезда среди небес, Вам с двух сторон земли она видна. Она сейчас горит еще ясней, Попутчик мой для вас ее зажег, Пусть ваши взгляды сходятся на ней, На перекрестках двух земных дорог. Я верю вам, вы смотрите сейчас, Пока звезда горит — он будет жить, Пока с нее не сводите вы глаз, Ее никто не смеет погасить. Где юность наша? Где забытый дом? Где вы, чужая, нежная? Когда, Чтоб мертвых вспомнить, за одним столом Живых сведет Полярная звезда?
К полярной звезде
Владимир Бенедиктов
Небо полночное звезд мириадами Взорам бессонным блестит; Дивный венец его светит Плеядами, Альдебараном горит. Пышных тех звезд красоту лучезарную Бегло мой взор миновал, Все облетел, но, упав на Полярную, Вдруг, как прикованный, стал. Тихо горишь ты, дочь неба прелестная, После докучного дня; Томно и сладостно, дева небесная, Смотришь с высот на меня. Жителя севера ночь необъятная Топит в лукавую тьму: Ты безвосходная, ты беззакатная — Солнце ночное ему! В длинную ночь селянин озабоченной, Взоры стремя к высотам, Ждет, не пропустит поры обуроченной: Он наглядит ее там, Где Колесница небес безотъедная Искрой полярной блестит; Там в книге звездной пред ним семизвездная Времени буква стоит. Плаватель по морю бурному носится — Где бы маяк проблеснул? У моря жадного дна не допросится, Берег — давно потонул. Там его берег, где ты зажигаешься, Горний маяк для очес! Там его дно, где ты в небо впиваешься, Сребреный якорь небес! Вижу: светил хоровод обращается — Ты неподвижна одна. Лик неба синего чудно меняется — Ты неизменно верна. Не от того ли так сердцу мечтателя Мил твой таинственный луч? Молви, не ты ли в деснице создателя, Звездочка, вечности ключ?
Другие стихи этого автора
Всего: 263Вечер
Иван Алексеевич Бунин
О счастье мы всегда лишь вспоминаем. А счастье всюду. Может быть, оно — Вот этот сад осенний за сараем И чистый воздух, льющийся в окно. В бездонном небе легким белым краем Встает, сияет облако. Давно Слежу за ним… Мы мало видим, знаем, А счастье только знающим дано. Окно открыто. Пискнула и села На подоконник птичка. И от книг Усталый взгляд я отвожу на миг. День вечереет, небо опустело. Гул молотилки слышен на гумне… Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.
Розы
Иван Алексеевич Бунин
Блистая, облака лепились В лазури пламенного дня. Две розы под окном раскрылись — Две чаши, полные огня. В окно, в прохладный сумрак дома, Глядел зеленый знойный сад, И сена душная истома Струила сладкий аромат. Порою, звучный и тяжелый, Высоко в небе грохотал Громовый гул… Но пели пчелы, Звенели мухи — день сиял. Порою шумно пробегали Потоки ливней голубых… Но солнце и лазурь мигали В зеркально-зыбком блеске их — И день сиял, и млели розы, Головки томные клоня, И улыбалися сквозь слезы Очами, полными огня.
После половодья
Иван Алексеевич Бунин
Прошли дожди, апрель теплеет, Всю ночь — туман, а поутру Весенний воздух точно млеет И мягкой дымкою синеет В далеких просеках в бору. И тихо дремлет бор зеленый, И в серебре лесных озер Еще стройней его колонны, Еще свежее сосен кроны И нежных лиственниц узор!
Первый снег
Иван Алексеевич Бунин
Зимним холодом пахнуло На поля и на леса. Ярким пурпуром зажглися Пред закатом небеса. Ночью буря бушевала, А с рассветом на село, На пруды, на сад пустынный Первым снегом понесло. И сегодня над широкой Белой скатертью полей Мы простились с запоздалой Вереницею гусей.
Матери
Иван Алексеевич Бунин
Я помню спальню и лампадку. Игрушки, теплую кроватку И милый, кроткий голос твой: «Ангел-хранитель над тобой!» Бывало, раздевает няня И полушепотом бранит, А сладкий сон, глаза туманя, К ее плечу меня клонит. Ты перекрестишь, поцелуешь, Напомнишь мне, что он со мной, И верой в счастье очаруешь… Я помню, помню голос твой! Я помню ночь, тепло кроватки, Лампадку в сумраке угла И тени от цепей лампадки… Не ты ли ангелом была?
Осень
Иван Алексеевич Бунин
Осень. Чащи леса. Мох сухих болот. Озеро белесо. Бледен небосвод. Отцвели кувшинки, И шафран отцвел. Выбиты тропинки, Лес и пуст, и гол. Только ты красива, Хоть давно суха, В кочках у залива Старая ольха. Женственно глядишься В воду в полусне – И засеребришься Прежде всех к весне.
Шире, грудь, распахнись для принятия
Иван Алексеевич Бунин
Шире, грудь, распахнись для принятия Чувств весенних — минутных гостей! Ты раскрой мне, природа, объятия, Чтоб я слился с красою твоей! Ты, высокое небо, далекое, Беспредельный простор голубой! Ты, зеленое поле широкое! Только к вам я стремлюся душой!
Михаил
Иван Алексеевич Бунин
Архангел в сияющих латах И с красным мечом из огня Стоял на клубах синеватых И дивно глядел на меня. Порой в алтаре он скрывался, Светился на двери косой — И снова народу являлся, Большой, по колени босой. Ребенок, я думал о Боге, А видел лишь кудри до плеч, Да крупные бурые ноги, Да римские латы и меч… Дух гнева, возмездия, кары! Я помню тебя, Михаил, И храм этот, темный и старый, Где ты мое сердце пленил!
Вдоль этих плоских знойных берегов
Иван Алексеевич Бунин
Вдоль этих плоских знойных берегов Лежат пески, торчат кусты дзарига. И моря пышноцветное индиго Равниною глядит из-за песков.Нет даже чаек. Слабо проползает Шуршащий краб. Желтеют кости рыб. И берегов краснеющий изгиб В лиловых полутонах исчезает.
Дочь
Иван Алексеевич Бунин
Все снится: дочь есть у меня, И вот я, с нежностью, с тоской, Дождался радостного дня, Когда ее к венцу убрали, И сам, неловкою рукой, Поправил газ ее вуали. Глядеть на чистое чело, На робкий блеск невинных глаз Не по себе мне, тяжело. Но все ж бледнею я от счастья. Крестя ее в последний раз На это женское причастье. Что снится мне потом? Потом Она уж с ним, — как страшен он! – Потом мой опустевший дом – И чувством молодости странной. Как будто после похорон, Кончается мой сон туманный.
И снилося мне, что осенней порой
Иван Алексеевич Бунин
И снилось мне, что осенней порой В холодную ночь я вернулся домой. По тёмной дороге прошёл я один К знакомой усадьбе, к родному селу… Трещали обмёрзшие сучья лозин От бурного ветра на старом валу… Деревня спала… И со страхом, как вор, Вошёл я в пустынный, покинутый двор. И сжалось сердце от боли во мне, Когда я кругом поглядел при огне! Навис потолок, обвалились углы, Повсюду скрипят под ногами полы И пахнет печами… Заброшен, забыт, Навеки забыт он, родимый наш дом! Зачем же я здесь? Что осталось в нём, И если осталось — о чём говорит? И снилось мне, что всю ночь я ходил По саду, где ветер кружился и выл, Искал я отцом посажённую ель, Тех комнат искал, где сбиралась семья, Где мама качала мою колыбель И с нежною грустью ласкала меня, — С безумной тоскою кого-то я звал, И сад обнажённый гудел и стонал…
Жасмин
Иван Алексеевич Бунин
Цветет жасмин. Зеленой чащей Иду над Тереком с утра. Вдали, меж гор — простой, блестящий И четкий конус серебра. Река шумит, вся в искрах света, Жасмином пахнет жаркий лес. А там, вверху — зима и лето: Январский снег и синь небес. Лес замирает, млеет в зное, Но тем пышней цветет жасмин. В лазури яркой – неземное Великолепие вершин.