Поэза о сборке ландышей
Как бегали мы за ландышами Серебряными втроем: Две ласковые милые девушки, — Две фрейлины с королем! У вас были платья алые, Алые платья все. По колени юбки короткие, Босые ноги в росе. У вас были косы длинные, Спускавшиеся с висков На груди весенне-упругие, Похожие на голубков… У вас были лица смелые, Смеющиеся глаза, Узкие губы надменные, И в каждой внутри — гроза! У вас были фразы вздорные, Серебряные голоски, Движения вызывающие, И ландышевые венки! Все было вокруг зеленое, Все — золото, все бирюза! Были лишь платья алые, В которых цвела гроза. Я помню полоски узкие Меня обжигавших уст… Как чисто звенели ландыши, Запрятанные под куст. Как нежно слова эстийские Призывели над леском! Как быстро сменялись личики Перед моим лицом!.. Ах, это у моря Финского, От дома за десять верст, — Веселые сборы ландышей, С восхода до самых звезд! Ах, это в пресветлой Эстии, Где любит меня земля, Где две босоногие фрейлины, — Две фрейлины короля!
Похожие по настроению
Ландыши
Борис Леонидович Пастернак
С утра жара. Но отведи Кусты, и грузный полдень разом Всей массой хряснет позади, Обламываясь под алмазом.Он рухнет в ребрах и лучах, В разгранке зайчиков дрожащих, Как наземь с потного плеча Опущенный стекольный ящик.Укрывшись ночью навесной, Здесь белизна сурьмится углем. Непревзойденной новизной Весна здесь сказочна, как Углич.Жары нещадная резня Сюда не сунется с опушки. И вот ты входишь в березняк, Вы всматриваетесь друг в дружку.Но ты уже предупрежден. Вас кто-то наблюдает снизу: Сырой овраг сухим дождем Росистых ландышей унизан.Он отделился и привстал, Кистями капелек повисши, На палец, на два от листа, На полтора — от корневища.Шурша неслышно, как парча, Льнут лайкою его початки, Весь сумрак рощи сообща Их разбирает на перчатки.
Ландыши, ландыши, бедные цветы
Федор Сологуб
Ландыши, ландыши, бедные цветы! Благоухаете, связанные мне. Душу сжигаете в радостном огне. Ландыши, ландыши, милые цветы! Благословенные, белые мечты! Сказано светлое вами в тишине. Ландыши, ландыши, сладкие цветы! Благоухаете, связанные мне.
Ландыш пленительный
Федор Сологуб
Ты дорогой шла пустынной, Где в лесу синела мгла. Ландыш белый и невинный Ты зачем-то сорвала. И зачем его сжимала И над ним дышала ты, Я не понял, — разве мало Созерцанья красоты? Или в грудь свежее льётся Воздух, сквозь цветы струясь? Иль мечтою создаётся С зельем родственная связь? Нет, другое что-то было Для тебя в цветке твоём, И тебя к нему манило Что-то сладостное в нём. И в забвении суровом Я не знал, чем ландыш мил, И каким соблазном новым Он мечты твои пленил.
Эстляндская поэза
Игорь Северянин
Андрею Виноградову Распахните все рамы у меня на террасе, распахните все рамы — Истомило предгрозье. Я совсем задыхаюсь. Я совсем изнемог. Надоели мне лица. Надоели мне фразы. Надоели мне «драмы» Уходите подальше, не тревожьте. Все двери я запру на замок. Я весь день, и весь вечер просижу на террасе, созерцая то море, То особое море, нет которому равных во вселенной нигде. Помню Ялту и Дальний, и Баку с Таганрогом. На морях, — я не спорю. Но Балтийское море разве с теми сравнится при Полярной звезде?… Это море — снегурочка. Это море — трилистник. Это — вишен цветенье. Это призрак бесчертный. Эрик принц светлоокий. Это море Лилит. Ежецветно. Капризно. Несказанна больное. Всё порыв. Все — мгновенье. Все влеченье и зовы. Венценосная Сканда. Умоляя — велит. Оттого-то и дом мой — над отвесным обрывом любимого моря. Миновало предгрозье. Я дышу полной грудью. Отдыхаю. Живу. О, сказанья про Ингрид! О, Норвегии берег! О, эстляндские зори! Лишь в Эстляндии светлой мне дано вас увидеть наяву! наяву!
Тундровая пастэль
Игорь Северянин
Ландыши воздушные, реющие ландыши Вечером зимеющим льдяно зацвели… Выйди на поляны ты, сумраком полян дыши, Падающим ландышам таять повели! Ландыши небесные, вы всегда бесстебельны, Безуханно юные искорки луны… Лунное сияние — это точно в небе льны… Ленно лани льняные лунно влюблены… Сердце северянина, не люби лиан души!.. Кедров больше, лиственниц, хрупи, мги и пихт! Ландыши бесплотные, тающие ландыши, И у тундры клюквовой зубра сонный выход…
С утесов Эстии
Игорь Северянин
Риторнель1 Который день?… Не день, а третий год, — А через месяц — даже и четвертый, — Я в Эстии живу, как в норке крот. Головокружный берег моря крут, И море влажной сталью распростертой Ласкается к стране, где — мир и труд. Я шлю привет с эстийских берегов Тому, в ком обо мне воспоминанье, Как о ловце поэзожемчугов. Лишь стоило мне вспомнить жемчуга, В душе возникло звуков колыханье: Prelude Бизе, — иные берега…2 В мечтах плыву на красочный восток: Там, где Надир целует знойно Лейлу, Растет священный сказочный цветок. Он — мира мир, желанная мечта. И не она ль мою чарует Тойлу И оживляет здешние места? Но север мне и ближе, и родней: Здесь по ночам мне напевает Сканда. Люблю ее и счастлив только с ней! Пусть бьется мир, как некий Громобой, — Тиха моя тенистая веранда. О, Балтика! о, Сканда! я с тобой!3 По вечерам вернувшись в свой шатрок, — Я целый день обычно рыбу ужу, — Я говорю себе: исходит срок, Когда скажу я Эстии: «Прости, — Весенний луч высушивает лужу: Пора домой. Сестра моя, расти! Спасибо, благородная страна, Любимая и любящая братски, — В гостеприимстве ты была нежна…» До полночи я пью Creme de prunelles И, позабыв бич современья адский, Плести, как сеть, кончаю риторнель.
Ландыши
Константин Романов
Если ландыша листья средь жаркого лета Мне в тени попадутся лесной, Я не вижу на них благовонного цвета, Облетевшего ранней весной.Затаенною грустью и радостью ясной Сердце сладко заноет в груди: Много счастья изведано в жизни прекрасной, Мне не знать уж весны впереди.Пусть земле возвращает она ежегодно Белоснежного ландыша цвет,— Призрак старости манит рукою холодной: Юным дням повторения нет.Но не жаль мне покинуть земное жилище: Там, в неведомой сердцу дали Расцветают красы и светлее, и чище Милых ландышей бедной земли.
Ландыш, ландыш белоснежный…
Марина Ивановна Цветаева
Ландыш, ландыш белоснежный, Розан аленький! Каждый говорил ей нежно: «Моя маленькая!» — Ликом — чистая иконка, Пеньем — пеночка… — И качал ее тихонько На коленочках. Ходит вправо, ходит влево Божий маятник. И кончалось все припевом: «Моя маленькая!» Божьи думы нерушимы, Путь — указанный. Маленьким не быть большими, Вольным — связанными. И предстал — в кого не целят Девки — пальчиком: Божий ангел встал с постели — Вслед за мальчиком. — Будешь цвесть под райским древом, Розан аленький! — Так и кончилась с припевом: «Моя маленькая!»
Другие стихи этого автора
Всего: 1460К воскресенью
Игорь Северянин
Идут в Эстляндии бои, — Грохочут бешено снаряды, Проходят дикие отряды, Вторгаясь в грустные мои Мечты, вершащие обряды. От нескончаемой вражды Политиканствующих партий Я изнемог; ищу на карте Спокойный угол: лик Нужды Еще уродливей в азарте. Спаси меня, Великий Бог, От этих страшных потрясений, Чтоб в благостной весенней сени Я отдохнуть немного мог, Поверив в чудо воскресений. Воскресни в мире, тихий мир! Любовь к нему, в сердцах воскресни! Искусство, расцвети чудесней, Чем в дни былые! Ты, строй лир, Бряцай нам радостные песни!
Кавказская рондель
Игорь Северянин
Январский воздух на Кавказе Повеял северным апрелем. Моя любимая, разделим Свою любовь, как розы — в вазе… Ты чувствуешь, как в этой фразе Насыщены все звуки хмелем? Январский воздух на Кавказе Повеял северным апрелем.
Она, никем не заменимая
Игорь Северянин
Посв. Ф.М.Л. Она, никем не заменимая, Она, никем не превзойденная, Так неразлюбчиво-любимая, Так неразборчиво влюбленная, Она вся свежесть призаливная, Она, моряна с далей севера, Как диво истинное, дивная, Меня избрав, в меня поверила. И обязала необязанно Своею верою восторженной, Чтоб все душой ей было сказано, Отторгнувшею и отторженной. И оттого лишь к ней коронная Во мне любовь неопалимая, К ней, кто никем не превзойденная, К ней, кто никем не заменимая!
Январь
Игорь Северянин
Январь, старик в державном сане, Садится в ветровые сани, — И устремляется олень, Воздушней вальсовых касаний И упоительней, чем лень. Его разбег направлен к дебрям, Где режет он дорогу вепрям, Где глухо бродит пегий лось, Где быть поэту довелось… Чем выше кнут, — тем бег проворней, Тем бег резвее; все узорней Пушистых кружев серебро. А сколько визга, сколько скрипа! То дуб повалится, то липа — Как обнаженное ребро. Он любит, этот царь-гуляка, С душой надменного поляка, Разгульно-дикую езду… Пусть душу грех влечет к продаже: Всех разжигает старец, — даже Небес полярную звезду!
Странно
Игорь Северянин
Мы живём, точно в сне неразгаданном, На одной из удобных планет… Много есть, чего вовсе не надо нам, А того, что нам хочется, нет...
Поэза о солнце, в душе восходящем
Игорь Северянин
В моей душе восходит солнце, Гоня невзгодную зиму. В экстазе идолопоклонца Молюсь таланту своему.В его лучах легко и просто Вступаю в жизнь, как в листный сад. Я улыбаюсь, как подросток, Приемлю все, всему я рад.Ах, для меня, для беззаконца, Один действителен закон — В моей душе восходит солнце, И я лучиться обречен!
Горький
Игорь Северянин
Талант смеялся… Бирюзовый штиль, Сияющий прозрачностью зеркальной, Сменялся в нём вспенённостью сверкальной, Морской травой и солью пахнул стиль.Сласть слёз солёных знала Изергиль, И сладость волн солёных впита Мальвой. Под каждой кофточкой, под каждой тальмой — Цветов сердец зиждительная пыль.Всю жизнь ничьих сокровищ не наследник, Живописал высокий исповедник Души, смотря на мир не свысока.Прислушайтесь: в Сорренто, как на Капри, Ещё хрустальные сочатся капли Ключистого таланта босяка.
Деревня спит. Оснеженные крыши
Игорь Северянин
Деревня спит. Оснеженные крыши — Развёрнутые флаги перемирья. Всё тихо так, что быть не может тише.В сухих кустах рисуется сатирья Угрозья головы. Блестят полозья Вверх перевёрнутых саней. В надмирьеЛетит душа. Исполнен ум безгрезья.
Не более, чем сон
Игорь Северянин
Мне удивительный вчера приснился сон: Я ехал с девушкой, стихи читавшей Блока. Лошадка тихо шла. Шуршало колесо. И слёзы капали. И вился русый локон. И больше ничего мой сон не содержал... Но, потрясённый им, взволнованный глубоко, Весь день я думаю, встревоженно дрожа, О странной девушке, не позабывшей Блока...
Поэза сострадания
Игорь Северянин
Жалейте каждого больного Всем сердцем, всей своей душой, И не считайте за чужого, Какой бы ни был он чужой. Пусть к вам потянется калека, Как к доброй матери — дитя; Пусть в человеке человека Увидит, сердцем к вам летя. И, обнадежив безнадежность, Все возлюбя и все простив, Такую проявите нежность, Чтоб умирающий стал жив! И будет радостна вам снова Вся эта грустная земля… Жалейте каждого больного, Ему сочувственно внемля.
Nocturne (Струи лунные)
Игорь Северянин
Струи лунные, Среброструнные, Поэтичные, Грустью нежные, — Словно сказка вы Льётесь, ласковы, Мелодичные Безмятежные.Бледно-палевы, Вдруг упали вы С неба синего; Льётесь струями Со святынь его Поцелуями. Скорбь сияния… Свет страдания…Лейтесь, вечные, Бесприютные — Как сердечные Слезы жаркие!.. Вы, бескровные, Лейтесь ровные, — Счастьем мутные, Горем яркие…
На смерть Блока
Игорь Северянин
Мгновенья высокой красы! — Совсем незнакомый, чужой, В одиннадцатом году, Прислал мне «Ночные часы». Я надпись его приведу: «Поэту с открытой душой». Десятый кончается год С тех пор. Мы не сблизились с ним. Встречаясь, друг к другу не шли: Не стужа ль безгранных высот Смущала поэта земли?.. Но дух его свято храним Раздвоенным духом моим. Теперь пережить мне дано Кончину еще одного Собрата-гиганта. О, Русь Согбенная! горбь, еще горбь Болящую спину. Кого Теряешь ты ныне? Боюсь, Не слишком ли многое? Но Удел твой — победная скорбь. Пусть варваром Запад зовет Ему непосильный Восток! Пусть смотрит с презреньем в лорнет На русскую душу: глубок Страданьем очищенный взлет, Какого у Запада нет. Вселенную, знайте, спасет Наш варварский русский Восток!