Современная песня

Был век бурный, дивный век: Громкий, величавый; Был огромный человек, Расточитель славы.

То был век богатырей! Но смешались шашки, И полезли из щелей Мошки да букашки.

Всякий маменькин сынок, Всякий обирала, Модных бредней дурачок, Корчит либерала.

Деспотизма супостат, Равенства оратор, — Вздулся, слеп и бородат, Гордый регистратор.

Томы Тьера и Рабо Он на память знает И, как ярый Мирабо, Вольность прославляет.

А глядишь: наш Мирабо Старого Гаврило За измятое жабо Хлещет в ус да в рыло.

А глядишь: наш Лафает Брут или Фабриций Мужиков под пресс кладет Вместе с свекловицей.

Фраз журнальных лексикон, Прапорщик в отставке, Для него Наполеон — Вроде бородавки.

Для него славнее бой Карбонаров бледных, Чем когда наш шар земной От громов победных

Колыхался и дрожал, И народ в смятенье, Ниц упавши, ожидал Мира разрушенье.

Что ж? — Быть может, наш герой Утомил свой гений И заботой боевой, И огнём сражений?..

Нет, он в битвах не бывал — Шаркал по гостиным И по плацу выступал Шагом журавлиным.

Что ж? — Быть может, он богат Счастьем семьянина, Заменя блистанье лат Тогой гражданина?..

Нет, нахально подбочась, Он по дачам рыщет И в театрах, развалясь, Всё шипит да свищет.

Что ж? — Быть может, старины Он бежал приманок? Звёзды, ленты и чины Презрел спозаранок?

Нет, мудрец не разрывал С честолюбьем дружбы И теперь бы крестик взял… Только чтоб без службы.

Вот гостиная в лучах: Свечи да кенкеты, На столе и на софах Кипами газеты;

И превыспренний конгресс Двух графинь оглохших И двух жалких баронесс, Чопорных и тощих;

Всё исчадие греха, Страстное новинкой; Заговорщица-блоха С мухой-якобинкой;

И козявка-егоза — Девка пожилая, И рябая стрекоза — Сплетня записная;

И в очках сухой паук — Длинный лазарони, И в очках плюгавый жук, Разноситель вони;

И комар, студент хромой, В кучерской причёске, И сверчок, крикун ночной, Друг Крылова Моськи;

И мурашка-филантроп, И червяк голодный, И Филипп Филиппыч — клоп, Муж… женоподобный, —

Все вокруг стола — и скок В кипеть совещанья Утопист, идеолог, Президент собранья,

Старых барынь духовник, Маленький аббатик, Что в гостиных бить привык В маленький набатик.

Все кричат ему привет С аханьем и писком, А он важно им в ответ: Dominus vobiscum!

И раздолье языкам! И уж тут не шутка! И народам и царям — Всем приходит жутко!

Всё, что есть,— всё пыль и прах! Всё, что процветает, — С корнем вон! — Ареопаг Так определяет.

И жужжит он, полн грозой, Царства низвергая… А России — Боже мой! — Таска… да какая!

И весь размежёван свет Без войны и драки! И России уже нет, И в Москве поляки!

Но назло врагам она Всё живет и дышит, И могуча, и грозна, И здоровьем пышет,

Насекомых болтовни Внятием не тешит, Да и место, где они, Даже не почешет.

А когда во время сна Моль иль таракашка Заползёт ей в нос, — она Чхнёт — и вон букашка!