Синий день. День такой синий

[B]I[/B]

Ты ведь видишь, что ночь хорошая, Нет ни холода, ни тепла. Так зачем же под лунной порошею В эту ночь ты совсем не спала?

Не спала почему? Скажи мне, Я все, все перенесу. И хоть месяцем желтым выжну Непосеянную полосу.

Весне зима есть, Да, зима! Ты ее ведь видела, любимая, сама. Береза, как в метель с зеленым рукавом, Хотя печалится, но не по мне живом.

Скажи же, милая, когда она печалится? Кругом весна, и жизнь моя кончается. Но к гробу уходя и смерть приняв постель древесную метель.

Вот потому всегда, когда мой глаз остер, Мне душу греет так рябиновый костер, Но все пройдет навек, как этот жар в груди, Береза милая, постой, не уходи.

[B]IIа[/B]

Сани. Сани. Конский бег. Поле. Петухи да ветер. Полюбил я русский снег Тем, что чист и светел.

Сам я русский и далёк, Никогда не скрою: Та звезда, что дал мне рок, Пропадёт со мною.

[B]IIб[/B]

Ночь проходит. Свет потух. За окном поёт петух.

И зачем в такую рань Он поёт — дурак и дрянь?

Но коль есть в том смысл и знак, Я такой, как он, дурак.

[B]IIв[/B]

Небо хмурое. Небо сурится. К голосам я привычен и глух. Лишь тебя только, доброй курицы, Я желаю, далекий петух.

Нам ведь нечего делать и надо ли? Сдохну я, только ты не ложись. У моей, я хотел бы, падали Процветала куриная жизнь.

[B]III[/B]

Ты ведь видишь, что небо серое Так и виснет и липнет к очам. Ты прости, что я в Бога не верую — Я молюсь ему по ночам.

Так мне нужно. И нужно молиться. И, желая чужого тепла, Чтоб душа, как бескрылая птица, От земли улететь не могла.