Будь жестока, будь упорна
Будь жестока, будь упорна, Будь спесива, несговорна; Буде отныне могу еще осердиться, То мой гнев в моем сердце имеет храниться. Ах, нет! хоть в какой напасти Глаза явят мои страсти. Но вы не увидите мое сердце смело, Чтоб оно противу вас когда зашумело. Я вас имею умолять, Дабы ко мне милость являть. Буде отныне могу еще осердиться, То мой гнев в моем сердце имеет храниться.
Похожие по настроению
Послание (Будь человек, терпи…)
Алексей Кольцов
(В.Г.Белинскому) Будь человек, терпи! Тебе даны силы, Какими жизнь живёт И мир вселенной движет. Не так природа-мать, Но по закону воли Свои дары здесь раздаёт Для царства бытия! Когда ж над ней есть воля, — Без воли — миг — и что она? — Так как же могут люди Твоей душою управлять?.. Пущай они восстанут, Против тебя пойдут, В твою главу ударят Всей силою земной, — Не пяться, друг! стой прямо! Главы пред ними не склоняй! Но смело в бой неравный — На битву божию ступай! Не уничтожить им Твоей могучей воли; Пока в грудях дыханье — До тех пор бейся с ними ты… Громада гор земля — Земля песчинка лишь одна; И океан безбрежных вод — Что капля утренней росы. У духа жизни веса нет У воли духа нет границ, Везде одна святая сила, И часть её есть сила та ж. Одним лучом огонь небес Осветит тьму, согреет лёд, Но тьма и холод в небе Другова солнца не зажжёт. Зачем же долго медлить? Другую мочь откуда ждать? Когда с презреньем люди Зовут тебя на брань, Ступай во имя бога, Воюй за правду, честь, Умри на поле брани; Но не беги с него назад. И где война — там дело Великой жизни бытия! В её борьбе — паденье смерти И новой мысли торжество!
Злая страсть
Андрей Белый
Я полна истомы страстной, Я — царица, ты пришлец. Я тебе рукою властной Дам мой царственный венец. Горстью матовых жемчужин Разукрашу твой наряд. Ты молчишь? Тебе не нужен Мой горящий пылкий взгляд? Знай, одежда совлечется С этих стройных, белых плеч. В тело нежное вопьется Острым жалом длинный меч. Пусть меня затешат муки, Пыток знойная мечта, Вздернут матовые руки К перекладине креста. Черный раб тебе пронижет Грудь отравленным копьем, Пусть тебя и жжет, и лижет Огнь палящим языком. Ленты дымнозолотые Перевьют твой гибкий стан. Брызнут струи огневые Из горящих, свежих ран Твои очи — незабудки, Твои зубы — жемчуга. Ты молчишь, холодный, жуткий, Помертвевший, как снега Ты молчишь. В лазурном взгляде Укоризна и вопрос. И на грудь упали пряди Золотых твоих волос. Палачи, вбивайте гвозди! Кровь струёй кипящей льет; Так вино из сочных гроздий Ярким пурпуром течет. В желтой палке искра тлела, Пламя змейкой завилось, Бледно-мраморное тело Красным отблеском зажглось. Миг еще — бессильно двинешь Попаленной головой. С громким воплем к небу вскинешь Взор прозрачно-голубой. Миг еще — и, налетая, Ветер пламя колыхнет, Вьет горящий столб, взлетая, Точно рдяный водомет. В дымном блеске я ослепла. Злая страсть сожгла мне кровь. Ветер, серой горстью пепла Уноси мою любовь! Из чужого прибыл краю. Мое счастье загубил. Кто ты был, почем я знаю, Если б ты меня любил, Отдалась твоей я вере б, Были б счастливы вдвоем… Ты не смейся, желтый череп, Надо мной застывшим ртом.
Ты не добра
Давид Самойлов
Ты не добра. Ко мне добра. Ты не жестока. Ты со мной жестока. Хоть ты из моего ребра, Но требуешь За око Око.Я очи отдал. Новая заря Прольется на меня, Как неживая Тогда найду себе поводыря. И побредем мы, Песни распевая.
Возлюбив боль поругания
Елена Гуро
Возлюбив боль поругания, Встань к позорному столбу. Пусть не сорвутся рыдания! — Ты подлежишь суду!Ты не сумел принять мир без содрогания В свои беспомощные глаза, Ты не понял, что достоин изгнания, Ты не сумел ненавидеть палача! ………………. Но чрез ночь приди в запутанных улицах Со звездой горящей в груди… Ты забудь постыдные муки! Мы все тебя ждем в ночи!Мы все тебя ждем во тьме томительной, Ждем тепла твоей любви… Когда смолкнет день нам бойцов не надо, — Нам нужен костер в ночи!А на утро растопчем угли Догоревшей твоей любви И тебе с озлобленьем свяжем руки… ………………. Но жди вечерней зари!
К жестокой
Евгений Абрамович Боратынский
Неизвинительной ошибкой, Скажите, долго ль будет вам Внимать с холодною улыбкой Любви укорам и мольбам? Одни победы вам известны; Любовь нечаянно узнав, Каких лишитеся вы прав И меньше ль будете прелестны? Ко мне, примерно, нежной став, Вы наслажденья лишены ли Дурачить пленников других И гордой быть, как прежде были, К толпе соперников моих? Еще же нужно размышленье! Любви простое упоенье Вас не довольствует вполне; Но с упоеньем поклоненье Соединить не трудно мне; И, ваш угодник постоянный, Попеременно я бы мог — Быть с вами запросто в диванной, В гостиной быть у ваших ног.
Накипевшая за годы
Георгий Иванов
Накипевшая за годы Злость, сводящая с ума, Злость к поборникам свободы, Злость к ревнителям ярма, Злость к хамью и джентльменам — Разномастным специменам Той же «мудрости земной», К миру и стране родной.Злость? Вернее, безразличье К жизни, к вечности, к судьбе. Нечто кошкино иль птичье, Отчего не по себе Верным рыцарям приличья, Благонравным А и Б, Что уселись на трубе.
Мститель
Константин Бальмонт
Если б вы молились на меня, Я стоял бы ангелом пред вами, О приходе радостного дня Говорил бы лучшими словами. Был бы вам как радостный восход, Был бы вам как свежесть аромата, Сделал бы вам легким переход К грусти полумертвого заката. Я бы пел вам сладостно звеня, Я б не ненавидел вас, как трупы, Если б вы молились на меня, Если бы вы не были так скупы. А теперь, угрюмый и больной, А теперь, как темный дух, гонимый, Буду мстить вам с меткостью стальной, Буду бич ваш, бич неумолимый.
Тягостны бескрасные дни
Михаил Зенкевич
Тягостны бескрасные дни. Для мужчины — охотника и воина Сладостна искони Не стервятина, а убоина. Но крепит душа сомкнувшуюся глубь, Погружая раскаленную оболочку в снег. Отрезвевшая от любовных нег, Черепную чашу пригубь, Женщина, как некогда печенег. Ничего, что крышка не спилена, Что нет золотой оправы. Ничего. Для тебя налита каждая извилина Жертвенного мозга моего.
Мне воли не давай
Наталья Крандиевская-Толстая
Мне воли не давай. Как дикую козу, Держи на привязи бунтующее сердце. Чтобы стегать меня — сломай в полях лозу, Чтобы кормить меня — дай трав, острее перца.Верёвку у колен затягивай узлом, Не то, неровен час, взмахнут мои копытца И золотом сверкнут. И в небо напролом… Прости, любовь!.. Ты будешь сердцу сниться…
Любовь не прощает
Ольга Берггольц
Я сердце свое никогда не щадила: ни в песне, ни в дружбе, ни в горе,ни в страсти… Прости меня, милый. Что было, то было Мне горько. И все-таки всё это — счастье.И то, что я страстно, горюче тоскую, и то, что, страшась небывалой напасти, на призрак, на малую тень негодую. Мне страшно… И все-таки всё это — счастье.Пускай эти слезы и это удушье, пусть хлещут упреки, как ветки в ненастье. Страшней — всепрощенье. Страшней — равнодушье. Любовь не прощает. И всё это — счастье.Я знаю теперь, что она убивает, не ждет состраданья, не делится властью. Покуда прекрасна, покуда живая, покуда она не утеха, а — счастье.
Другие стихи этого автора
Всего: 26Выди, Тирсис, отсюду, пора любовь кинуть
Василий Тредиаковский
Выди, Тирсис, отсюда, пора любовь кинуть: Довольно и долго зде в любви могл ты гинуть. Не в сем то острове, где мысль бывает уныла, Находится честь, что всем добрым людей мила. Надо любить было: Любовь учит жити, Той огнь без света в сердце не возможет быти. Но уже, Тирсис, за мной следовать есть время, И знай, что мое сличье не от смертна племя.
Ворон и лисица (Басня)
Василий Тредиаковский
Негде Ворону унесть сыра часть случилось; На дерево с тем взлетел, кое полюбилось. Оного Лисице захотелось вот поесть; Для того, домочься б, вздумала такую лесть: Воронову красоту, перья цвет почтивши, И его вещбу еще также похваливши, «Прямо, — говорила, — птицею почту тебя Зевсовою впредки, буде глас твой для себя, И услышу песнь, доброт всех твоих достойну». Ворон похвалой надмен, мня себе пристойну, Начал, сколько можно громче, кракать и кричать, Чтоб похвал последню получить себе печать; Но тем самым из его носа растворенна Выпал на землю тот сыр. Лиска, ободренна Оною корыстью, говорит тому на смех: «Всем ты добр, мой Ворон; только ты без сердца мех».
Видеть все женские лица
Василий Тредиаковский
Видеть все женские лица Без любви беспристрастно; Спознать нову с девицы Учинять повсечасно; Казать всем то ж учтивство, Всё искать свою радость. Такову то любимство Дает в жизни всем сладость!
Виделось мне
Василий Тредиаковский
Виделось мне; кабы тая В моих прекрасная дева Умре руках вся нагая, Не чиня ни мала зева. Но смерть так гибель напрасну Видя, ту в мир возвратила В тысячу раз паче красну; А за плач меня журила. Я видел, что ясны очи Ее на меня глядели, Хотя и в темноту ночи, И нимало не смертвели. «Ах!- вскричал я велегласно, Схвативши ее рукою, Как бы то наяву власно,- Вас было, Мила, косою Ссечь жестока смерть дерзнула! Ох! и мне бы не миновать, Коли б вечно вы уснула!» Потом я стал ту обнимать. Я узнал, как пробудился, Что то есть насмешка грезы. Сим паче я огорчился, Многи проливая слёзы.
В сем озере бедные любовники
Василий Тредиаковский
В сем озере бедные любовники присны Престают быть в сем свете милым ненавистны: Отчаяваясь всегда от них любимы быть, И не могуще на час во свете без них жить; Препроводивши многи свои дни в печали, Приходят к тому они, дабы жизнь скончали. Тамо находятся все птицы злопророчны, Там плавают лебеди весьма диким точны, И чрез свои печальны песни и негласны Плачут о любовниках, которы бесчастны.
В сем месте море не лихо
Василий Тредиаковский
В сем месте море не лихо, Как бы самой малой поток. А пресладкий зефир тихо, Дыша от воды не высок, Чинит шум приятной весьма Во игрании с волнами. И можно сказать, что сама Там покоится с вещами Натура, дая всем покой. Премногие красят цветы Чрез себя прекрасный брег той. И хотя чрез многи леты, Но всегда не увядают; Розы, тюлипы, жасмины Благовонность испускают, Ольеты, также и крины. Правда, что нет во всем свете Сих цветов лучше и краше; Но в том месте в самом лете Не на них зрит око наше.
Песенка любовна
Василий Тредиаковский
Красот умильна! Паче всех сильна! Уже склонивши, Уж победивши, Изволь сотворить Милость, мя любить: Люблю, драгая, Тя, сам весь тая.Ну ж умилися, Сердцем склонися; Не будь жестока Мне паче рока: Сличью обидно То твому стыдно. Люблю, драгая, Тя, сам весь тая.Так в очах ясных! Так в словах красных! В устах сахарных, Так в краснозарных! Милости нету, Ниже привету? Люблю, драгая, Тя, сам весь тая.Ах! я не знаю, Так умираю, Что за причина Тебе едина Любовь уносит? А сердце просит: Люби, драгая, Мя поминая.
Падших за отчизну покрывает здесь земля
Василий Тредиаковский
Падших за отчизну покрывает здесь земля, Ревность к жаркой битве сделалась уже в них тля. Греция вся, быв едва не порабощенна, От работы животом сих всех воспященна. Сей предел есть Зевсов. Человеки! Нет тех сил, Чтоб и вас рок также умереть не осудил. Токмо что богам не быть вечно смерти пленным И в блаженстве ликовать бытием нетленным.
Описание грозы, бывшей в Гааге
Василий Тредиаковский
С одной страны гром, С другой страны гром, Смутно в воздухе! Ужасно в ухе! Набегли тучи, Воду несучи, Небо закрыли, В страх помутили! Молнии сверкают, Страхом поражают, Треск в лесу с перуна, И темнеет луна, Вихри бегут с прахом, Полоса рвет махом, Страшно ревут воды От той непогоды. Ночь наступила, День изменила, Сердце упало: Всё зло настало! Пролил дождь в крышки, Трясутся вышки, Сыплются грады, Бьют ветрограды. Все животны рыщут, Покоя не сыщут, Биют себя в груди Виноваты люди, Боятся напасти И, чтоб не пропасти, Руки воздевают, На небо глашают: «О солнце красно! Стань опять ясно, Разжени тучи, Слезы горючи, Столкай премену Отсель за Вену. Дхнуть бы зефиром С тишайшим миром!» А вы, аквилоны, Будьте как и ӯны: Лютость отложите, Только прохладите. Побеги вся злоба До вечного гроба: Дни нам надо красны, Приятны и ясны».
Она есть мучения в любви враг смертельный
Василий Тредиаковский
Она есть мучения в любви враг смертельный. И котора, когда кто зле с ней поступает, При pomocе своея ярости презельной Тотчас с глаз как молния быстра пропадает. Случается иногда сим ей избавляти Любовника погибла почти всеконечно От той гибели целой и противустати Любви и злой ревности чрез весь живот вечно. Оная моей милой неверность мне мнима Дала вину не любить в моих ту обетах. А досада казалась так весьма любима, Что чрез девять дней целых я был у ней в нетах. Но печаль не отошла и скука намало, А сердце стерпевало так велики казни, Что с любовью Аминты смерть лучше желало, Нежели б мне лишиться ее всей приязни.
О коль сердцу есть приятно
Василий Тредиаковский
О коль сердцу есть приятно Видеть за неверну мниму, Речи нам предлагать внятно К оправданию любиму, Тысящи извинений Искать, и своей рукою От стужных сердца кипений Утирать плач, а собою Чрез великие милости Платить за горькие очам Слезы и за унылости, Что были по дням, по ночам.
О коль мне тамо сладка веселия было
Василий Тредиаковский
О коль мне тамо сладка веселия было! С каким довольством прошло мое время! Всё в восхищени мое сердце себя зрило! С радости к небу бралось мое темя! О ежели бы я там взнуздал мою похоть! Всё зрил Аминту! везде радость многа! И не было ни о чем, ах! мне тамо охать: Всегда с ней речи, нигде нет подлога, Я был довольно любим, чтоб мне не крушиться; Надобно ль было, увы! мыслить тамо, Чтоб при ней еще лучше тогда мне найтиться, Когда веселье приплывало само?