Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря…

Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря,
дорогой, уважаемый, милая, но не важно

даже кто, ибо черт лица, говоря
откровенно, не вспомнить уже, не ваш, но

и ничей верный друг вас приветствует с одного
из пяти континентов, держащегося на ковбоях.

Я любил тебя больше, чем ангелов и самого,
и поэтому дальше теперь

от тебя, чем от них обоих;
Поздно ночью, в уснувшей долине, на самом дне,

в городке, занесенном снегом по ручку двери,
извиваясь ночью на простыне —

как не сказано ниже, по крайней мере —
я взбиваю подушку мычащим «ты»,

за морями, которым конца и края,
в темноте всем телом твои черты,

как безумное зеркало, повторяя.