Собака седого короля

Когда я был собакой Седого короля, Ко мне ласкался всякий, Мой верный нрав хваля. Но важные вельможи Противно пахли так. Как будто клочья кожи, Негодной для собак. И дамы пахли кисло, Терзая чуткий нос, Как будто бы повисла С их плеч гирлянда роз. Я часто скалил зубы, Ворча на этих шлюх. И мы, собаки, грубы. Когда страдает нюх. Кому служил я верно. То был король один. Он пахнул тоже скверно, Но он был властелин. Я с ним и ночью влажной, И в пыльном шуме дня. Он часто с лаской важной Похваливал меня. Один лишь паж румяный, Весёлый мальчуган, Твердил, что я — поганый Ворчун и грубиян. Но, мальчику прощая, Я был с ним очень прост, И часто он, играя, Хватал меня за хвост. На всех рыча мятежно, Пред ним смирял я злость. Он пахнул очень нежно, Как с мозгом жирным кость. Людьми нередко руган, Он всё ж со мной шалил, И раз весьма испуган Мальчишкою я был. Опасную игрушку Придумал навязать Он мне на хвост: гремушку, Способную пылать. Дремал я у престола, Где восседал король, И вдруг воспрянул с пола, В хвосте почуяв боль. Хвостом косматым пламя Восставил я, дрожа, Как огненное знамя Большого мятежа. Я громко выл и лаял, Носясь быстрей коня. Совсем меня измаял Злой треск и блеск огня. Придворные нашлися, — Гремушка вмиг снята, И дамы занялися Лечением хвоста. Король смеялся очень На эту дурь и блажь, А всё-таки пощёчин Дождался милый паж. Прибили так, без гнева, И плакал он шутя, — Притом же королева Была совсем дитя. Давно всё это было, И минуло давно. Что пахло, что дразнило, Давно погребено. Удел безмерно грустный Собакам бедным дан, — И запах самый вкусный Исчезнет, как обман. Ну вот, живу я паки, Но тошен белый свет: Во мне душа собаки, Чутья же вовсе нет.