Народная память (из Пьер-жан Беранже)

Под соломенною крышей Он в преданиях живет, И доселе славы выше Не знавал его народ; И, старушку окружая Вечерком, толпа внучат: — Про былое нам, родная, Расскажи! — ей говорят. — Пусть была година злая: Нам он люб, что нужды в том! Да, что нужды в том! Расскажи о нем, родная, Расскажи о нем!— Проезжал он здесь когда-то С королями стран чужих, Я была еще, внучата, В летах очень молодых; Поглядеть хотелось больно, Побежала налегке; Был он в шляпе треугольной, В старом сером сюртуке. С ним лицом к лицу была я, Он привет сказал мне свой! Да, привет мне свой! — Говорил с тобой, родная, Говорил с тобой!— Через год потом в Париже На него я и на двор Поглядеть пошла поближе, В Богоматери собор. Словно в праздник воскресенья, Был у всех веселый вид; Говорили: «Провиденье, Знать, всегда его хранит». Был он весел; поняла я: Сына бог ему послал, Да, ему послал. — Что за день тебе, родная, Что за день сиял!— Но когда Шампанье бедной Чужеземцев бог послал И один он, словно медный, Недвижим за всех стоял, — Раз, как нынче, перед ночью, В ворота я слышу стук… Боже, господи! воочью Предо мной стоит он вдруг! И, войну он проклиная, Где теперь сижу я, сел, Да, сюда вот сел. — Как, он здесь сидел, родная, Как, он здесь сидел?— Он сказал мне: «Есть хочу я!..» Подала что бог послал. «Дай же платье просушу я», — Говорил; потом он спал. Он проснулся; не могла я Слез невольных удержать; И, меня он ободряя, Обещал врагов прогнать. И горшок тот сберегла я, Из которого он ел. Да, он суп наш ел. — Как, он цел еще, родная, Как, еще он цел?!— Вот он! Увезли героя, И венчанную главу Он сложил не в честном бое — На песчаном острову. Долго верить было трудно… И ходил в народе слух, Что какой-то силой чудной К нам он с моря грянет вдруг. Долго плакала, ждала я, Что его нам бог отдаст, Да, его отдаст… — Бог воздаст тебе, родная, Бог тебе воздаст!