Никакого мне не нужно рая
Никакого мне не нужно рая, Никакая не страшна гроза— Волосы твои перебирая, Все глядел бы в милые глаза. Как в источник сладостный, в котором Путник наклонившийся страдой, Видит с облаками и простором Небо, отраженное водой.
Похожие по настроению
Я воскресенья не хочу
Федор Сологуб
Я воскресенья не хочу, И мне совсем не надо рая, — Не опечалюсь, умирая, И никуда я не взлечу. Я погашу мои светила, Я затворю уста мои, И в несказанном бытии Навек забуду всё, что было.
К Н.
Федор Иванович Тютчев
Твой милый взор, невинной страсти полной — Златой рассвет небесных чувств твоих Не мог, увы! умилостивить их — Он служит им укорою безмолвной. Сии сердца, в которых правды нет, Они, о друг, бегут как приговора, Твоей любви младенческого взора, Он страшен им, как память детских лет. Но для меня сей взор благодеянье, Как жизни ключ — в душевной глубине Твой взор живет и будет жить во мне, Он нужен ей, как небо и дыханье. Таков горе? — духов блаженных свет, Лишь в небесах сияет он, небесный; В ночи греха, на дне ужасной бездны, Сей чистый огнь, как пламень адский, жжет.
Не верю раю, верю аду
Георгий Иванов
Не верю раю, верю аду, Счет потеряв своим заботам. Но вот — читаю Илиаду, Как ходят в баню по субботам.И, точно гимны на рояли, Гекзаметры перебираю: Раз так писали — не гуляли, — Не верю аду, верю раю.
В осенокошенном июле
Игорь Северянин
Июль блестяще осенокошен. Ах, он уходит! держи! держи! Лежу на шёлке зелёном пашен, Вокруг — блондинки, косички ржи.О, небо, небо! твой путь воздушен! О, поле, поле! ты — грёзы верфь! Я онебесен! Я онездешен! И Бог мне равен, и равен червь!
Не сумерек боюсь, такого света
Илья Эренбург
Не сумерек боюсь — такого света, Что вся земля — одно дыханье мирт, Что даже камень Ветхого Завета Лишь золотой и трепетный эфир. Любви избыток, и не ты, а Диво: Белы глазницы, плоть отлучена. Средь пирных вскриков и трещанья иволг Внезапная чужая тишина. Что седина? Я знаю полдень смерти — Звонарь блаженный звоном изойдет, Не раскачнув земли глухого сердца, И виночерпий чаши не дольет. Молю,— о Ненависть, пребудь на страже! Среди камней и рубенсовских тел, Пошли и мне неслыханную тяжесть, Чтоб я второй земли не захотел.
П. А. Г.
Иван Мятлев
Залетное, небесное виденье, Дай весточку о родине твоей! Надолго ль ты рассталось с ней, Твое надолго ль посещенье? От сердца горе отлегло, Я вдруг помолодел душою, Мне стало так легко, светло, Когда я встретился с тобою. Скажи, там, в синих небесах, Знакома ль ты с моей звездою? Она в сияющих звездах Светлее всех — сходна с тобою! Как ты среди земных утех, Среди пиров земного мира Светлей, видней, милее всех,— Так и она среди эфира! Как ты, чудесно хороша Моя звезда, одно с тобою; Вся заливается душа При вас любовью и тоскою. Как стану я на вас смотреть, Мой взор не может отделиться, И плакать хочется, и петь, И богу хочется молиться. Твой взгляд, как дивный с неба луч, Вливает в душу упоенье, Среди туманных жизни туч Мне говорит, как откровенье. Как шестикрылый серафим, Как непорочный житель рая, Ты улыбаешься моим Стихам, бессмыслицам внимая. Я позабыл про небеса, Уж в них очей не устремляю, Твоя мне светит здесь краса, И бога я благословляю! Но отчего ж пленился я Так страстно, светлый небожитель, Скажи, не ты ль звезда моя, Не ты ли ангел мой хранитель?
Рай
Николай Степанович Гумилев
Апостол Петр, бери свои ключи, Достойный рая в дверь его стучит.Коллоквиум с отцами церкви там Покажет, что я в догматах был прям.Георгий пусть поведает о том, Как в дни войны сражался я с врагом.Святой Антоний может подтвердить, Что плоти я никак не мог смирить.Но и святой Цецилии уста Прошепчут, что душа моя чиста.Мне часто снились райские сады, Среди ветвей румяные плоды,Лучи и ангельские голоса, В немировой природы чудеса.И знаешь ты, что утренние сны Как предзнаменованья нам даны.Апостол Петр, ведь если я уйду Отвергнутым, что делать мне в аду?Моя любовь растопит адский лёд, И адский огнь слеза моя зальет.Перед тобою темный серафим Появится ходатаем моим.Не медли более, бери ключи, Достойный рая в дверь его стучит.
Я гляжу на ворох желтых листьев
София Парнок
Я гляжу на ворох желтых листьев… Вот и вся тут, золота казна! На богатство глаз мой не завистлив,- богатей, кто не боится зла. Я последнюю игру играю, я не знаю, что во сне, что наяву, и в шестнадцатиаршинном рае на большом привольи я живу. Где еще закат так безнадежен? Где еще так упоителен закат?.. Я счастливей, брат мой зарубежный, я тебя счастливей, блудный брат! Я не верю, что за той межою вольный воздух, райское житье: за морем веселье, да чужое, а у нас и горе, да свое.
Рай
Василий Андреевич Жуковский
Есть старинное преданье, Что навеки рай земной Загражден нам в наказанье Непреклонною судьбой; Что дверей его хранитель — Ангел с пламенным мечом; Что путей в сию обитель Никогда мы не найдем. Нет, друзья! вы в заблужденье! Есть на свете Божий рай! Есть! и любит Провиденье Сей подобный небу край! Там невидим грозный мститель — Ангел с пламенным мечом, Там трех ангелов обитель, Данных миру божеством! Не страшит, но привлекает Их понятный сердцу взор! Сколь улыбка их пылает! Сколь их сладок разговор! В их приюте неизвестно — Что порок, что суета! Непорочностью небесной Их прекрасна красота! Ты, который здесь уныло Совершаешь путь земной, К ним приди — их образ милый Примирит тебя с судьбой. Ах! друзья, кто здесь их знает, Кто им жертвует душой, Тот отдать не пожелает За небесный рай — земной!
Нет вопросов давно, и не нужно речей
Владимир Соловьев
Нет вопросов давно, и не нужно речей, Я стремлюся к тебе, словно к морю ручей, Без сомнений и дум милый образ ловлю, Знаю только одно — что безумно люблю.В алом блеске зари я тебя узнаю, Вижу в свете небес я улыбку твою, А когда без тебя суждено умереть, Буду яркой звездой над тобою гореть.
Другие стихи этого автора
Всего: 614Как древняя ликующая слава
Георгий Иванов
Как древняя ликующая слава, Плывут и пламенеют облака, И ангел с крепости Петра и Павла Глядит сквозь них — в грядущие века.Но ясен взор — и неизвестно, что там — Какие сны, закаты города — На смену этим блеклым позолотам — Какая ночь настанет навсегда?
Я тебя не вспоминаю
Георгий Иванов
Я тебя не вспоминаю, Для чего мне вспоминать? Это только то, что знаю, Только то, что можно знать. Край земли. Полоска дыма Тянет в небо, не спеша. Одинока, нелюдима Вьется ласточкой душа. Край земли. За синим краем Вечности пустая гладь. То, чего мы не узнаем, То, чего не нужно знать. Если я скажу, что знаю, Ты поверишь. Я солгу. Я тебя не вспоминаю, Не хочу и не могу. Но люблю тебя, как прежде, Может быть, еще нежней, Бессердечней, безнадежней В пустоте, в тумане дней.
Я не любим никем
Георгий Иванов
Я не любим никем! Пустая осень! Нагие ветки средь лимонной мглы; А за киотом дряхлые колосья Висят, пропылены и тяжелы. Я ненавижу полумглу сырую Осенних чувств и бред гоню, как сон. Я щеточкою ногти полирую И слушаю старинный полифон. Фальшивит нежно музыка глухая О счастии несбыточных людей У озера, где, вод не колыхая, Скользят стада бездушных лебедей.
Я научился
Георгий Иванов
Я научился понемногу Шагать со всеми — рядом, в ногу. По пустякам не волноваться И правилам повиноваться.Встают — встаю. Садятся — сяду. Стозначный помню номер свой. Лояльно благодарен Аду За звёздный кров над головой.
Я люблю эти снежные горы
Георгий Иванов
Я люблю эти снежные горы На краю мировой пустоты. Я люблю эти синие взоры, Где, как свет, отражаешься ты. Но в бессмысленной этой отчизне Я понять ничего не могу. Только призраки молят о жизни; Только розы цветут на снегу, Только линия вьется кривая, Торжествуя над снежно-прямой, И шумит чепуха мировая, Ударяясь в гранит мировой.
Я в жаркий полдень разлюбил
Георгий Иванов
Я в жаркий полдень разлюбил Природы сонной колыханье, И ветра знойное дыханье, И моря равнодушный пыл. Вступив на берег меловой, Рыбак бросает невод свой, Кирпичной, крепкою ладонью Пот отирает трудовой. Но взору, что зеленых глыб Отливам медным внемлет праздно, Природа юга безобразна, Как одурь этих сонных рыб. Прибоя белая черта, Шар низкорослого куста, В ведре с дымящейся водою Последний, слабый всплеск хвоста!.. Ночь! Скоро ли поглотит мир Твоя бессонная утроба? Но длится полдень, зреет злоба, И ослепителен эфир.
Цвета луны и вянущей малины
Георгий Иванов
Цвета луны и вянущей малины — Твои, закат и тление — твои, Тревожит ветр пустынные долины, И, замерзая, пенятся ручьи. И лишь порой, звеня колокольцами, Продребезжит зеленая дуга. И лишь порой за дальними стволами Собачий лай, охотничьи рога. И снова тишь… Печально и жестоко Безмолвствует холодная заря. И в воздухе разносится широко Мертвящее дыханье октября.
Эмалевый крестик в петлице
Георгий Иванов
Эмалевый крестик в петлице И серой тужурки сукно… Какие печальные лица И как это было давно. Какие прекрасные лица И как безнадежно бледны — Наследник, императрица, Четыре великих княжны…
В широких окнах сельский вид
Георгий Иванов
В широких окнах сельский вид, У синих стен простые кресла, И пол некрашеный скрипит, И радость тихая воскресла. Вновь одиночество со мной… Поэзии раскрылись соты, Пленяют милой стариной Потертой кожи переплеты. Шагаю тихо взад, вперед, Гляжу на светлый луч заката. Мне улыбается Эрот С фарфорового циферблата. Струится сумрак голубой, И наступает вечер длинный: Тускнеет Наварринский бой На литографии старинной. Легки оковы бытия… Так, не томясь и не скучая, Всю жизнь свою провёл бы я За Пушкиным и чашкой чая.
Хорошо, что нет Царя
Георгий Иванов
Хорошо, что нет Царя. Хорошо, что нет России. Хорошо, что Бога нет. Только желтая заря, Только звезды ледяные, Только миллионы лет. Хорошо — что никого, Хорошо — что ничего, Так черно и так мертво, Что мертвее быть не может И чернее не бывать, Что никто нам не поможет И не надо помогать.
Последний поцелуй холодных губ
Георгий Иванов
Уже бежит полночная прохлада, И первый луч затрепетал в листах, И месяца погасшая лампада Дымится, пропадая в облаках.Рассветный час! Урочный час разлуки! Шумит влюбленных приютивший дуб, Последний раз соединились руки, Последний поцелуй холодных губ.Да! Хороши классические зори, Когда валы на мрамор ступеней Бросает взволновавшееся море И чайки вьются и дышать вольней!Но я люблю лучи иной Авроры, Которой расцветать не суждено: Туманный луч, позолотивший горы, И дальний вид в широкое окно.Дымится роща от дождя сырая, На кровле мельницы кричит петух, И, жалобно на дудочке играя, Бредет за стадом маленький пастух.
Увяданьем еле тронут
Георгий Иванов
Увяданьем еле тронут Мир печальный и прекрасный, Паруса плывут и тонут, Голоса зовут и гаснут. Как звезда — фонарь качает. Без следа — в туман разлуки. Навсегда?— не отвечает, Лишь протягивает руки — Ближе к снегу, к белой пене, Ближе к звездам, ближе к дому… …И растут ночные тени, И скользят ночные тени По лицу уже чужому.