Опять заря горит светла
Опять заря горит светла Всех зорь чудесней, Опять гудят колокола Весенней песней…О, Пасха красная, твой звон Так сердцу сладок, Несет нам разрешенье он Всех, всех загадок!..И утоленье скорби, бед, Земных печалей: Мы видим незакатный свет Янтарных далей.О, час, едва пропет тропарь Христос Воскресе. И радостью полны, как встарь, Леса и веси.О, час, когда чужой дарит Лобзанья встречным, Он наши души озарит Сияньем, вечным.А поутру как сладко встать В пасхальном свете, И радостью затрепетать Светло, как дети.Весна и солнце — даль светла, Прошло ненастье. Пасхальные колокола Поют о счастье.Земля и небо, водоем, Леса и веси, И люди — вместе все поем: Христос Воскресе!
Похожие по настроению
Как солнце блещет ярко
Алексей Николаевич Плещеев
Как солнце блещет ярко, Как неба глубь светла, Как весело и громко Гудят колокола. Немолчно в Божьих храмах Поют «Христос Воскресе!» И звуки дивной песни Доходят до небес.
Дочь Иаира
Иннокентий Анненский
Слабы травы, белы плиты, И звонит победно медь: "Голубые льды разбиты, И они должны сгореть!" Точно кружит солнце, зимний Долгий плен свой позабыв; Только мне в пасхальном гимне Смерти слышится призыв. Ведь под снегом сердце билось, Там тянулась жизни нить: Ту алмазную застылость Надо было разбудить... Для чего ж с контуров нежной, Непорочной красоты Грубо сорван саван снежный, Жечь зачем ее цветы? Для чего так сине пламя, Раскаленность так бела, И, гудя, с колоколами Слили звон колокола? Тот, грехи подъявший мира, Осушивший реки слез, Так ли дочерь Иаира Поднял некогда Христос? Не мигнул фитиль горящий, Не зазыбил ветер ткань... Подошел Спаситель к спящей И сказал ей тихо: "Встань".
Воскресение
Иван Коневской
Небо, земля… что за чудные звуки! Пестрая ткань этой жизни людской! Радостно к вам простираю я руки: Я пробужден от спячки глухой. Чувства свежи, обаятельны снова, Крепок и стоек мой ум. Властно замкну я в жемчужины слова Смутные шорохи дум. Сон летаргический, душный и мрачный, О, неужель тебя я стряхнул? Глаз мой прозревший, глаз мой прозрачный, Ясно на Божий мир ты взглянул! Раньше смотрел он сквозь дымку тумана — Нынче он празднует свет. Ах, только б не было в этом обмана, Бледного отблеска солнечных лет… В сторону — чахлые мысли такие! Страстно я в новую жизнь окунусь. Хлещут кругом меня волны мирские, И увлекают в просторы морские: В пристань век не вернусь!..
Весна
Кондратий Рылеев
Приветствую тебя, зеленый луг широкий! И с гор резвящийся, гремящий ручеек, И тень роскошная душистых лип высоких, И первенца весны приветный голосок! Холмы, покрытые муравкой молодою, Юнеют красотой цветочков голубых; И резвы мотыльки, собравшися толпою, Порхают в воздухе на крыльях золотых. Уж нежная свирель приятно раздается В кустах бродящего со стадом пастушка; Порою аромат с прохладою несется От белых ландышей на крыльях ветерка, Всё дышит негою, всё торжеством блистает, Всё обновляется для жизни молодой, И сердце как бы вновь для счастья расцветает, Любуяся весны улыбкой золотой! Душа волнуема восторгом удивленья! Природа пышная младой красе твоей Спешит восторженна!.. и ищет разделенья, Спешит излить восторг в сердца своих друзей! Как сладко с милыми от сердца поделяться Улыбкой тихою и томною слезой, И с ними вечерком природой любоваться, Гуляя по лугам роскошною весной!!!
Весна
Константин Аксаков
Краснеет лес, темнеют степи, Весенний ветер потянул… И тают ледяные цепи, Везде движение и гул.Отрадно мягок воздух; птица Напев тревожный свой ведет; Надеждою сияют лица: Зима прошла, весна идет.Весна идет! Но сласть не скоро Зима свою уступит ей, И силой грозного отпора Не раз смутит сердца людей.Вдруг ветер с севера завоет, Метель с морозом налетит, И снова землю снег покроет… Опять зимы суровый вид!Но этот снег не страшен, — даром Что вид зимы с собой несет. «То новый снег идет за старым», — Премудро говорит народ.Не устрашат нас ни морозы, Ни снег весеннею порой. Простим бессильные угрозы Зиме, идущей на покой!
У двух проталин
Михаил Зенкевич
Пасхальной ночью у двух проталин Два трупа очнулись и тихо привстали. Двое убитых зимою в боях, Двое отрытых весною в снегах. И долго молчали и слушали оба В тревожной печали остывшей злобы. Christ ist erstanden! — сказал один, Поняв неустанный шорох льдин. Христос воскресе! — другой ответил, Почуяв над лесом апрельский ветер. И как под обстрелом за огоньком, Друг к другy несмело пробрались ползком, И троекратно облобызались, И невозвратно с весною расстались, И вновь онемело, как трупы, легли На талое тело воскресшей земли… Металлом визжало, взметалось пламя: Живые сражались, чтоб стать мертвецами. «Христос воскрес!» (нем.).
Красная песня
Николай Клюев
Распахнитесь, орлиные крылья, Бей, набат, и гремите, грома,— Оборвалися цепи насилья, И разрушена жизни тюрьма! Широки черноморские степи, Буйна Волга, Урал златоруд,— Сгинь, кровавая плаха и цепи, Каземат и неправедный суд! За Землю, за Волю, за Хлеб трудовой Идем мы на битву с врагами,— Довольно им властвовать нами! На бой, на бой! Пролетела над Русью жар-птица, Ярый гнев зажигая в груди… Богородица наша Землица,— Вольный хлеб мужику уроди! Сбылись думы и давние слухи,— Пробудился народ-Святогор; Будет мед на домашней краюхе, И на скатерти ярок узор. За Землю, за Волю, за Хлеб трудовой Идем мы на битву с врагами,— Довольно им властвовать нами! На бой, на бой! Хлеб да соль, Костромич и Волынец, Олончанин, Москвич, Сибиряк! Наша Волюшка — божий гостинец — Человечеству светлый маяк! От Байкала до теплого Крыма Расплеснется ржаной океан… Ослепительней риз серафима Заревой Святогоров кафтан. За Землю, за Волю, за Хлеб трудовой Идем мы на битву с врагами,— Довольно им властвовать нами! На бой, на бой! Ставьте ж свечи мужицкому Спасу! Знанье — брат и Наука — сестра, Лик пшеничный, с брадой солнцевласой — Воплощенье любви и добра! Оку Спасову сумрак несносен, Ненавистен телец золотой; Китеж-град, ладан Саровских сосен — Вот наш рай вожделенный, родной. За Землю, за Волю, за Хлеб трудовой Идем мы на битву с врагами,— Довольно им властвовать нами! На бой, на бой! Верьте ж, братья, за черным ненастьем Блещет солнце — господне окно; Чашу с кровью — всемирным причастьем Нам испить до конца суждено. За Землю, за Волю, за Хлеб трудовой Идем мы на битву с врагами,— Довольно им властвовать нами! На бой, на бой!
Накануне светлого праздника
Николай Алексеевич Некрасов
B]1[/B] Я ехал к Ростову Высоким холмом, Лесок малорослый Тянулся на нем; Береза, осина, Да ель, да сосна; А слева — долина, Как скатерть ровна. Пестрел деревнями, Дорогами дол, Он все понижался И к озеру шел, Ни озера, дети Забыть не могу, Ни церкви на самом Его берегу: Тут чудо картину Я видел тогда! Ее вспоминаю Охотно всегда… [BR2/B] Начну по порядку: Я ехал весной, В страстную субботу, Пред самой Святой. Домой поспешая С тяжелых работ, С утра мне встречался Рабочий народ; Скучая смертельно, Решал я вопрос: Кто плотник, кто слесарь, Маляр, водовоз! Нетрудное дело! Идут кузнецы — Кто их не узнает? Они молодцы И петь, и ругаться, Да — день не такой! Идет кривоногий Гуляка-портной: В одном сертучишке, Фуражка как блин, — Гармония, трубка, Утюг и аршин! Смотрите — красильщик! Узнаешь сейчас: Нос выпачкан охрой И суриком глаз; Он кисти и краски Несет за плечом, И словно ландкарта Передник на нем. Вот пильщики: сайку Угрюмо жуют И словно солдаты Все в ногу идут, А пилы стальные У добрых ребят, Как рыбы живые, На плечах дрожат! Я доброго всем им Желаю пути; В родные деревни Скорее прийти, Омыть с себя копоть И пот трудовой И встретить Святую С веселой душой… [BR3[/B] Стемнело. Болтая С моим ямщиком, Я ехал все тем же Высоким холмом, Взглянул на долину, Что к озеру шла, И вижу — долина Моя ожила: На каждой тропинке, Ведущей к селу, Толпы появились; Вечернюю мглу Огни озарили Куда-то идет С пучками горящей Соломы народ. Куда? Я подумать О том не успел, Как колокол громко Ответ прогудел! У озера ярко Горели костры, — Туда направлялись, Нарядны, пестры, При свете горящей соломы, — толпы… У божьего храма Сходились тропы, — Народная масса Сдвигалась, росла. Чудесная, дети, Картина была!..
Развесенье
Василий Каменский
Развеснились весны ясные На весенних весенях — Взголубились крылья майные Заискрились мысли тайные Загорелись незагасные На росистых зеленях. Зазвенело сердце зовами Поцелуями бирюзовыми — Пролегла дорога дальняя Лучистая Пречистая. Стая Хрустальных ангелов Пронеслась в вышине. Уронила Весточку-веточку Мне.
7 апреля 1857
Владимир Бенедиктов
Христос воскрес! Воскресни ж все — и мысль и чувство! Воспрянь, наука! Встань, искусство! Возобновись, талант словес! Христос воскрес Возобновись! Воскресни, Русь, в обнове силы! Проснись, восстань из недр могилы1 Возникни, свет! Дел славных высь, Возобновись! Возникни, свет! Христос во гробе был трехдневен; Ты ж, Русь… Творец к тебе был гневен; Была мертва ты тридцать лет, Возникни, свет! Была мертва! На высоте, обрызган кровью, Стоял твой крест. Еще любовью Дышала ты, но голова Была мертва. Дышала ты, — И враг пришел, и в бранном зное Он между ребр твоих стальное Вонзил копье, но с высоты Дышала ты. Вонзил копье — И се: из ребр твоих, родная, Изыде кровь с водой Дуная И враг ушел, в тебя свое Вонзив копье. И враг ушел! Воскресла б ты, но, козни сея, Тебя жмет нечисть фарисея, Чтоб новый день твой не взошел, А враг ушел. Твой новый день Взойдет — и зря конец мытарствам, Ты станешь новым, дивным царством. Идет заря. Уж сдвинул тень Твой новый день. Идет заря. Не стало тяжкого молчанья; Кипят благие начинанья, И на тебя с чела царя Идет заря. И се — тебя Не как Иуда я целую, Но как разбойник одесную; ‘Христос воскрес’ — кричу, любя, О, Русь, тебя. Христос воскрес! И ты, земля моя, воскресни, Гремите, лиры! Пойтесь, песни! Отчизна! Встань на клик небес! Христос воскрес!
Другие стихи этого автора
Всего: 614Как древняя ликующая слава
Георгий Иванов
Как древняя ликующая слава, Плывут и пламенеют облака, И ангел с крепости Петра и Павла Глядит сквозь них — в грядущие века.Но ясен взор — и неизвестно, что там — Какие сны, закаты города — На смену этим блеклым позолотам — Какая ночь настанет навсегда?
Я тебя не вспоминаю
Георгий Иванов
Я тебя не вспоминаю, Для чего мне вспоминать? Это только то, что знаю, Только то, что можно знать. Край земли. Полоска дыма Тянет в небо, не спеша. Одинока, нелюдима Вьется ласточкой душа. Край земли. За синим краем Вечности пустая гладь. То, чего мы не узнаем, То, чего не нужно знать. Если я скажу, что знаю, Ты поверишь. Я солгу. Я тебя не вспоминаю, Не хочу и не могу. Но люблю тебя, как прежде, Может быть, еще нежней, Бессердечней, безнадежней В пустоте, в тумане дней.
Я не любим никем
Георгий Иванов
Я не любим никем! Пустая осень! Нагие ветки средь лимонной мглы; А за киотом дряхлые колосья Висят, пропылены и тяжелы. Я ненавижу полумглу сырую Осенних чувств и бред гоню, как сон. Я щеточкою ногти полирую И слушаю старинный полифон. Фальшивит нежно музыка глухая О счастии несбыточных людей У озера, где, вод не колыхая, Скользят стада бездушных лебедей.
Я научился
Георгий Иванов
Я научился понемногу Шагать со всеми — рядом, в ногу. По пустякам не волноваться И правилам повиноваться.Встают — встаю. Садятся — сяду. Стозначный помню номер свой. Лояльно благодарен Аду За звёздный кров над головой.
Я люблю эти снежные горы
Георгий Иванов
Я люблю эти снежные горы На краю мировой пустоты. Я люблю эти синие взоры, Где, как свет, отражаешься ты. Но в бессмысленной этой отчизне Я понять ничего не могу. Только призраки молят о жизни; Только розы цветут на снегу, Только линия вьется кривая, Торжествуя над снежно-прямой, И шумит чепуха мировая, Ударяясь в гранит мировой.
Я в жаркий полдень разлюбил
Георгий Иванов
Я в жаркий полдень разлюбил Природы сонной колыханье, И ветра знойное дыханье, И моря равнодушный пыл. Вступив на берег меловой, Рыбак бросает невод свой, Кирпичной, крепкою ладонью Пот отирает трудовой. Но взору, что зеленых глыб Отливам медным внемлет праздно, Природа юга безобразна, Как одурь этих сонных рыб. Прибоя белая черта, Шар низкорослого куста, В ведре с дымящейся водою Последний, слабый всплеск хвоста!.. Ночь! Скоро ли поглотит мир Твоя бессонная утроба? Но длится полдень, зреет злоба, И ослепителен эфир.
Цвета луны и вянущей малины
Георгий Иванов
Цвета луны и вянущей малины — Твои, закат и тление — твои, Тревожит ветр пустынные долины, И, замерзая, пенятся ручьи. И лишь порой, звеня колокольцами, Продребезжит зеленая дуга. И лишь порой за дальними стволами Собачий лай, охотничьи рога. И снова тишь… Печально и жестоко Безмолвствует холодная заря. И в воздухе разносится широко Мертвящее дыханье октября.
Эмалевый крестик в петлице
Георгий Иванов
Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно. Какие прекрасные лица И как безнадежно бледны — Наследник, императрица, Четыре великих княжны…
В широких окнах сельский вид
Георгий Иванов
В широких окнах сельский вид, У синих стен простые кресла, И пол некрашеный скрипит, И радость тихая воскресла. Вновь одиночество со мной… Поэзии раскрылись соты, Пленяют милой стариной Потертой кожи переплеты. Шагаю тихо взад, вперед, Гляжу на светлый луч заката. Мне улыбается Эрот С фарфорового циферблата. Струится сумрак голубой, И наступает вечер длинный: Тускнеет Наварринский бой На литографии старинной. Легки оковы бытия… Так, не томясь и не скучая, Всю жизнь свою провёл бы я За Пушкиным и чашкой чая.
Хорошо, что нет Царя
Георгий Иванов
Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет. Только желтая заря, Только звезды ледяные, Только миллионы лет. Хорошо — что никого, Хорошо — что ничего, Так черно и так мертво, Что мертвее быть не может И чернее не бывать, Что никто нам не поможет И не надо помогать.
Последний поцелуй холодных губ
Георгий Иванов
Уже бежит полночная прохлада, И первый луч затрепетал в листах, И месяца погасшая лампада Дымится, пропадая в облаках.Рассветный час! Урочный час разлуки! Шумит влюбленных приютивший дуб, Последний раз соединились руки, Последний поцелуй холодных губ.Да! Хороши классические зори, Когда валы на мрамор ступеней Бросает взволновавшееся море И чайки вьются и дышать вольней!Но я люблю лучи иной Авроры, Которой расцветать не суждено: Туманный луч, позолотивший горы, И дальний вид в широкое окно.Дымится роща от дождя сырая, На кровле мельницы кричит петух, И, жалобно на дудочке играя, Бредет за стадом маленький пастух.
Увяданьем еле тронут
Георгий Иванов
Увяданьем еле тронут Мир печальный и прекрасный, Паруса плывут и тонут, Голоса зовут и гаснут. Как звезда — фонарь качает. Без следа — в туман разлуки. Навсегда?— не отвечает, Лишь протягивает руки — Ближе к снегу, к белой пене, Ближе к звездам, ближе к дому… …И растут ночные тени, И скользят ночные тени По лицу уже чужому.