Меня закинули под стул
Меня закинули под стул, Но был я слаб и глуп. Холодный ветер в щели дул И попадал мне в зуб. Мне было так лежать нескладно, Я был и глуп и слаб. Но атмосфера так прохладна Когда бы не была-б, Я на полу-б лежал бесзвучно, Раскинувши тулуп. Но так лежать безумно скучно: Я слишком слаб и глуп.
Похожие по настроению
Хромая табуретка
Агния Барто
Она лежит трехногая В кухне, на боку. Испытала многое На своём веку. Давно ей кто-то грудь прожег — На ней забыли утюжок, Потом котята лапами Ее скребли, царапали. Андрюша зиму целую Твердил: — Я завтра сделаю Для табуретки ножку. Однако зиму целую Она лежала в лежку, Будто понимая, Что она хромая. Пообещал купить гвоздей Сосед однажды летом, Но (понадейся на людей!) Сосед забыл об этом. Ее в порядок привести Пообещал Володенька, Но парню надо подрасти — Пока ему три годика. У Пети в школьной мастерской Все инструменты под рукой, Но табурет не в плане. А если он не в плане, Пускай лежит в чулане! К вам обращаюсь, детвора! Возьмите на заметку: Поставить на ноги пора Хромую табуретку. Прошу тебя, читатель мой, Ты не оставь ее хромой!
Легкомысленные речи
Даниил Иванович Хармс
Легкомысленные речи За столом произносив Я сидел, раскинув плечи, Неподвижен и красив.
Я сидел на одной ноге
Даниил Иванович Хармс
Я сидел на одной ноге, держал в руках семейный суп, рассказ о глупом сундуке в котором прятал деньги старик — он скуп. Направо от меня шумел тоскливый слон, тоскливый слон. Зачем шумишь? Зачем шумишь?- его спросил я протрезвясь — я враг тебе, я суп, я князь. Умолкнул долгий шум слона, остыл в руках семейный суп. От голода у меня текла слюна. Потратить деньги на обед я слишком скуп. Уж лучше купить пару замшевых перчаток, лучше денег накопить на поездку с Галей С. за ограду града в лес.
Дошутился, доигрался, докатился до сугроба
Федор Сологуб
Дошутился, доигрался, докатился до сугроба, Так в сугробе успокойся, и уж больше не шути. Из сугроба в мир широкий все заказаны пути. Доигрался, дошутился, докатился до сугроба, Так ни слава, и ни зависть, и ни ревность, и ни злоба Не помогут из сугроба в мир широкий уползти. Дошутился, доигрался, докатился до сугроба, Так в сугробе ляг спокойно, и уж больше не шути.
Скучно мне сидеть в мурье
Иннокентий Анненский
Скучно мне сидеть в мурье, И, как конь голодный к сену, Я тянусь туда, на Сену, Я тянусь к Leon Vannier.
Обидел и обошел…
Марина Ивановна Цветаева
Обидел и обошел? Спасибо за то, что — стол Дал, стойкий, врагам на страх Стол — на четырех ногахУпорства. Скорей — скалу Своротишь! И лоб — к столу Подстатный, и локоть под — Чтоб лоб свой держать, как свод.— А прочего дал в обрез? А прочный, во весь мой вес, Просторный, — во весь мой бег, Стол — вечный — на весь мой век!Спасибо тебе, Столяр, За доску — во весь мой дар, За ножки — прочней химер Парижских, за вещь — в размер.Год написания: без даты
Я сижу, боюсь пошевелиться
Михаил Анчаров
Я сижу, боюсь пошевелиться… На мою несмятую кровать Вдохновенья радужная птица Опустилась крошки поклевать.Не грусти, подруга, обо мне ты. Видишь, там, в космической пыли До Луны, до голубой планеты От Земли уходят корабли. Надо мной сиреневые зори, Подо мной планеты чудеса. Звездный ветер в ледяном просторе Надувает счастья паруса. Я сижу, боюсь пошевелиться… День и ночь смешались пополам. Ночь уносит сказки-небылицы К золотым московским куполам.
Как путник, препоясав чресла
Николай Степанович Гумилев
Надпись на переводе «Эмалей и камей» М. Л. Лозинскому Как путник, препоясав чресла, Идет к неведомой стране, Так ты, усевшись глубже в кресло, Поправишь на носу пенсне. И, не пленяясь блеском ложным, Хоть благосклонный, как всегда, Движеньем верно-осторожным Вдруг всунешь в книгу нож… тогда. Стихи великого Тео Тебя достойны одного.
Хрущёву
Владимир Семенович Высоцкий
Жил-был добрый дурачина-простофиля. Куда только его черти не носили! И однажды, как назло, повезло — И совсем в чужое царство занесло.Слёзы градом — так и надо простофиле: Не усаживайся задом на кобыле. Ду-ра-чи-на!Посреди большого поля — глядь — три стула, Дурачину в область печени кольнуло. Сверху — надпись: «Для гостей», «Для князей», А на третьем — «Стул для царских кровей».Вот на первый стул уселся простофиля, Потому что он от горя обессилел, Ду-ра-чи-на!Только к стулу примостился дурачина — Сразу слуги принесли хмельные вина, Дурачина ощутил много сил — Элегантно ел, кутил и шутил.Ощутив себя в такой бурной силе, Взлез на стул для князей простофиля. Ду-ра-чи-на!И сейчас же бывший добрый дурачина Ощутил, что он ответственный мужчина, Стал советы отдавать, крикнул рать И почти уже решил воевать.Ощутив себя в такой буйной силе, Взлез на стул для королей простофиля. Ду-ра-чи-на!Сразу руки потянулися к печати, Сразу топать стал ногами и кричати: «Будь ты князь, будь ты хоть сам Господь — Вот возьму и прикажу запороть!»Если б люди в сей момент рядом были — Не сказали б комплимент простофиле, Ду-ра-чи-не!Но был добрый этот самый простофиля — Захотел издать Указ про изобилье… Только стул подобных дел не терпел: Как тряхнёт — и, ясно, тот не усидел…И очнулся добрый малый простофиля У себя на сеновале, в чём родили. Ду-ра-чи-на!
Окна во двор
Владислав Ходасевич
Несчастный дурак в колодце двора Причитает сегодня с утра, И лишнего нет у меня башмака, Чтоб бросить его в дурака. Кастрюли, тарелки, пьянино гремят, Баюкают няньки крикливых ребят. С улыбкой сидит у окошка глухой, Зачарован своей тишиной. Курносый актер перед пыльным трюмо Целует портреты и пишет письмо,- И, честно гонясь за правдивой игрой, В шестнадцатый раз умирает герой. Отец уж надел котелок и пальто, Но вернулся, бледный как труп: «Сейчас же отшлепать мальчишку за то, Что не любит луковый суп!» Небритый старик, отодвинув кровать, Забивает старательно гвоздь, Но сегодня успеет ему помешать Идущий по лестнице гость. Рабочий лежит на постели в цветах. Очки на столе, медяки на глазах Подвязана челюсть, к ладони ладонь. Сегодня в лед, а завтра в огонь. Что верно, то верно! Нельзя же силком Девчонку тащить на кровать! Ей нужно сначала стихи почитать, Потом угостить вином… Вода запищала в стене глубоко: Должно быть, по трубам бежать нелегко, Всегда в тесноте и всегда в темноте, В такой темноте и такой тесноте!
Другие стихи этого автора
Всего: 111Моя любовь
Даниил Иванович Хармс
Моя любовь к тебе секрет не дрогнет бровь и сотни лет. Пройдут года пройдёт любовь но никогда не дрогнет бровь. Тебя узнав я всё забыл и средь забав я скучен был Мне стал чужим и странным свет я каждой даме молвил: нет.
Я долго думал об орлах
Даниил Иванович Хармс
Я долго думал об орлах И понял многое: Орлы летают в облаках, Летают, никого не трогая. Я понял, что живут орлы на скалах и в горах, И дружат с водяными духами. Я долго думал об орлах, Но спутал, кажется, их с мухами.
Физик, сломавший ногу
Даниил Иванович Хармс
Маша моделями вселенной Выходит физик из ворот. И вдруг упал, сломав коленный Сустав. К нему бежит народ, Маша уставами движенья К нему подходит постовой Твердя таблицу умноженья, Студент подходит молодой Девица с сумочкой подходит Старушка с палочкой спешит А физик всё лежит, не ходит, Не ходит физик и лежит.
Легкомысленные речи
Даниил Иванович Хармс
Легкомысленные речи За столом произносив Я сидел, раскинув плечи, Неподвижен и красив.
Григорий студнем подавившись
Даниил Иванович Хармс
Григорий студнем подавившись Прочь от стола бежит с трудом На гостя хама рассердившись Хозяйка плачет за столом. Одна, над чашечкой пустой, Рыдает бедная хозяйка. Хозяйка милая, постой, На картах лучше погадай-ка. Ушел Григорий. Срам и стыд. На гостя нечего сердиться. Твой студень сделан из копыт Им всякий мог бы подавиться.
Бегут задумчивые люди
Даниил Иванович Хармс
Бегут задумчивые люди Куда бегут? Зачем спешат? У дам раскачиваются груди, У кавалеров бороды шуршат.
Ну-ка Петя
Даниил Иванович Хармс
Ну-ка Петя, ну-ка Петя Закусили, вытрем рот И пойдем с тобою Петя Мы работать в огород. Ты работай да не прыгай Туда сюда напоказ Я лопатой ты мотыгой Грядки сделаем как раз Ты смотри не отставай Ты гляди совсем закис Эта грядка под морковь Эта грядка под редис Грядки сделаны отменно Только новая беда Прет из грядки непременно То лопух то лебеда. Эй, глядите, весь народ Вдруг пошел на огород Как солдаты Как солдаты Кто с мотыгой Кто с лопатой.
Как-то жил один столяр
Даниил Иванович Хармс
Как-то жил один столяр. Замечательный столяр! Удивительный столяр!! Делал стулья и столы, Окна, двери и полы Для жильца — перегородку Для сапожника — колодку Астроному в один миг Сделал полочку для книг Если птица — делал клетку Если дворник — табуретку Если школьник — делал парту Прикреплял на полку карту Делал глобус топором А из глобуса потом Делал шилом и пилой Ящик с крышкой откидной. Вот однажды утром рано Он стоял над верстаком И барана из чурбана Ловко делал топором. А закончил он барана Сразу сделал пастуха, Сделал три аэроплана И четыре петуха.
Машинист трубит в трубу
Даниил Иванович Хармс
Машинист трубит в трубу Паровоз грохочет. Возле топки, весь в поту Кочегар хлопочет. А вот это детский сад Ездил он на речку, А теперь спешит назад К милому крылечку. Мчится поезд всё вперёд Станция не скоро. Всю дорогу ест и пьёт Пассажир обжора.
На Фонтанке 28
Даниил Иванович Хармс
На Фонтанке 28 Жил Володя Каблуков Если мы Володю спросим: — Эй, Володя Каблуков! Кто на свете всех сильнее? Он ответит: Это я! Кто на свете всех умнее? Он ответит: Это я! Если ты умнее всех Если ты сильнее всех
Неоконченное
Даниил Иванович Хармс
Видишь, под елочкой маленький дом. В домике зайчик сидит за столом, Книжку читает, напялив очки, Ест кочерыжку, морковь и стручки. В лампе горит золотой огонёк, Топится печка, трещит уголёк, Рвется на волю из чайника пар, Муха жужжит и летает комар. Вдруг что-то громко ударило в дом. Что-то мелькнуло за чёрным окном. Где-то раздался пронзительный свист. Зайчик вскочил и затрясся как лист. Вдруг на крылечке раздались шаги. Топнули чьи-то четыре ноги. Кто-то покашлял и в дверь постучал, «Эй, отворите мне!» – кто-то сказал. В дверь постучали опять и опять, Зайчик со страха залез под кровать. К домику под ёлочкой путник идёт. Хвостиком-метёлочкой следы свои метёт. Рыжая лисичка, беленький платок, Чёрные чулочки, острый коготок. К домику подходит На цыпочки встаёт Глазками поводит Зайчика зовёт: «Зайка зайка душенька, Зайка мой дружок, Ты меня послушай-ка Выйди на лужок. Мы с тобой побегаем Зайчик дорогой После пообедаем Сидя над рекой. Мы кочны капустные на лугу найдём. Кочерыжки вкусные вместе погрызём. Отопри же дверцу мне Зайка, мой дружок, Успокой же сердце мне, выйди на лужок».
Молодец-испечец
Даниил Иванович Хармс
Намешу в бадье муку Да лепешку испеку. Положу туда изюм, Чтобы вкусно стало всем. Гости к вечеру пришли Им лепешку подали. Вот вам, гости, ешьте, жуйте, В рот лепешку живо суйте. И скорей скажите нам: Наша лепешка вкусна вам? Гости хором мне в ответ: «Второй лепешки такой нет, Потому лепешка та Не плоха, а вкуснота!» — Вот какой я молодец! Вот какой я испечец!