Кругом царила жизнь и радость, И ветер нес ржаных полей Благоухание и сладость Волною мягкою своей.Но вот, как бы в испуге, тени Бегут по золотым хлебам; Промчался вихрь — пять-шесть мгновений И, встречу солнечным лучам,Встают с серебряным карнизом Чрез всё полнеба ворота, И там, за занавесом сизым, Сквозит и блеск и темнота.Вдруг словно скатерть парчевую Поспешно сдернул кто с полей, И тьма за ней в погоню злую, И все свирепей и быстрей.Уж расплылись давно колонны, Исчез серебряный карниз, И гул пошел неугомонный, И огнь и воды полились…Где царство солнца и лазури! Где блеск полей, где мир долин! Но прелесть есть и в шуме бури, И в пляске ледяных градин!Их нахватать — нужна отвага! И — вон как дети в удальце Ее честят! как вся ватага Визжит и скачет на крыльце!
Похожие по настроению
После грозы
Алексей Фатьянов
Зачем же, родная, ты жмуришь глаза — Пусть ветер бушует, грохочет гроза, Пусть дождик поит молодые ростки, Пусть сытыми будут в полях колоски.Умылись деревья дождём грозовым, И старые вязы под стать молодым. Пьют птицы в садах дождевую росу… Но я вспоминаю иную грозу.К нам чёрные тучи не дождь принесли, Не влагу для вечно прекрасной земли, А кровь да над трупами в дымном лесу Скупую солдатскую нашу слезу.Рыданья людей у сожжённых жилищ, Ручонки детей над золой пепелищ. Казалось, что им не дожить до весны… Так вот почему не хочу я войны!Но с боя — и этим отчизна горда — Мы взяли весну, как берут города. Нам всякое дело теперь по плечу… Так вот почему я войны не хочу!…Умылись деревья дождём грозовым, И старые вязы под стать молодым, В канавах, наполненных соком земли, Мальчишки пускают свои корабли.
Ожидание грозы
Алексей Апухтин
Н. Д. КарповуНочь близка… На небе черном Серых туч ползет громада; Всё молчит в лесу нагорном, В глубине пустого сада. Тьмой и сном объяты воды… Душен воздух… Вечер длится… В этом отдыхе природы Что-то грозное таится. Ночь настанет. Черной тучей Пыль поднимется сильнее, Липы с силою могучей Зашатаются в аллее. Дождь закапает над нами И, сбираясь понемногу, Хлынет мутными ручьями На пылящую дорогу. Неба пасмурные своды Ярким светом озарятся: Забушуют эти воды, Блеском неба загорятся, И, пока с краев до края Будут пламенем объяты, Загудят, не умолкая, Грома тяжкие раскаты.
Дождь
Арсений Александрович Тарковский
Как я хочу вдохнуть в стихотворенье Весь этот мир, меняющий обличье: Травы неуловимое движенье, Мгновенное и смутное величье Деревьев, раздраженный и крылатый Сухой песок, щебечущий по-птичьи, — Весь этот мир, прекрасный и горбатый, Как дерево на берегу Ингула. Там я услышал первые раскаты Грозы. Она в бараний рог согнула Упрямый ствол, и я увидел крону — Зеленый слепок грозового гула. А дождь бежал по глиняному склону, Гонимый стрелами, ветвисторогий, Уже во всем подобный Актеону. У ног моих он пал на полдороге.
Не писать о грозе
Белла Ахатовна Ахмадулина
Беспорядок грозы в небесах! Не писать! Даровать ей свободу — не воспетою быть, нависать над землей, принимающей воду! Разве я ей сегодня судья, чтоб хвалить ее: радость! услада! — не по чину поставив себя во главе потрясенного сада! Разве я ее сплетник и враг, чтобы, пристально выследив, наспех, величавые лес и овраг обсуждал фамильярный анапест? Пусть хоть раз доведется уму быть немым очевидцем природы, не добавив ни слова к тому, что объявлено в сводке погоды. Что за труд — бег руки вдоль стола? Это отдых, награда за муку, когда темною тяжестью лба упираешься в правую руку. Пронеслось! Открываю глаза. И рука моя пишет и пишет. Навсегда разминулись — гроза и влюбленный уродец эпитет. Между тем удается руке детским жестом придвинуть тетрадку и в любви, в беспокойстве, в тоске все, что есть, описать по порядку.
Весенняя гроза
Федор Иванович Тютчев
Люблю грозу в начале мая, Когда весенний, первый гром, Как бы резвяся и играя, Грохочет в небе голубом. Гремят раскаты молодые, Вот дождик брызнул, пыль летит, Повисли перлы дождевые, И солнце нити золотит. С горы бежит поток проворный, В лесу не молкнет птичий гам, И гам лесной, и шум нагорный – Все вторит весело громам. Ты скажешь: ветреная Геба, Кормя Зевесова орла, Громокипящий кубок с неба, Смеясь, на землю пролила.
Вчера я, мраком окруженный
Иван Козлов
Вчера я, мраком окруженный, На ложе, сон забыв, мечтал; Безмолвно жар, мне вдохновенный, В груди стихами уж пылал.Меж тем в эфирной тме сбиралась Гроза, — из туч сверкнул огонь, И молния струей промчалась, Как буйный бледно-гривый конь.И треск воздушной колесницы На всё бросал священный страх, И звери прятались, и птицы, Дрожа в берлогах и гнездах.А я… мой дух к творцу летает, Пылая молнии огнем, И ум встревоженный мечтает Вольней, когда ударит гром.Восторгом оживлен небесным, Я был не раб земных оков, — Органом звонким и чудесным В огромной стройности мировИ бог сильней вещает мною И в думах пламенных моих, Чем вкруг шумящею грозою И в дивных ужасах ночных.
Когда гуляют молния и гром
Маргарита Алигер
Когда гуляют молния и гром, когда гроза захлестывает дом, в тепле постельном, в смутном полусне одно и то же глухо снится мне. Как будто я лежу на дне морском, затянутая илом и песком,- и никаких движений и дорог, и никаких решений и тревог, и никаких ни помыслов, ни дум, и надо мной многопудовый шум, и надо мной великая вода… И, боже мой, как хочется тогда в мир вечных битв, волнений и труда, в сороковые милые года!
Гроза
Михаил Юрьевич Лермонтов
Ревет гроза, дымятся тучи Над темной бездною морской, И хлещут пеною кипучей, Толпяся, волны меж собой. Вкруг скал огнистой лентой вьется Печальной молнии змея, Стихий тревожный рой мятется — И здесь стою недвижим я. Стою!.. ужель тому ужасно Стремленье всех надземных сил, Кто в жизни чувствовал напрасно И жизнию обманут был? Вокруг кого, сей яд сердечной, Вились сужденья клеветы, Как вкруг скалы остроконечной, Губитель-пламень, вьешься ты? О нет! — летай, огонь воздушной, Свистите, ветры, над главой; Я здесь, холодной, равнодушной, И трепет не знаком со мной.
Гроза над Ленинградом
Наталья Крандиевская-Толстая
Гром, старый гром обыкновенный Над городом загрохотал. — Кустарщина! — сказал военный, Махнул рукой и зашагал. И даже дети не смутились Блеснувших молний бирюзой. Они под дождиком резвились, Забыв, что некогда крестились Их деды под такой грозой. И празднично деревья мокли В купели древнего Ильи, Но вдруг завыл истошным воплем Сигнал тревоги, и вдали Зенитка рявкнула овчаркой, Снаряд по тучам полыхнул, Так неожиданно, так жарко Обрушив треск, огонь и гул. — Вот это посерьезней дело! — Сказал прохожий на ходу, И все вокруг оцепенело, Почуя в воздухе беду. В подвалах схоронились дети, Недетский ужас затая. На молнии глядела я… Кого грозой на этом свете Пугаешь ты, пророк Илья?
Гром прогрохотал незрячий…
Роберт Иванович Рождественский
Гром прогрохотал незрячий. Ливень ринулся с небес... Был я молодым, горячим, без оглядки в драку лез!.. А сейчас прошло геройство,- видимо, не те года... А теперь я долго, просто жду мгновения, когда так: не с ходу и не с маху,— утешеньем за грехи,— тихо лягут на бумагу беззащитные стихи.
Другие стихи этого автора
Всего: 63Юношам
Аполлон Николаевич Майков
Будьте, юноши, скромнее! Что за пыл! Чуть стал живее Разговор — душа пиров — Вы и вспыхнули, как порох! Что за крайность в приговорах, Что за резкость голосов! И напиться не сумели! Чуть за стол — и охмелели, Чем и как — вам всё равно! Мудрый пьет с самосознаньем, И на свет, и обоняньем Оценяет он вино. Он, теряя тихо трезвость. Мысли блеск дает и резвость, Умиляется душой, И, владея страстью, гневом, Старцам мил, приятен девам И — доволен сам собой.
В мае
Аполлон Николаевич Майков
Я пройдусь по лесам, Много птичек есть там Все порхают, поют, Гнёзда тёплые вьют. Побываю в лесу, Там я пчёлок найду: И шумят, и жужжат, И работать спешат. Я пройдусь по лугам. Мотылечки есть там; Как красивы они В эти майские дни. Первое мая
Христос Воскрес!
Аполлон Николаевич Майков
Повсюду благовест гудит, Из всех церквей народ валит. Заря глядит уже с небес… Христос Воскрес! Христос Воскрес! С полей уж снят покров снегов, И реки рвутся из оков, И зеленее ближний лес… Христос Воскрес! Христос Воскрес! Вот просыпается земля, И одеваются поля, Весна идет, полна чудес! Христос Воскрес! Христос Воскрес!
Ах, люби меня без размышлений
Аполлон Николаевич Майков
Ах, люби меня без размышлений, Без тоски, без думы роковой, Без упреков, без пустых сомнений! Что тут думать? Я твоя, ты мой! Всё забудь, всё брось, мне весь отдайся!.. На меня так грустно не гляди! Разгадать, что в сердце, — не пытайся! Весь ему отдайся — и иди! Я любви не числю и не мерю, Нет, любовь есть вся моя душа. Я люблю — смеюсь, клянусь и верю… Ах, как жизнь, мой милый, хороша!.. Верь в любви, что счастью не умчаться, Верь, как я, о гордый человек, Что нам ввек с тобой не расставаться И не кончить поцелуя ввек…
Я б тебя поцеловала
Аполлон Николаевич Майков
Я б тебя поцеловала, Да боюсь, увидит месяц, Ясны звездочки увидят; С неба звездочка скатится И расскажет синю морю, Сине море скажет веслам, Весла — Яни-рыболову, А у Яни — люба Мара; А когда узнает Мара — Все узнают в околотке, Как тебя я ночью лунной В благовонный сад впускала, Как ласкала, целовала, Как серебряная яблонь Нас цветами осыпала.
Точно голубь светлою весною
Аполлон Николаевич Майков
Точно голубь светлою весною, Ты веселья нежного полна, В первый раз, быть может, всей душою Долго сжатой страсти предана…И меж тем как, музыкою счастья Упоен, хочу я в тишине Этот миг, как луч среди ненастья, Охватить душой своей вполне,И молчу, чтоб не терять ни звука, Что дрожат в сердцах у нас с тобой,- Вижу вдруг — ты смолкла, в сердце мука, И слеза струится за слезой.На мольбы сказать мне, что проникло В грудь твою, чем сердце сражено, Говоришь: ты к счастью не привыкла И страшит тебя — к добру ль оно?..Ну, так что ж? Пусть снова идут грозы! Солнце вновь вослед проглянет им, И тогда страдания и слезы Мы опять душой благословим.
Тарантелла
Аполлон Николаевич Майков
Нина, Нина, тарантелла! Старый Чьеко уж идет! Вон уж скрипка загудела! В круг становится народ! Приударил Чьеко старый. Точно птички на зерно, Отовсюду мчатся пары!.. Вон — уж кружатся давно!Как стройна, гляди, Аглая! Вот помчались в круг живой — Очи долу, ударяя В тамбурин над головой! Ловок с нею и Дженнаро!.. Вслед за ними нам — смотри! После тотчас третья пара… Ну, Нинета… раз, два, три…Завязалась, закипела, Все идет живей, живей, Обуяла тарантелла Всех отвагою своей… Эй, простору! шибче, скрипки! Юность мчится! с ней цветы, Беззаботные улыбки, Беззаветные мечты!Эй, синьор, синьор! угодно Вам в кружок наш, может быть? Иль свой сан в толпе народной Вы боитесь уронить? Ну, так мимо!.. шибче, скрипки! Юность мчится! с ней цветы, Беззаботные улыбки, Беззаветные мечты!Вы, синьора? Вы б и рады, К нам сердечко вас зовет… Да снуровка без пощады Вашу грудь больную жмет… Ну, так мимо!.. шибче, скрипки! Юность мчится! с ней цветы, Беззаботные улыбки, Беззаветные мечты!Вы, философ! дайте руки! Не угодно ль к нам сюда! Иль кто раз вкусил науки — Не смеется никогда? Ну, так мимо!.. шибче, скрипки! Юность мчится! с ней цветы, Беззаботные улыбки, Беззаветные мечты!Ты что смотришь так сурово, Босоногий капуцин! В сердце памятью былого, Чай, отдался тамбурин? Ну — так к нам — и шибче, скрипки! Юность мчится! с ней цветы, Беззаботные улыбки, Беззаветные мечты!Словно в вихре, мчатся пары; Не сидится старикам… Расходился Чьеко старый И подплясывает сам… Мудрено ль! вкруг старой скрипки Так и носятся цветы, Беззаботные улыбки, Беззаветные мечты!Не робейте! смейтесь дружно! Пусть детьми мы будем век! Человеку знать не нужно, Что такое человек!.. Что тут думать!.. шибче, скрипки! Наши — юность и цветы, Беззаботные улыбки, Беззаветные мечты!
Старый дож
Аполлон Николаевич Майков
«Ночь светла; в небесном поле Ходит Веспер золотой; Старый дож плывет в гондоле догарессой молодой…» *Занимает догарессу Умной речью дож седой… Слово каждое по весу — Что червонец дорогой…Тешит он ее картиной, Как Венеция, тишком, Весь, как тонкой паутиной, Мир опутала кругом:«Кто сказал бы в дни Аттилы, Чтоб из хижин рыбарей Всплыл на отмели унылой Этот чудный перл морей!Чтоб, укрывшийся в лагуне, Лев святого Марка стал Выше всех владык — и втуне Рев его не пропадал!Чтоб его тяжелой лапы Мощь почувствовать могли Императоры, и папы, И султан, и короли!Подал знак — гремят перуны, Всюду смута настает, А к нему — в его лагуны — Только золото плывет!..»Кончил он, полусмеяся, Ждет улыбки — но, глядит, На плечо его склоняся, Догаресса — мирно спит!..«Всё дитя еще!» — с укором, Полным ласки, молвил он, Только слышит — вскинул взором — Чье-то пенье… цитры звон…И всё ближе это пенье К ним несется над водой, Рассыпаясь в отдаленье В голубой простор морской…Дожу вспомнилось былое… Море зыбилось едва… Тот же Веспер… «Что такое? Что за глупые слова!» —Вздрогнул он, как от укола Прямо в сердце… Глядь, плывет, Обгоняя их, гондола, Кто-то в маске там поет:«С старым дожем плыть в гондоле. Быть его — и не любить… И к другому, в злой неволе, Тайный помысел стремить…Тот «другой» — о догаресса!- Самый ад не сладит с ним! Он безумец, он повеса, Но он — любит и любим!..»Дож рванул усы седые… Мысль за мыслью, целый ад, Словно молний стрелы злые, Душу мрачную браздят…А она — так ровно дышит, На плече его лежит… «Что же?.. Слышит иль не слышит? Спит она или не спит?!.»
Сон в летнюю ночь
Аполлон Николаевич Майков
Долго ночью вчера я заснуть не могла, Я вставала, окно отворяла… Ночь немая меня и томила, и жгла, Ароматом цветов опьяняла.Только вдруг шелестнули кусты под окном, Распахнулась, шумя, занавеска — И влетел ко мне юноша, светел лицом, Точно весь был из лунного блеска.Разодвинулись стены светлицы моей, Колоннады за ними открылись; В пирамидах из роз вереницы огней В алебастровых вазах светились…Чудный гость подходил всё к постели моей; Говорил он мне с кроткой улыбкой: «Отчего предо мною в подушки скорей Ты нырнула испуганной рыбкой!Оглянися — я бог, бог видений и грез, Тайный друг я застенчивой девы… И блаженство небес я впервые принес Для тебя, для моей королевы…»Говорил — и лицо он мое отрывал От подушки тихонько руками, И щеки моей край горячо целовал, И искал моих уст он устами…Под дыханьем его обессилела я… На груди разомкнулися руки… И звучало в ушах: «Ты моя! Ты моя!»- Точно арфы далекие звуки…Протекали часы… Я открыла глаза… Мой покой уж был облит зарею… Я одна… вся дрожу… распустилась коса… Я не знаю, что было со мною…
Сомнение
Аполлон Николаевич Майков
Пусть говорят: поэзия — мечта, Горячки сердца бред ничтожный, Что мир ее есть мир пустой и ложный, И бледный вымысл — красота; Пусть нет для мореходцев дальных Сирен опасных, нет дриад В лесах густых, в ручьях кристальных Золотовласых нет наяд; Пусть Зевс из длани не низводит Разящей молнии поток И на ночь Гелиос не сходит К Фетиде в пурпурный чертог; Пусть так! Но в полдень листьев шепот Так полон тайны, шум ручья Так сладкозвучен, моря ропот Глубокомыслен, солнце дня С такой любовию приемлет Пучина моря, лунный лик Так сокровен, что сердце внемлет Во всем таинственный язык; И ты невольно сим явленьям Даруешь жизни красоты, И этим милым заблужденьям И веришь и не веришь ты!
Сидели старцы Илиона
Аполлон Николаевич Майков
Сидели старцы Илиона В кругу у городских ворот; Уж длится града оборона Десятый год, тяжелый год! Они спасенья уж не ждали, И только павших поминали, И ту, которая была Виною бед их, проклинали: «Елена! ты с собой ввела Смерть в наши домы! ты нам плена Готовишь цепи!!!…» В этот миг Подходит медленно Елена, Потупя очи, к сонму их; В ней детская сияла благость И думы легкой чистота; Самой была как будто в тягость Ей роковая красота… Ах, и сквозь облако печали Струится свет ее лучей… Невольно, смолкнув, старцы встали И расступились перед ней.
Сенокос
Аполлон Николаевич Майков
Пахнет сеном над лугами… В песне душу веселя, Бабы с граблями рядами Ходят, сено шевеля. Там — сухое убирают: Мужички его кругом На́-воз вилами кидают… Воз растет, растет, как дом… В ожиданьи конь убогий Точно вкопанный, стоит… Уши врозь, дугою ноги И как будто стоя спит… Только жучка удалая, В рыхлом сене, как в волнах, То взлетая, то ныряя, Скачет, лая впопыхах.