Кедр
На вырубке, в таёжном мелколесье, Открыто недоступный топору, Могучий кедр, качаясь в поднебесье, Смолистой хвоей свищет на ветру. В рубцах-надрубах, в трещинах замшелых, В броню коры тяжёлую одет, Среди берёз и ёлок обгорелых Зовёт друзей, которых больше нет…
Похожие по настроению
Лес
Афанасий Афанасьевич Фет
Куда ни обращаю взор, Кругом синеет мрачный бор И день права свои утратил. В глухой дали стучит топор, Вблизи стучит вертлявый дятел. У ног гниет столетний лом, Гранит чернеет, и за пнем Прижался заяц серебристый, А на сосне, поросшей мхом, Мелькает белки хвост пушистый. И путь заглох и одичал, Позеленелый мост упал И лег, скосясь, во рву размытом, И конь давно не выступал По нем подкованным копытом.
Лес
Алексей Кольцов
[I]Посвящено памяти А. С. Пушкина[/I] Что, дремучий лес, Призадумался, — Грустью темною Затуманился? Что Бова-силач Заколдованный, С непокрытою Головой в бою, — Ты стоишь — поник, И не ратуешь С мимолетною Тучей-бурею. Густолиственный Твой зеленый шлем Буйный вихрь сорвал — И развеял в прах. Плащ упал к ногам И рассыпался… Ты стоишь — поник, И не ратуешь. Где ж девалася Речь высокая, Сила гордая, Доблесть царская? У тебя ль, было, В ночь безмолвную Заливная песнь Соловьиная… У тебя ль, было, Дни — роскошество, — Друг и недруг твой Прохлаждаются… У тебя ль, было, Поздно вечером Грозно с бурею Разговор пойдет; Распахнет она Тучу черную, Обоймет тебя Ветром-холодом. И ты молвишь ей Шумным голосом: «Вороти назад! Держи около!» Закружит она, Разыграется… Дрогнет грудь твоя, Зашатаешься; Встрепенувшися, Разбушуешься: Только свист кругом, Голоса и гул… Буря всплачется Лешим, ведьмою, — И несет свои Тучи за море. Где ж теперь твоя Мочь зеленая? Почернел ты весь, Затуманился… Одичал, замолк… Только в непогодь Воешь жалобу На безвременье. Так-то, темный лес, Богатырь-Бова! Ты всю жизнь свою Маял битвами. Не осилили Тебя сильные, Так дорезала Осень черная. Знать, во время сна К безоружному Силы вражие Понахлынули. С богатырских плеч Сняли голову — Не большой горой, А соломинкой…
Бор сосновый в стране одинокий стоит
Алексей Константинович Толстой
Бор сосновый в стране одинокий стоит; В нем ручей меж деревьев бежит и журчит. Я люблю тот ручей, я люблю ту страну, Я люблю в том лесу вспоминать старину. «Приходи вечерком в бор дремучий тайком, На зеленом садись берегу ты моем! Много лет я бегу, рассказать я могу, Что случилось когда на моем берегу; Из сокрытой страны я сюда прибежал, Я чудесного много дорогой узнал! Когда солнце зайдет, когда месяц взойдет И звезда средь моих закачается вод, Приходи ты тайком, ты узнаешь о том, Что бывает порей здесь в тумане ночном!» — Так шептал, и журчал, и бежал ручеек; На ружье опершись, я стоял, одинок, И лишь говор струи тишину прерывал, И о прежних я грустно годах вспоминал.
Придорожная береза
Алексей Жемчужников
В поле пустынном, у самой дороги, береза, Длинные ветви раскинув широко и низко, Молча дремала, и тихая снилась ей греза; Но встрепенулась, лишь только подъехал я близко.Быстро я ехал; она свое доброе дело Все же свершила: меня осенила любовно; И надо мной, шелестя и дрожа, прошумела, Наскоро что-то поведать желая мне словно —Словно со мной поделилась тоской безутешной, Вместе с печальным промолвя и нежное что-то… Я, с ней прощаясь, назад оглянулся поспешно, Но уже снова ее одолела дремота.
Две ветки
Алексей Апухтин
Верхние ветви зеленого, стройного клена, В горьком раздумье слежу я за вами с балкона. Грустно вы смотрите: ваше житье незавидно; Что на земле нас волнует — того вам не видно. В синее небо вы взор устремили напрасно: Небо — безжалостно, небо — так гордо-бесстрастно! Бури ль вы ждете? Быть может, раскрывши объятья, Встретитесь вы, как давно разлученные братья?.. Нет, никогда вам не встретиться! Ветер застонет Листья крутя, он дрожащую ветку наклонит, Но, неизменный, суровый закон выполняя, Тотчас от ветки родной отшатнется другая… Бедные ветви, утешьтесь! Вы слишком высоки: Вот отчего вы так грустны и так одиноки!
Это качается сосна
Георгий Иванов
Это качается сосна И убаюкивает слух. Это последняя весна Рассеивает первый пух. Я жил и стало грустно мне Вдруг, неизвестно отчего. Мне стало страшно в тишине Биенье сердца моего.
Одинокий дуб
Николай Алексеевич Заболоцкий
Дурная почва: слишком узловат И этот дуб, и нет великолепья В его ветвях. Какие-то отрепья Торчат на нем и глухо шелестят.Но скрученные намертво суставы Он так развил, что, кажется, ударь — И запоет он колоколом славы, И из ствола закапает янтарь.Вглядись в него: он важен и спокоен Среди своих безжизненных равнин. Кто говорит, что в поле он не воин? Он воин в поле, даже и один.
В пути
Саша Чёрный
Яркий цвет лесной гвоздики. Пряный запах горьких трав. Пали солнечные блики, Иглы сосен пронизав. Душно. Скалы накалились, Смольный воздух недвижим, Облака остановились И расходятся, как дым… Вся в пыли, торчит щетина Придорожного хвоща. Над листвой гудит пустынно Пенье майского хруща. Сброшен с плеч мешок тяжёлый, Взор уходит далеко… И плечо о камень голый Опирается легко. В глубине сырого леса Так прохладно и темно. Тень зеленого навеса Тайну бросила на дно. В тишине непереходной Чуть шуршат жуки травой. Хорошо на мох холодный Лечь усталой головой! И, закрыв глаза, блаженно Уходить в лесную тишь И понять, что все забвенно, Все, что в памяти таишь.
Жалко стройных кипарисов
Семен Надсон
Жалко стройных кипарисов — Как они зазеленели! Для чего, дитя, к их веткам Привязала ты качели? Не ломай душистых веток, Отнеси качель к обрыву, На акацию густую И на пыльную оливу: Там и море будет видно; Чуть доска твоя качнется, А оно тебе сквозь зелень В блеске солнца засмеется, С белым парусом в тумане, С белой чайкой, в даль летящей, С белой пеною, каймою Вдоль по берегу лежащей.
Листок
Сергей Дуров
О родного дерева отпадший, На волю преданный грозам, Окажи, листок полуувядший, Куда летишь? — Не знаю сам! О тех пор, как дуб упал от бури, От дружной ветки отлучась, То я ношусь в степях лазури, То снова падаю я в грязь. Я мчусь по прихоти суровой, Куда влечет меня мой рок, Куда несется лист лавровый И легкий розовый листок.
Другие стихи этого автора
Всего: 87В зимнем лесу
Тимофей Белозеров
Сквозь иней леса одиноко Дрожат далекие огни. На хрупкой ветке спит сорока — Лишь только руку протяни. В берлоге, между трех сосенок, Храпит доверчивый медведь. И месяц так беспечно тонок, Что даже боязно глядеть…
Дарит песенки весна…
Тимофей Белозеров
Дарит песенки весна, Раздает улыбки, И на встречу ей со дна Выплывают рыбки.
Летняя песенка
Тимофей Белозеров
Опять смеется лето В открытое окно, И солнышка, и света Полным, полным-полно! Опять трусы и майки Лежат на берегу, И нежатся лужайки В ромашковом снегу!
День Победы
Тимофей Белозеров
Майский праздник — День Победы Отмечает вся страна. Надевают наши деды Боевые ордена. Их с утра зовёт дорога На торжественный парад, И задумчиво с порога Вслед им бабушки глядят.
Заяц
Тимофей Белозеров
Шорохами, звоном куржака Разбудило зайца-русака. Боязно и холодно бедняжке, Голодно ему — не до игры! В голубом заснеженном овражке Поглодал он ивовой коры. Осмелев, размялся понемногу, Обежал заиндевелый лес, Пересек пустынную дорогу И в зеленой озими исчез…
Лесной Плакунчик
Тимофей Белозеров
Шла по лесу Лена, Споткнулась, Упала, И к деду Плакунчику В гости Попала. Приветливо дверью Скрипела избушка, В углу на ушате Дремала лягушка. Струился за печкою Голос сверчка Из щёлки сухого полена. На лавке Седого как лунь старичка Сквозь слезы увидела Лена… Плакунчик одёрнул Цветной армячок, Седую бородку Зажал в кулачок, И с грустной улыбкой Промолвил: — Идём! Уж ежели плакать, то плакать вдвоём! Уж я не обижу, уж я провожу — Плакучую тропку тебе покажу… И как это ты оступиться могла? — Взглянул он на Лену с тревогой. — Идём, если можешь! — И Лена пошла, Корзинку подняв У порога. Лесная дорожка — Грибы да морошка, — В задумчивый ельник Свернула дорожка. Плакунчик по ней Не спеша семенит, Привычно пылит лапотками. На шапке его Колокольчик звенит — Подснежник с тремя лепестками. В лесу — тишина. Только ели скрипят Да белки на ветках судачат. — Смотрите! — В гнезде сорочата кричат. — Зайчонок к Плакунчику скачет! — Мелькнула, как мячик, Комулька хвоста, А вот и зайчонок — Кувырк из куста! — Плакунчик, Плакунчик, Я лапки отбил, Бежал из осинника в слякоть! Мне ночью барсук На усы наступил, Мне больно И хочется плакать! — И Лена подумала: «Я не одна!», Взглянув на зайчонка со вздохом. — Поплачь с ним, Плакунчик! — Сказала она. — Совсем ему, бедному, плохо! А я подожду, На пеньке посижу, Морошку на ниточку Я нанижу. — Плакунчик зайчонка Погладил рукой, К холодному носу Прижался щекой И только ладошкой Провёл по глазам — Запрыгали слезы У них по усам… Проснулись в траве Плясуны-комары, Лягушки и жабы — в озёрах, Запели в ручье Молодые бобры, Мышата откликнулись В норах: — В роще, На опушке, В поле И в ряму* Плакать И смеяться Плохо Одному!.. — Поплакал зайчонок, Устало вздохнул И, уши рогулькой, Под ёлкой Уснул. Лесная дорожка — Грибы да морошка, — В медвежий малинник Нырнула дорожка. Лениво листву Ветерок шевелит, Скребётся в ней, Словно мышонок… В траве под кустом Медвежонок скулит — Объелся малины спросонок. На ягоды смотрит, А в рот не берёт, Сердито глаза Непослушные трёт. И Лена вздохнула: — Ведь я не одна! — И тихо ступила в сторонку. — Поплачь с ним, Плакунчик! — Сказала она. — Поплачь, помоги медвежонку! А я подожду, На пеньке посижу, Морошку на ниточку Я нанижу. — Плакунчик пригладил Седые усы, Глотнул из фиалки Медовой росы, Зажмурясь, похныкал, похныкал И вот — Тряхнул бородёнкой Да как заревёт… Моргнул медвежонок И тут же, молчком, Слезу со слезинкой Слизнул язычком. Причмокнул губами, Сопя и урча, И радостно к маме Задал стрекача! Лесная дорожка — Грибы да морошка, — Неласковой, сумрачной Стала дорожка. Плакунчик по ней Босиком семенит, Шуршит за спиной лапотками. Тревожно его колокольчик звенит Подснежник с тремя лепестками… Плакунчику грач Закричал из гнезда На склоне крутого овражка: — Ну где же ты ходишь? Случилась беда Такая, Что вымолвить тяжко! Синичье дупло разорила куница, Не выплачет горе — Погибнет синица! Ты должен помочь ей Как можно скорей! — Скорей! — Зашумела дубрава. — Скорей! — Раздались голоса снегирей И сверху, И слева, И справа. Плакунчику путь Показали клесты, И он побежал, раздвигая кусты, По кочкам, сухим и трухлявым, По ямам, по сучьям и травам. Бородку ему на плечо занесло, Бежит он и видит Пустое дупло… И вот у Плакунчика Сморщился нос, Печально сомкнулись ресницы, И брызнули частые бусины слез На щёчки и грудку синицы… А где-то в кустах Прозвучало: — Чувить! — Чувить! — перекликнулось в травах, — Давайте поможем ей гнёздышко свить! — Свить! Свить! — Зашумела дубрава… И Лена вздохнула: — Чего же я жду? Уж лучше одна Потихоньку пойду. — Пиликал кузнечик Под шляпой груздя, Кукушка вдали куковала. И первая тёплая капля дождя На пыльную землю упала… И всё расцвело, засверкало вокруг — И лес, и дорожка, И речка, и луг.
Новое лукошко
Тимофей Белозеров
Берестень мой, берестень — Новое лукошко! — Вот приветливая тень- Посидим немножко. Посидим да поглядим, Как по дну овражка Тихим облачком седым Стелется ромашка. Поглядим на дальний луг С желтыми стогами, Поглядим, как черный жук Шевелит ногами. На рябину и на пень Поглядим немножко… Берестень мой, берестень — Новое лукошко!
Другу-читателю
Тимофей Белозеров
Если я Писать стихи Для тебя устану, То подамся в пастухи В Русскую Поляну. * Выйду поутру с рожком, Заломлю папаху, Опояшу ремешком Белую рубаху. Уроню на лебеду Кнутика шелковье, Заиграю на ходу Что-нибудь Коровье. И пробудится народ, И начнёт зариться, И телята у ворот Навострят Копытца. Русская Поляна — село на юге Омской области.
Считалки
Тимофей Белозеров
[B]1[/B] Майским вечеpом K пестpушке Hа блины пpишли Подpужки: Тpи несушки, Тpи клохтушки. Сколько куpочек В избушке? [B]2[/B] Плыл у беpега пескаpик, Потеpял воздушный шаpик. Помоги его найти — Сосчитай до десяти. [B]3[/B] Из позёмки Ветеpок Свил Сеpебpяный Шнуpок И на нём Пpивёл В тайгу Белогpивую Пуpгу!
Дума
Тимофей Белозеров
Убегу из дома наудачу — К рыбакам, к охотникам в тайгу! Убегу и даже не заплачу… А заплачу — тоже убегу! Убегу от маминого крика, От её усталого лица, От сестры, с её причёской дикой, Убегу от пьяного отца. Убегу от ласковых соседей, От старух слезливых — навсегда Убегу в тайгу стрелять медведей, На озёрах ставить невода! Буду жить в палатке на приволье, Зимней ночью мёрзнуть у костра, Буду сыт я чёрствым хлебом с солью, Воду пить из чёрного ведра. А потом, огромный, бородатый, Я ружьё поставлю у крыльца, И отец с улыбкой виноватой Расцелует Сына-беглеца.
Ермак
Тимофей Белозеров
Шёл Ермак с боевой дружиной, Вороша вековую тишь. И дружину его в пружину Сжал широкий седой Иртыш. Отразились в воде кольчуги, Копья, шлемы, скуластость лиц, И поплыли на Север струги, Словно стая тяжёлых птиц. Русь окраинная! Край угрюмый! Плеск волны Да полёт крыла… О тебе Ермаковы думы, Для тебя каждый взмах весла. У гребцов тяжелеют руки, Вздыбил конницу Красный Яр — Смерть калёную мечут луки Не разбитых ещё татар. Русь окраинная! Край угрюмый! Тяжесть кованая кольчуг… Зашатался шатёр Кучума От берёзовых Крыльев струг! …Спит Ермак, Не забытый новью, — Русский сказочный богатырь. И лежит в его изголовье Отвоёванная Сибирь.
Игнатовы страхи
Тимофей Белозеров
Чернеет на взгорье деревня Мурашки, Здесь шляпы не носят, а только фуражки. Спокойно в Мурашках Игнат проживал, И надо ж — сосед на охоту позвал! Идут они лесом, минуют болота, Устали, промокли — на то и охота! — Голодные, злые идут и идут, Но крупного зверя никак не найдут. В лесу, что ни шаг, становилось темней, Мерцали замшелые бороды пней, И начал Игнат спотыкаться, И молча вокруг озираться… Когда ж их бродячий медведь повстречал, Полнеба закрыв, засопел, зарычал — Скуля и ругая таёжную ночь, Игнат, перепуганный, Бросился прочь. Бежал он, а сосны шумели, Да выстрелы сзади гремели… Наутро зовут его снова в тайгу, А он говорит: — Заболел, не могу! Однажды собрался Игнат на покос, В кошёлке еды на неделю понёс. Идёт он, высокий — всему голова! — Находит поляну — по пояс трава. Игнат не спеша рукава засучил И только литовку отбил-наточил, Как вдруг оробел на поляне лесной — Залаял щенок у него за спиной… Не смея рукой шевельнуть на ходу, Он шёл по траве, как по тонкому льду. Потом, очутясь на дороге, Помчался Игнат Длинноногий! Зимой у Игната корова Погибла без сена и крова. В селе рысаки бубенцами звенят, На улицу в праздники вышел Игнат. Висит на плече у Игната гармонь, Растянет меха — полыхает огонь! Встряхнулся Игнат, заиграл и запел И слышит: снежок за спиной заскрипел Так вкрадчиво, Так осторожно, Что стало Игнату тревожно — Обвисла гармошка, и голос упал… — Всё! — шепчет Игнат. — Доигрался, пропал! — Порвал он штаны о высокий забор И за ворота — ни шагу с тех пор! Недавно забрёл я в деревню Мурашки, Где шляпы не в моде, а только фуражки. Увидел я смелый весёлый народ, Взглянул на Игната сквозь щёлку ворот. Навек мне запомнилась эта картина: Сидит здоровенный, обросший детина, Сидит на крыльце у себя во дворе, Привязанный к дому, Как пёс к конуре!