Снова покачнулись томные качели
Снова покачнулись томные качели. Мне легко и сладко, я люблю опять. Птичьи переклички всюду зазвенели.Мать Земля не хочет долго тосковать. Нежно успокоит в безмятежном лоне Всякое страданье Мать сыра Земля, И меня утешит на последнем склоне, Простодушным зельем уберет поля.Раскачайтесь выше, зыбкие качели! Рейте, вейте мимо, радость и печаль! Зацветайте, маки, завивайтесь, хмели! Ничего не страшно, ничего не жаль.
Похожие по настроению
На той же я сижу скамейке
Алексей Жемчужников
На той же я сижу скамейке, Как прошлогоднею весной; И снова зреет надо мной Ожившей липы листик клейкий. Опять запели соловьи; Опять в саду — пора цветенья; Опять по воздуху теченье Ароматической струи. На всё гляжу, всему внимаю И, солнцем благостным пригрет, Опять во всем ловлю привет К земле вернувшемуся маю. Вновь из соседнего леску, Где уже ландыш есть душистый, Однообразно, голосисто Ко мне доносится: ку-ку!.. За цвет черемухи и вишни, За эти песни соловья, За всё, чем вновь любуюсь я,- Благодарю тебя, всевышний!
Уж замолкают соловьи
Алексей Жемчужников
Уж замолкают соловьи; Уж в рощах ландыши завяли. Во всей красе они цвели Недели две, и то едва ли; Хоть любовался я весной, Но как-то вскользь и беззаботно… Она мелькнула предо мной, Подобна грезе мимолетной. Пора мне, старцу, наконец, Так наслаждаться всем под солнцем, Как наслаждается скупец, Когда любуется червонцем. Меж тем как с милою землей Разлука будет длиться вечно,— Летят мгновенья чередой… Что хорошо, то скоротечно.
Качели
Борис Рыжий
Был двор, а во дворе качели позвякивали и скрипели. С качелей прыгали в листву, что дворники собрать успели. Качающиеся гурьбой взлетали сами над собой. Я помню запах листьев прелых и запах неба голубой. Последняя неделя лета, на нас глядят Алена, Света, все прыгнули, а я не смог, что очень плохо для поэта. О как досадно было, но все в памяти освещено каким-то жалостливым светом. Живи, другого не дано!
Качели
Федор Сологуб
В истоме тихого заката Грустило жаркое светило. Под кровлей ветхой гнулась хата И тенью сад приосенила. Березы в нем угомонились И неподвижно пламенели. То в тень, то в свет переносились Со скрипом зыбкие качели. Печали ветхой злою тенью Моя душа полуодета, И то стремится жадно к тленью, То ищет радостей и света. И покоряясь вдохновенно Моей судьбы предначертаньям, Переношусь попеременно От безнадежности к желаньям.
Хмельный, ельный запах смол
Федор Сологуб
Хмельный, ельный запах смол На дорогу вновь прольётся. Снова небу тихий дол Безмятежно улыбнётся. Там, где берег над рекой Обовьётся полукругом, Я пройду с моей тоской Над росистым, мглистым лугом. Я прильну к земле опять В равнодушии усталом Хоть немного помечтать О нездешнем, небывалом, И Божественная Мать С лёгким, белым покрывалом Мне подарит снова сны Утешающей весны.
Задрожали
Федор Сологуб
Задрожали, Засверкали Хоры солнечных лучей, Замолчали Все печали Утомительных ночей. Над полями, Над реками — Вереницы звонких птиц, И тропами Меж хлебами Ходят стаи небылиц.
Снова янтарны и алы
Георгий Иванов
Снова янтарны и алы Плывут облака, Снова сижу я усталый, И в сердце — тоска. Медленно гасит просторы Весенняя ночь. Тихо колышутся шторы — И сердцу не в мочь! В городе пусто, уснувшем Под светлой луной. Тайная боль о минувшем, Ты снова со мной. Милого голоса звуки Мерещатся мне… Тщетно ломаю я руки В высоком окне. Тщетно — никто не услышит, И грезить смешно. Сумрак серебряный дышит Прохладой в окно. Медленно, медленно тая, Скользят облака… Счастья пора золотая, — Увы, далека!..
Маятника мерное качанье
Георгий Иванов
Маятника мерное качанье, Полночь, одиночество, молчанье.Старые счета перебираю. Умереть? Да вот не умираю.Тихо перелистываю «Розы» — «Кабы на цветы да не морозы»!
Маятник
Константин Бальмонт
Равнодушно я считаю Безучастное тик-так. Наслаждаюсь и страдаю, Вижу свет и вижу мрак. Я сегодня полновластен, Я из племени богов. Завтра, темный, я несчастен, Близ Стигийских берегов. И откуда я закинут К этим низостям земли? Все равно Огни остынут. Я как все умру в пыли. И откуда так упорно Манит зов на высоту? Все равно. Мечта узорна. Я могу соткать мечту. Роковое покрывало Над Изидой вековой, Все, от самого начала, Дышит сказкою живой. Вправо — духи, влево — тени, Все сплетается в одно. Ты восходишь на ступени, Ты нисходишь, — все равно. Только знай, что влево больно, Влево — больно, вправо — нет. Сердце бьется своевольно, А в уме холодный свет. Кто что любит, то и встретит: Насладись и умирай. Эхо быстрое ответит: Отрекись и вниди в Рай. Кто что любит, то и примет: Хочешь это? Хочешь то? Но свободы не отнимет У стремления никто. Духи, вправо, тени, влево! Мерный маятник поет. Все живет в волнах напева, Всем созвучьям свои черед.
Девочка на качелях
Владимир Солоухин
Новые качели во дворе. Ребятишки друг у дружки бойко Рвут из рук качельные веревки, Кто сильнее, тот и на качелях. Все же Все почти что побывали. Все же Все почти что полетали Кверху — вниз, Кверху — вниз, От земли и до неба! Шум и смех, Шум и смех, Не надо мороженого, не надо конфет, Не надо и хлеба! Лишь девчонке одной не досталось качелей. Оттерли, оттиснули, отпугнули, А она — застенчива. Отошла в сторонку, приуныла, пригрустнула, Смотрит на веселье и смех, На веселье и смех, На веселье и смех, Да делать нечего! Вечером затихло все во дворе. Посмотрел я во двор из квартиры своей, из окна. Все ребятишки по домам разбрелись, Все ребятишки спать улеглись, А девочка на качелях Кверху — вниз, Кверху — вниз! (Никто не мешает.) Кверху — вниз. Качается потихоньку одна.
Другие стихи этого автора
Всего: 1147Воцарился злой и маленький
Федор Сологуб
Воцарился злой и маленький, Он душил, губил и жег, Но раскрылся цветик аленький, Тихий, зыбкий огонек. Никнул часто он, растоптанный, Но окрепли огоньки, Затаился в них нашептанный Яд печали и тоски. Вырос, вырос бурнопламенный, Красным стягом веет он, И чертог качнулся каменный, Задрожал кровавый трон. Как ни прячься, злой и маленький, Для тебя спасенья нет, Пред тобой не цветик аленький, Пред тобою красный цвет.
О, жизнь моя без хлеба
Федор Сологуб
О, жизнь моя без хлеба, Зато и без тревог! Иду. Смеётся небо, Ликует в небе бог. Иду в широком поле, В унынье тёмных рощ, На всей на вольной воле, Хоть бледен я и тощ. Цветут, благоухают Кругом цветы в полях, И тучки тихо тают На ясных небесах. Хоть мне ничто не мило, Всё душу веселит. Близка моя могила, Но это не страшит. Иду. Смеётся небо, Ликует в небе бог. О, жизнь моя без хлеба, Зато и без тревог!
О, если б сил бездушных злоба
Федор Сологуб
О, если б сил бездушных злоба Смягчиться хоть на миг могла, И ты, о мать, ко мне из гроба Хотя б на миг один пришла! Чтоб мог сказать тебе я слово, Одно лишь слово,— в нем бы слил Я всё, что сердце жжет сурово, Всё, что таить нет больше сил, Всё, чем я пред тобой виновен, Чем я б тебя утешить мог,— Нетороплив, немногословен, Я б у твоих склонился ног. Приди,— я в слово то волью Мою тоску, мои страданья, И стон горячий раскаянья, И грусть всегдашнюю мою.
О сердце, сердце
Федор Сологуб
О сердце, сердце! позабыть Пора надменные мечты И в безнадежной доле жить Без торжества, без красоты, Молчаньем верным отвечать На каждый звук, на каждый зов, И ничего не ожидать Ни от друзей, ни от врагов. Суров завет, но хочет бог, Чтобы такою жизнь была Среди медлительных тревог, Среди томительного зла.
Ночь настанет, и опять
Федор Сологуб
Ночь настанет, и опять Ты придешь ко мне тайком, Чтоб со мною помечтать О нездешнем, о святом.И опять я буду знать, Что со мной ты, потому, Что ты станешь колыхать Предо мною свет и тьму.Буду спать или не спать, Буду помнить или нет,— Станет радостно сиять Для меня нездешний свет.
Нет словам переговора
Федор Сологуб
Нет словам переговора, Нет словам недоговора. Крепки, лепки навсегда, Приговоры-заклинанья Крепче крепкого страданья, Лепче страха и стыда. Ты измерь, и будет мерно, Ты поверь, и будет верно, И окрепнешь, и пойдешь В путь истомный, в путь бесследный, В путь от века заповедный. Всё, что ищешь, там найдешь. Слово крепко, слово свято, Только знай, что нет возврата С заповедного пути. Коль пошел, не возвращайся, С тем, что любо, распрощайся, — До конца тебе идти..
Никого и ни в чем не стыжусь
Федор Сологуб
Никого и ни в чем не стыжусь, Я один, безнадежно один, Для чего ж я стыдливо замкнусь В тишину полуночных долин? Небеса и земля — это я, Непонятен и чужд я себе, Но великой красой бытия В роковой побеждаю борьбе.
Не трогай в темноте
Федор Сологуб
Не трогай в темноте Того, что незнакомо, Быть может, это — те, Кому привольно дома. Кто с ними был хоть раз, Тот их не станет трогать. Сверкнет зеленый глаз, Царапнет быстрый ноготь, -Прикинется котом Испуганная нежить. А что она потом Затеет? мучить? нежить? Куда ты ни пойдешь, Возникнут пусторосли. Измаешься, заснешь. Но что же будет после? Прозрачною щекой Прильнет к тебе сожитель. Он серою тоской Твою затмит обитель. И будет жуткий страх — Так близко, так знакомо — Стоять во всех углах Тоскующего дома.
Не стоит ли кто за углом
Федор Сологуб
Не стоит ли кто за углом? Не глядит ли кто на меня? Посмотреть не смею кругом, И зажечь не смею огня. Вот подходит кто-то впотьмах, Но не слышны злые шаги. О, зачем томительный страх? И к кому воззвать: помоги? Не поможет, знаю, никто, Да и чем и как же помочь? Предо мной темнеет ничто, Ужасает мрачная ночь.
Не свергнуть нам земного бремени
Федор Сологуб
Не свергнуть нам земного бремени. Изнемогаем на земле, Томясь в сетях пространств и времени, Во лжи, уродстве и во зле. Весь мир для нас — тюрьма железная, Мы — пленники, но выход есть. О родине мечта мятежная Отрадную приносит весть. Поднимешь ли глаза усталые От подневольного труда — Вдруг покачнутся зори алые Прольется время, как вода. Качается, легко свивается Пространств тяжелых пелена, И, ласковая, улыбается Душе безгрешная весна.
Не понять мне, откуда, зачем
Федор Сологуб
Не понять мне, откуда, зачем И чего он томительно ждет. Предо мною он грустен и нем, И всю ночь напролет Он вокруг меня чем-то чертит На полу чародейный узор, И куреньем каким-то дымит, И туманит мой взор. Опускаю глаза перед ним, Отдаюсь чародейству и сну, И тогда различаю сквозь дым Голубую страну. Он приникнет ко мне и ведет, И улыбка на мертвых губах,- И блуждаю всю ночь напролет На пустынных путях. Рассказать не могу никому, Что увижу, услышу я там,- Может быть, я и сам не пойму, Не припомню и сам. Оттого так мучительны мне Разговоры, и люди, и труд, Что меня в голубой тишине Волхвования ждут.
Блажен, кто пьет напиток трезвый
Федор Сологуб
Блажен, кто пьет напиток трезвый, Холодный дар спокойных рек, Кто виноградной влагой резвой Не веселил себя вовек. Но кто узнал живую радость Шипучих и колючих струй, Того влечет к себе их сладость, Их нежной пены поцелуй. Блаженно всё, что в тьме природы, Не зная жизни, мирно спит, — Блаженны воздух, тучи, воды, Блаженны мрамор и гранит. Но где горят огни сознанья, Там злая жажда разлита, Томят бескрылые желанья И невозможная мечта.