Полюшко-поле
(Степная-кавалерийская)Полюшко-поле, Полюшко, широко поле, Едут по полю герои, Эх, да Красней Армии герои!Девушки плачут, Девушкам сегодня грустно — Милый надолго уехал, Эх, да милый в армию уехал!Девушки, гляньте, Гляньте на дорогу нашу, Вьётся дальняя дорога, Эх, да развесёлая дорога!Едем мы, едем, Едем, а кругом колхозы, Наши, девушки, колхозы, Эх, да молодые наши сёла!Только мы видим, Видим мы седую тучу, — Вражья злоба из-за леса, Эх, да вражья злоба, словно туча!Девушки, гляньте, Мы врага принять готовы, Наши кони быстроноги, Эх, да наши танки быстроходны!В небе за тучей Грозные следят пилоты. Быстро плавают подлодки. Эх, да зорко смотрит Ворошилов!Пусть же в колхозе Дружная кипит работа, Мы — дозорные сегодня, Эх, да мы сегодня часовые!Девушки, гляньте, Девушки, утрите слёзы! Пусть сильнее грянет песня, Эх, да наша песня боевая!Полюшко-поле, Полюшко, широко поле, Едут по полю герои, Эх, да Красной Армии герои!
Похожие по настроению
В чистом поле дожди
Александр Башлачев
В чистом поле — дожди косые. Эй, нищета — за душой ни копья! Я не знал, где я, где Россия И куда же я без нея? Только время знобит, колотит. Кто за всех, если дух — на двух? В третьей роте без крайней плоти Безымянный поет петух. Не умею ковать железо я — Ох, до носу мне черный дым! На Второй Мировой поэзии Призван годным и рядовым. В чистом поле — дожди косые, Да нет ни пропасти, ни коня. Я не знал, как любить Россию, А куда ж она без меня? И можно песенку прожить иначе, Можно ниточку оборвать. Только вырастет новый мальчик За меня, гада, воевать. Так слушайте, как же нам всем не стыдно? Эй, ап — спасите ваши души! Знаешь, стыдно, когда не видно, Что услышал ты то, что слушал. Стань живым — доживешь до смерти. Гляди в омут и верь судьбе — Как записке в пустом конверте, Адресованный сам себе. Там, где ночь разотрет тревога, Там, где станет невмоготу — Вот туда тебе и дорога, Наверстаешь свою версту. В черных пятнах родимой злости Грех обиженным дуракам. А деньги — что ж, это те же гвозди, И так же тянутся к нашим рукам. Но я разгадан своей тетрадкой — Топором меня в рот рубите! Эх, вот так вот прижмет рогаткой — И любить или не любить! А тех, кто знает, жалеть не надо. А кровь — она ох, красна на миру! Пожалейте сестру, как брата — Я прошу вас, а то помру. А с любовью — да Бог с ней, с милой… Потому, как виновен я. А по ми не скули, помилуй, Плачь по всем, плачь, аллилуйя! В чистом поле — дожди косые. Да мне не нужно ни щита, ни копья. Я увидел тебя, Россия. А теперь посмотри, где я. И я готов на любую дыбу. Подними меня, милая, ох! Я за все говорю — спасибо. Ох, спаси меня, спаси, Бог!
Гусарская песня
Александр Аркадьевич Галич
По рисунку палеша́нина Кто-то выткал на ковре Александра Полежаева В чёрной бурке на коне. Тёзка мой и зависть тайная, Сердце горем горячи́! Зависть тайная, «летальная», — Как сказали бы врачи. Славно, братцы, славно, братцы, славно, братцы-егеря! Славно, братцы-егеря, рать любимая царя! Ах, кивера́ да ме́нтики, их, соколы-орлы, Кому ж вы в сердце метили, лепажевы стволы! А беда явилась за́ полночь, Но не пулею в висок. Просто — в путь, в ночную за́волочь Важно тронулся возок. И не спеть, не выпить водочки, Не держать в руке бокал! Едут трое, сам в серёдочке, Два жандарма по бокам. Славно, братцы, славно, братцы, славно, братцы-егеря! Славно, братцы-егеря, рать любимая царя! Ах, кивера да ментики, пора бы выйти в знать, Но этой арифметики поэтам не узнать, Ни прошлым и ни будущим поэтам не узнать. Где ж друзья, твои ровесники? Некому тебя спасать! Началось всё дело с песенки, А потом — пошла писать! И по мукам, как по лезвию… Размышляй теперь о том, То ли броситься в поэзию, То ли сразу — в жёлтый дом… Славно, братцы, славно, братцы, славно, братцы-егеря! Славно, братцы-егеря, рать любимая царя! Ах, кивера да ментики, возвышенная речь! А всё-таки наветики страшнее, чем картечь! Доносы и наветики страшнее, чем картечь! По рисунку палешанина Кто-то выткал на ковре Александра Полежаева В чёрной бурке на коне. Но оставь, художник, вымысел, Нас в герои не крои, Нам не знамя жребий вывесил, Носовой платок в крови… Славно, братцы, славно, братцы, славно, братцы-егеря! Славно, братцы-егеря, рать любимая царя! Ах, кивера да ментики, нерукотворный стяг! И дело тут не в метрике, столетие — пустяк! Столетие, столетие, столетие — пустяк…
Из сюиты «Возвращение солдата»
Алексей Фатьянов
Шёл солдат из далёкого края, Возвращался из дальних земель, И шумела, его провожая, Закарпатская тонкая ель. Черногорка, старушка седая, Залатала солдату шинель.— Прощай, прощай, прощай, земли спаситель! Тебя навек запомнит добрый край. Ты поклонись, как нам, своей России, Поклон березкам белым передай.Он вернулся нетронутый пулей В той войною разрушенный край, И невольные слёзы блеснули, Хоть при людях рукой утирал, Но горячие губы прильнули — Те, что раньше сказали «прощай»:— Добро, добро! Привет тебе, хозяин, Добро, добро, пришел ты в добрый час. Твоя земля, омытая слезами, Тебя давно, родимый, заждалась…«Расскажите-ка, ребята, Как с врагом сражались вы?» «Дали им жару, чего там говорить! Дали им как следует, на славу, прикурить. Вот, пожалуй, девушки, и весь рассказ. Расскажите-ка, девчата, Как вы жили здесь без нас?»«Ну, предположим, вы знамениты, Но ведь мы тоже не лыком шиты. Чем могли мы — помогли мы, Нечего тут таить». Э! Что за разговоры интересные!«Расскажите-ка, ребята, Как жить намечаете?» «Ясно — хозяйство в порядок приведём И семьей колхозной мы вновь дружно заживём. Нивы и поля ярко расцветут, Вновь гармошки весело запоют. Изложите-ка, девчата, Вашу точку зрения». «Ну, предположим, вы знамениты, Но ведь мы тоже не лыком шиты. Чем могли мы — помогли мы, Нечего тут таить». Э! Что за разговоры интересные!«Расскажите-ка, ребята, Дальше как мечтаете?» «Дальше, девчата, вам, может, невдомёк, До свадеб до весёлых будет срок недалёк. А когда пойдут свадьбы шумные, И о дальнейшем подумаем, Изложите-ка, девчата, Вашу точку зрения». «Ну, предположим, вы знамениты, Но ведь мы тоже не лыком шиты. Чем могли мы — помогли мы, Нечего тут таить». Э! Что за разговоры интересные!Заходите в дом, прошу о том, С друзьями, добрые соседи! Праздник-то какой! У нас с женой сегодня родился наследник. Ставьте угощение послаще! Праздник для того подходящий. Хорош мой сын! Немного лет пройдёт, Глядишь, усы отращивать начнёт!Он будет весь в отца! У молодца характер весь в отца!Мы ему своим трудом большим Украсим радостное детство! Степи и поля — его земля, Его богатое наследство!Запевайте песни дружнее! Наливайте чарки полнее! Расти красив и всем хорош на вид. Солдатский сын отца не посрамит. Он будет весь в отца! У молодца и взгляд, как у отца!Гости разошлись… Давно зажглись На небе золотые звёзды Спит честной народ… Лишь у ворот о чём-то шепчутся берёзы…Петухи и те все уснули, Кот в клубок свернулся на стуле. Глаза закрой, засни, как спит солдат. Я расскажу тебе про Сталинград.Ты будешь весь в отца. У молодца и сон, как у отцаПоёт гармонь за Вологдой над скошенной травой. Проходит песня по лугу тропинкой луговой. Тропиночкою узкою вдвоём не разойтись — Под собственную музыку шагает тракторист.Легко ему шагается — погожий день хорош! Глаза его хозяйские осматривают рожь. Шумит она, красавица, звенят-поют овсы. И парень улыбается в пшеничные усы.Поле-поле, золотая волна… Зреет пшеница, Рожь колосится, Песня вдали слышна…По старому обычаю растил он те усы Для вида, для отличия и просто для красы Не то что для фасона — мол, как сельский музыкант. Как демобилизованный и гвардии сержант!Он, всеми уважаемый, земле отдал поклон. «С хорошим урожаем Вас!» — себя поздравил он. И вновь запели птахами гармошки, голося. Девчата только ахали и щурили глаза.Поёт гармонь за Вологдой над скошенной травой. Проходит песня по лугу тропинкой луговой. Летит она, весёлая, как птица в вышине Над городами-сёлами по вольной стороне!Майскими короткими ночами. Отгремев, закончились бои… Где же вы теперь, друзья-однополчане, Боевые спутники мои?Я хожу в хороший час заката У тесовых новеньких ворот. Может, к нам сюда знакомого солдата Ветерок попутный занёсет?Мы бы с ним припомнили, как жили, Как теряли трудным вёрстам счёт. За победу б мы по полной осушили, За друзей добавили б ещё.Если ты случайно не женатый, Ты, дружок, нисколько не тужи: Здесь у нас в районе, песнями богатом, Девушки уж больно хороши.Мы тебе колхозом дом построим, Чтобы было видно по всему, — Здесь живёт семья советского героя, Грудью защитившего страну. Майскими короткими ночами, Отгремев, закончились бои… Где же вы теперь, друзья-однополчане, Боевые спутники мои?Хороша страна родная, Даль озёрная, лесная — Родина моя. Хороши твои просторы — океаны, реки, горы — Вольные края.Из-за моря солнышко встаёт, Целый день над Родиной идёт… Здравствуй, здравствуй, край чудесный, Ждёт нас из далёка места Родина моя.Ты дала нам жизни могучую силу, Вновь цветут родные, золотые поля. Ты всех нас поила, Ты всех нас кормила, Вольная красавица земля.Хороша страна родная, Вся от края и до края Милая навек. Ты, земля, страна героев, Там, где счастье смело строит Вольный человек.Славься, славься, русская земля Путеводным светом из Кремля. Тучи звёзды не закроют, Славься, родина героев, и живи века. Ты полита кровью сынов своих славных, Память о погибших мы храним в сердцах. Живы и герои, счастье мы построим, Доведём мы дело до конца.
Пулеметчики
Борис Корнилов
1Багрового солнца над нами шары, под нами стоит лебеда, в кожухе, мутная от жары, перевернулась вода. Надвое мир разделяет щит, ленты — одна за другой… Пуля стонет, пуля трещит, пуля пошла дугой. Снова во вражеские ряды пуля идет, рыча, — если не будет у нас воды, воду заменит моча. Булькая, прыгая и звеня, бей, пулемет, пока — вся кавалерия на ко-ня… Пехота уже у штыка. Все попадания наши верны в сумрак, в позор земной — красное знамя моей страны плавает надо мной. Нашу разрезать хотят страну, высосать всю до дна — сохнет, затоптанная, она — сердце мое в плену. В наши леса идет напролом лезвие топора — колониальных дел мастера двигают топором. Желтый сапог оккупанта тяжел, шаг непомерно быстр, синь подбородок, зуб — желт, штык, револьвер, хлыст… 2Слушай, Англия, Франция, слушай, нам не надо вашей земли, но сегодня (на всякий случай) припасли мы команду: — Пли… И в краях, зеленых, отчих, посмотрев вперед, заправляет пулеметчик ленту в пулемет. Снова жилы у нас распухли, снова ядрами кулаки — если вы на Союз Республик ваши двигаете полки. Переломаны ваши древки, все останутся гнить в пыли — не получите нашей нефти, нашей жирной и потной земли. Есть еще запрещенная зона — наши фабрики, наш покой… Наземь выплеснете знамена вашей собственною рукой. 3Солнце висит, стучит лебеда — кончена песня моя: в кожухе не пересохла вода, ленты лежит змея. И в краях зеленых, отчих, посмотрев вперед, заправляет пулеметчик ленту в пулемет.
Сбегают с гор, грозят и плачут
Илья Эренбург
Сбегают с гор, грозят и плачут, Стреляют, падают, ползут. Рассохся парусник рыбачий, И винодел срубил лозу. Закутанные в одеяла, Посты застыли начеку. Война сердца освежевала И выпустила в ночь тоску. Рука пощады не попросит. Слова врага не обелят. Зовут на выручку колосья, Родные жадные поля. Суров и грозен боя воздух, И пулемета голос лют. А упадешь — земля и звезды, И путь один — как кораблю.
Песня казачки
Илья Сельвинский
Николаю АсеевуНад рекой-красавицей птица не воркует — Голос пулемета заменил дрозда. Там моя заботушка, сокол мой воюет, На папахе алая звезда.Я ли того сокола сердцем не кормила? Я ли не писала кровью до зари? У него, у милого, от его да милой Письмами набиты газыри.Письма — не спасение. Но бывает слово — Душу озаряет веселей огня. Если там хоть весточки ожидают снова, Это значит — помнят и меня.Это значит — летом ли, зимней ли порошей Постучит в оконце звонкое ружье. Золотой-серебряный, друг ты мой хороший, Горюшко военное мое.Над моей бессонницей пролетают ночи, Как закрою веки — вижу своего. У него, у милого, каренькие очи… Не любите, девушки, его.
Воет ветр в степи огромной
Каролина Павлова
Воет ветр в степи огромной, И валится снег. Там идет дорогой темной Бедный человек.В сердце радостная вера Средь кручины злой, И нависли тяжко, серо Тучи над землей.
Лада в поле
Сергей Клычков
Повязалась Лада Шелковым платком, Ходит Лада в поле С липовым лотком.Ходит Лада — сеет, Вкруг нее синеет.Взбороне́на борозда, Что ни зернышко — звезда!..Ходит Лада в поле С липовым лотком, По росе ступает Мягким лапотком. Ходит Лада — сеет, Вкруг нее синеет. Из-под белого платка Выплывают облака!
В поле
Тимофей Белозеров
Ветры клонят медуницу Спелой озимью горчат… В поле выгнали волчицу Вместе с выводком волчат. По жаре трусит волчонок, Неуклюжий, словно краб, И кузнечики спросонок Шумно брызжут из-под лап. Впереди — овечьи тропы, Солнце, травы да леса, Позади — железный топот И людские Голоса…
Дорога
Яков Петрович Полонский
Глухая степь — дорога далека, Вокруг меня волнует ветер поле, Вдали туман — мне грустно поневоле, И тайная берет меня тоска. Как кони ни бегут — мне кажется, лениво Они бегут. В глазах одно и то ж — Все степь да степь, за нивой снова нива. — Зачем, ямщик, ты песни не поешь? И мне в ответ ямщик мой бородатый: — Про черный день мы песню бережем. — Чему ж ты рад? — Недалеко до хаты — Знакомый шест мелькает за бугром. И вижу я: навстречу деревушка, Соломой крыт стоит крестьянский двор, Стоят скирды. — Знакомая лачужка, Жива ль она, здорова ли с тех пор? Вот крытый двор. Покой, привет и ужин Найдет ямщик под кровлею своей. А я устал — покой давно мне нужен; Но нет его… Меняют лошадей. Ну-ну, живей! Долга моя дорога — Сырая ночь — ни хаты, ни огня — Ямщик поет — в душе опять тревога — Про черный день нет песни у меня.
Другие стихи этого автора
Всего: 8Сестра
Виктор Гусев
Друзья, вы говорили о героях, Глядевших смерти и свинцу в глаза. Я помню мост, сраженье над рекою, Бойцов, склонившихся над раненой сестрою. Я вам хочу о ней сегодня рассказать. Как описать ее? Обычная такая. Запомнилась лишь глаз голубизна. Веселая, спокойная, простая, Как ветер в жаркий день, являлась к нам она. Взглянули б на нее, сказали бы: девчонка! Такой на фронт? Да что вы! Убежит. И вот она в бою, и мчатся пули звонко, И от разрывов воздух дребезжит. Усталая, в крови, в разорванной шинели, Она ползет сквозь бой, сквозь черный вой свинца. Огонь и смерть проносятся над нею, Страх за нее врывается в сердца, В сердца бойцов, привыкших храбро биться. Она идет сквозь смертную грозу, И шепчет раненый: — Сестра моя, сестрица, Побереги себя. Я доползу. — Но не боится девушка снарядов; Уверенной и смелою рукой Поддержит, вынесет бойца — и рада, И отдохнет чуть-чуть — и снова в бой. Откуда в маленькой, скажите, эта сила? Откуда смелость в ней, ответьте мне, друзья? Какая мать такую дочь взрастила? Ее взрастила Родина моя! Сейчас мы говорили о героях, Глядевших смерти и свинцу в глаза. Я помню мост, сраженье над рекою, Бойцов, склонившихся над раненой сестрою. Как я смогу об этом рассказать! На том мосту ее сразил осколок. Чуть вздрогнула она, тихонько прилегла. К ней подошли бойцы, она сказала: — Скоро… И улыбнулась нам, и умерла. Взглянули б на нее, сказали бы: девчонка! Такой на фронт? Да что вы! Убежит. И вот грохочет бой, и мчатся пули звонко. В земле, в родной земле теперь она лежит. И имени ее узнать мы не успели, Лишь взгляд запомнили, светивший нам во мгле. Усталая, в крови, в разорванной шинели, Она лежит в украинской земле. Мне горе давит грудь, печаль моя несметна, Но гордость за нее горит в душе моей. Да, тот народ велик и та страна бессмертна, Которая таких рождает дочерей! Так пусть по свету пролетает песня, Летит во все моря, гремит в любом краю, Песнь о моей сестре, о девушке безвестной, Отдавшей жизнь за Родину свою.
Казак уходил на войну
Виктор Гусев
(песня из кинофильма «В шесть часов вечера после войны»)На вольном, на синем, на тихом Дону Походная песня звучала. Казак уходил на большую войну, Невеста его провожала.— Мне счастья, родная, в пути пожелай, Вернусь ли домой — неизвестно. — Казак говорил, говорил ей: — Прощай! — Прощай! — отвечала невеста.Над степью зажёгся печальный рассвет, Донская волна засверкала. — Дарю я тебе на прощанье кисет, Сама я его вышивала.Будь смелым, будь храбрым в жестоком бою. За русскую землю сражайся И помни про Дон, про невесту свою, С победою к ним возвращайся.
Звезда моего деда
Виктор Гусев
Мой дед, — не знали вы его? — Он был нездешних мест. Теперь за тихою травой Стоит горбатый крест. Хоть всем по-разному любить, Никто любви не чужд. Мой дед хотел актёром быть И трагиком к тому ж. Он был горбат — мой бедный дед. Но тем, кого увлёк Высокой рампы нежный свет, Не знать других дорог. Ведь если сердце на цепи — Ту цепь не будешь рвать. И дед суфлёром поступил — Слова других шептать. Лилось мольеровских острот Крепчайшее вино, И датский принц горел костром, Велик и одинок. И каждый вечер зал кипел, Смеялся и рыдал, И лишь суфлёр своих цепей Всю жизнь не разорвал. Вино! — Ты избавитель От тяжести судьбы. Мой бедный дед, простите, Он пьяницею был. И в рваной кацавейке Ходил, и пел, и пел: «Судьба моя индейка, Нерадостный удел. Ей незнакома жалость. Держись, держись, держись!» Да! Трагику досталась Комическая жизнь. И вечером, под градусом, Он шёл, золы серей… Цвела кудрявой радостью Весенняя сирень. И бодрый жук летал в саду, Питаясь мёдом рос. И дед искал свою звезду Средь многих сотен звёзд. — Звезда моя! Звезда моя! Изменница! Согрей! — Но над тоскою пьяною Смеялася сирень. И ночь по-прежнему цвела, Красива и горда. И кто же знает, где была Коварная звезда? А дед шагал в свою тюрьму, В суфлёрский уголок, И снились, может быть, ему И Гамлет, и Шейлок. Но пробил час, последний час, В ночную глубину. Костёр заброшенный погас, Насмешливо мигнув. И там, где тихая трава, — Крест С надписью такою: «Раб божий Дмитриев Иван Скончался от запоя». Весна моя, весна моя, Непрожитой мой день! Цветёт всё та же самая Кудрявая сирень. И мы рядами на борьбу Идём, забыв про страх, И покорённую судьбу Несём в своих руках. Проходят дни, бегут года, Как отблески зари, И надо мной моя звезда Приветливо горит. Она любых огней сильней, И пять у ней концов, И умирает рядом с ней Звезда моих отцов.
Я — русский человек
Виктор Гусев
Люблю на Кремль глядеть я в час вечерний. Он в пять лучей над миром засверкал. Люблю я Волги вольное теченье, Люблю сибирских рек задумчивое пенье, Люблю, красавец мой, люблю тебя, Урал, Я — русский человек, и русская природа Любезна мне, и я ее пою. Я — русский человек, сын своего народа, Я с гордостью гляжу на Родину свою, Она цветет, работает и строит, В ней стали явью прежние мечты. Россия, Русь, — могла ль ты стать такою, Когда б советскою не стала ты? Ты сыновей растишь — пилотов, мореходов, У крымских скал, в полуночном краю. Я — русский человек, сын своего народа, Я с гордостью гляжу на Родину свою. Мир смотрит на тебя. Ты — новых дней начало. Ты стала маяком для честных и живых. И это потому, что слово — русский — стало Навеки близким слову — большевик; Что ты ведешь дружину молодую Республик — Октября могучих дочерей. Я — русский человек, и счастлив потому я, Что десять есть сестер у матери моей. Как все они сильны, смелы и благородны! Россия, Родина, — услышь слова мои: Ты потому счастлива и свободна, Что так же сестры счастливы твои; Что Грузия в цвету, Армения богата, Что хорошо в Баку и радостно в Крыму. Я — русский человек, но как родного брата Украинца пойму, узбека обниму. Так говорит поэт, и так его устами Великий, древний говорит народ: Нам, русским, братья все, кто вместе с нами Под большевистским знаменем идет. Могильные холмы сейчас я вспоминаю. Гляжу на мир долин, а в горле горя ком: Здесь русский лег, Петлюру поражая, Там украинец пал, сражаясь с Колчаком. Поклон, богатыри! Над нами коршун кружит, Но мы спокойно ждем. Пускай гремит гроза. В огнях боев рождалась наша дружба, С тобой, мой друг киргиз, с тобой, мой брат казах, Как я люблю снега вершин Кавказа, Шум северных дубрав, полей ферганских зной! Родился я в Москве, но сердцем, сердцем связан С тобою, мой Баку, Тбилиси мой родной! Мне двадцать девять лет. Я полон воли к жизни. Есть у меня друзья, — я в мире не один, Я — русский человек, я — сын социализма, Советского Союза гражданин!
Песня о Москве
Виктор Гусев
Хорошо на московском просторе! Светят звезды Кремля в синеве. И как реки встречаются в море, Так встречаются люди в Москве. Нас веселой толпой окружила, Подсказала простые слова, Познакомила нас, подружила В этот радостный вечер Москва.И в какой стороне я не буду, По какой ни пройду я траве, Друга я никогда не забуду, Если с ним подружился в Москве.Не забыть мне очей твоих ясных. И простых твоих ласковых слов, Не забыть мне московских прекрасных Площадей, переулков, мостов. Скоро встанет разлука меж нами, Зазвенит колокольчик: «Прощай!» За горами, лесами, полями Ты хоть в песне меня вспоминай.Волны радио ночью примчатся Из Москвы сквозь морозы и дым. Голос дальней Москвы мне казаться Будет голосом дальним твоим. Но я знаю, мы встретимся скоро, — И тогда, дорогая, вдвоем На московских широких просторах Мы опять эту песню споем.И в какой стороне я не буду, По какой ни пройду я траве, Друга я никогда не забуду, Если с ним подружился в Москве.
Октябрьский смотр
Виктор Гусев
Не глядя на непогоду, презирая протесты дождей, Идут молодые художники к полотнищам площадей. Они не жалеют красок, они не жалеют трудов, И вспыхивают плакаты на улицах городов. И вот выплывает в небо холодная луна. Осталась до годовщины короткая ночь одна. И кажется мне — начиная пятнадцатый свой год, Октябрьская революция свершает ночной обход. Она проверяет твердость армии своей, Она проверяет оружие, она проверяет людей. И прежде всего она спрашивает каждого из нас: — Под знаменем партии Ленина идет ли рабочий класс? — И мы отвечаем — впрочем, надо сказать точней — Автомобили АМО за нас отвечают ей, Молодые кузнецкие домны чугуном отвечают ей, И ясли ей отвечают ровным дыханьем детей. Ее приветствуют школы каракулями ребят, Ей орденом салютуют герои ударных бригад. И хоть работы немало и некогда им присесть, — Вперед! — говорит Революция. И они отвечают: — Есть…- Она проходит дальше, и спрашивает она: — А что моя Красная Армия, по-прежнему ли сильна? — Вопрос ее затихает, встреченный тишиной. Нельзя говорить часовому, а армия — часовой. И это лучше ответа, недаром вопят в ночи Французские генералы, бухарские басмачи. Недаром сжимается злобно в расшитых шевронах рука. Овладевают техникой дивизии РККА. Умножь ее на соревнование и силы попробуй учесть. — Готовсь,- говорит Революция. И бойцы отвечают: — Есть! — Она проходит дальше, и хочет она узнать: Быть может, сошла на Европу Гуверова благодать? Но полицейские залпы оттуда гремят в ответ. Глотает газ безработный — самый дешевый обед. С грохотом рушатся биржи, пылает банкиров закат. — «Рот фронт»,- говорят ей компартии на сорока языках. Миллионы угрюмых рабочих они ведут за собой, — В бой,- говорит Революция. И они отвечают: — В бой! — И дальше идет Революция. И рапорт ей отдает Мой девятьсот девятый. довольно отважный год. Он в призывных комиссиях стоит, к обороне готов. Его врачи выслушивают, и он говорит — здоров. И нам дают назначенье и круглую ставят печать. Наша приходит очередь Республику защищать. Мы, конечно, молоды, но поступь у нас тверда. — Вперед,- говорит Революция. И мы отвечаем: — Да! — Не глядя на непогоду, презирая протесты дождей, Идут молодые художники к полотнищам площадей, Они не жалеют красок, они не жалеют трудов, И вспыхивают плакаты на улицах городов. И вот выплывает в небо холодная луна. Осталась до годовщины короткая ночь одна.
Песня из пьесы «Слава»
Виктор Гусев
Были два друга в нашем полку. Пой песню, пой. Если один из друзей грустил, Смеялся и пел другой.И часто ссорились эти друзья. Пой песню, пой. И если один говорил: «Да!» «Нет!» — говорил другой.И кто бы подумать, ребята, мог, — Пой песню, пой, — Что был один из них ранен в бою, Что жизнь ему спас другой.И нынче их вызвал к себе командир. Пой песню, пой. «На Запад поедет один из вас, На Дальний Восток другой».Друзья улыбнулись. Ну что ж! Пустяк Пой песню, пой. «Ты мне надоел», — заявил один. «И ты мне», — сказал другой.А время отсчитывало часы. Пой песню, пой. Один из них прыгнул в автомобиль, Сел в самолет другой.Северный ветер кричал: «Крепись!» Пой песню, пой. Один из них вытер слезу рукавом , Ладонью смахнул другой.
Мать и сын
Виктор Гусев
В далекий дом в то утро весть пришла, Сказала так: «Потеря тяжела. Над снежною рекой, в огне, в бою Ваш муж Отчизне отдал жизнь свою». Жена замолкла. Слов не подобрать. Как сыну, мальчику, об этом рассказать? Ему учиться будет тяжело. Нет, не скажу… А за окном мело, А за окном седой буран орал. А за окном заводы, снег, Урал. И в школу тоже весть в тот день пришла. Сказала: «Школьники потеря тяжела. Отец Володи вашего в бою Отчизне отдал жизнь прекрасную свою». И сын об этом от товарищей узнал. Сидел среди друзей, весь вечер промолчал. Потом пошел домой и думал он: «Как быть?» И матери решил не говорить. Ведь нынче в ночь ей на завод идти. Об этом скажешь — не найдет пути. С тех пор о нем и вечером и днем Они друг другу говорят как о живом, И вспоминают все его слова, И как он песни пел, как сына целовал, И как любил скорей прийти домой, — И он для их любви действительно живой. Вот только ночью мать слезу смахнет, В подушку сын украдкою всплакнет, А утром надо жить, учиться, побеждать. Как силу их сердец мне передать!