Семь тысяч и три километра

Семь тысяч и три километра…

Не услышишь, как мать зовет.

В грозном вое полярного ветра,

В тесноте обступивших невзгод,

Ты дичаешь, звереешь — ты милый,

Ты последний и первый, ты — наш.

Над моей Ленинградской могилой

Равнодушная бродит весна.