Стихи о неизвестном солдате

Этот воздух пусть будет свидетелем — Дальнобойное сердце его — И в землянках — всеядный и деятельный, Океан без окна, вещество...

Миллионы убитых задешево Протоптали тропу в пустоте: Доброй ночи! всего им хорошего От лица земляных крепостей...

Шевелящимися виноградинами Угрожают нам эти миры, И висят городами украденными, Золотыми обмолвками, ябедами, Ядовитого холода ягодами Растяжимых созвездий шатры, — Золотые созвездий жиры...

Аравийское месиво, крошево — Свет размолотых в луч скоростей — И своими косыми подошвами Свет стоит на сетчатке моей, —

Сквозь эфир, десятично означенный Свет размолотых в луч скоростей Начинает число, опрозрачненный Светлой болью и молью нолей: И за полем полей — поле новое Трехугольным летит журавлем — Весть летит светопыльной обновою И от битвы давнишней светло...

Весть летит светопыльной обновою: — Я не Лейпциг, я не Ватерлоо, Я не битва народов — я новое — От меня будет свету светло... Для того ль должен череп развиться Во весь лоб — от виска до виска, Чтоб в его дорогие глазницы Не могли не вливаться войска?

Развивается череп от жизни — Во весь лоб — от виска до виска, Чистотой своих швов он дразнит себя, Понимающим куполом яснится, Мыслью пенится, сам себе снится — Чаша чаш и отчизна отчизне — Звездным рубчиком шитый чепец — Чепчик счастья — Шекспира отец...

Будут люди холодные, хилые Убивать, холодать, голодать, И в своей знаменитой могиле Неизвестный положен солдат, —

Неподкупное небо окопное, Небо крупных оптовых смертей — За тобой, от тебя — целокупное — Я губами несусь в темноте, —

За воронки, за насыпи, осыпи, По которым он медлил и мглил — Развороченных — пасмурный, оспенный И приниженный гений могил...