И всем-то нам врозь идти

И всем-то нам врозь идти:
этим — на люди, тем — в безлюдье.
Но будет нам по пути,
когда умирать будем.

Взойдет над пустыней звезда,
и небо подымется выше,
и сколько песен тогда
мы словно впервые услышим!