Ветер («Ветер, ветер, ветер, ветер…»)
Ветер, Ветер, Ветер, Ветер, Что ты в ветках всё шумишь? Вольный Ветер, Ветер, Ветер, Пред тобой дрожит камыш. Ветер, Ветер, Ветер, Ветер, Что ты душу мне томишь?
Ты вздыхаешь, полусонный, И спешишь скорей заснуть. Чуть уснул, и, пробуждённый, Ты готов опять вспорхнуть. Стой! Куда, неугомонный? Вечно — прямо, снова — в путь.
Все места тебе знакомы, Ты воздушно шелестишь, Рябью входишь в водоёмы, Шаткой травкою блестишь. Носишь тучи, манишь громы, И опять уходишь в тишь.
О, неверный! Ветер, Ветер, Ты не помнишь ничего. Дай и мне забвенья, Ветер, Дай стремленья твоего. Ветер, Ветер, Ветер, Ветер, Ты прекраснее всего!
Похожие по настроению
Ветер
Борис Леонидович Пастернак
(четыре отрывка о Блоке) Кому быть живым и хвалимым, Кто должен быть мертв и хулим,— Известно у нас подхалимам Влиятельным только одним. Не знал бы никто, может статься, В почете ли Пушкин иль нет, Без докторских их диссертаций, На все проливающих свет. Но Блок, слава богу, иная, Иная, по счастью, статья. Он к нам не спускался с Синая, Нас не принимал в сыновья. Прославленный не по програме И вечный вне школ и систем, Он не изготовлен руками И нам не навязан никем. __ Он ветрен, как ветер. Как ветер, Шумевший в имении в дни, Как там еще Филька-фалетер Скакал в голове шестерни. И жил еще дед-якобинец, Кристальной души радикал, От коего ни на мизинец И ветреник внук не отстал. Тот ветер, проникший под ребра И в душу, в течение лет Недоброю славой и доброй Помянут в стихах и воспет. Тот ветер повсюду. Он — дома, В деревьях, в деревне, в дожде, В поэзии третьего тома, В «Двенадцати», в смерти, везде. __ Широко, широко, широко Раскинулись речка и луг. Пора сенокоса, толока, Страда, суматоха вокруг. Косцам у речного протока Заглядываться недосуг. Косьба разохотила Блока, Схватил косовище барчук. Ежа чуть не ранил с наскоку, Косой полоснул двух гадюк. Но он не доделал урока. Упреки: лентяй, лежебока! О детство! О школы морока! О песни пололок и слуг! А к вечеру тучи с востока. Обложены север и юг. И ветер жестокий не к сроку Влетает и режется вдруг О косы косцов, об осоку, Резучую гущу излук. О детство! О школы морока! О песни пололок и слуг! Широко, широко, широко Раскинулись речка и луг. __ Зловещ горизонт и внезапен, И в кровоподтеках заря, Как след незаживших царапин И кровь на ногах косаря. Нет счета небесным порезам, Предвестникам бурь и невзгод, И пахнет водой и железом И ржавчиной воздух болот. В лесу, на дороге, в овраге, В деревне или на селе На тучах такие зигзаги Сулят непогоду земле. Когда ж над большою столицей Край неба так ржав и багрян, С державою что-то случится, Постигнет страну ураган. Блок на небе видел разводы. Ему предвещал небосклон Большую грозу, непогоду, Великую бурю, циклон. Блок ждал этой бури и встряски, Ее огневые штрихи Боязнью и жаждой развязки Легли в его жизнь и стихи.
Веселый ветер гонит лед
Георгий Иванов
Веселый ветер гонит лед, А ночь весенняя — бледна, Всю ночь стоять бы напролет У озаренного окна. Глядеть на волны и гранит И слышать этот смутный гром, И видеть небо, что сквозит То синевой, то серебром. О, сердце, бейся волнам в лад, Тревогой вешнею гори… Луны серебряный закат Сменяют отблески зари. Летят и тают тени птиц За крепость — в сумрак заревой. И все светлее тонкий шпиц Над дымно-розовой Невой.
Ветер
Игорь Северянин
Ветер весел, ветер прыток, Он бежит вдоль маргариток, Покачнет бубенчик сбруи, — Колыхнет речные струи. Ветер, ветреный проказник, Он справляет всюду праздник. Кружит, вертит все, что хочет, И разнузданно хохочет. Ветер мил и добродушен И к сужденьям равнодушен, Но рассердишь — не пеняй: И задаст же нагоняй!
Ветер
Иннокентий Анненский
Люблю его, когда, сердит, Он поле ржи задёрнет флёром Иль нежным лётом бороздит Волну по розовым озёрам; Когда грозит он кораблю И паруса свивает в жгутья; И шум зелёный я люблю, И облаков люблю лоскутья… Но мне милей в глуши садов Тот ветер тёплый и игривый, Что хлещет жгучею крапивой По шапкам розовым дедо́в.
Ветер (Гордый Юргис, ты похитил Ветер, Ветер у меня)
Константин Бальмонт
Я вольный ветер, я вечно вею. К. БальмонтС визгом, присвистом напевным Веет, мечется, гудит. Ю. БалтрушайтисГордый Юргис, ты похитил Ветер, Ветер у меня, Ты подслушал и расслышал, как он шепчет, нас дразня, Как свистит и шелестит он возле дрогнувшей листвы, Возрастает, отвечая завываниям совы. Вдруг притихнет, и забьется вкруг единого листка, Над осиной вьется, вьется, дышит струйка ветерка, Чуть трепещет, лунно блещет зачарованный листок, И воздушен, и послушен, заколдован ветерок. Только слушает, как дышит шаткий лист среди осин, Между самых, самых чутких, на одной, всего один, Лист сорвался, покачнулся, и умчался далеко, Ветерок им насладился, бросил дальше, как легко. Веет, млеет, цепенеет, странным шорохом в сосне. Зашуршит на сучьях старых, страшно травам в тайном сне. Над седыми пустырями зашептал он как колдун, Вот затресся, и понесся, хохот, стоны, звоны струн. Вспышки светов. Двух поэтов, бледных скальдов он нашел, Очертанья всех предметов изменил, и обошел. Шепот Ветра гордым ведом, вещий Ветер близок им. За зловещим, тайным следом, мы идем, и мы следим. То мы вместе, то мы порознь, затаимся меж кустов, Брат — соперник, враг — помощник, два волхва созвучных снов. Ветер с нами, он землею, небесами нас ведет, К одному, смеясь, приникнет, свистнет, крикнет — и вперед. Не всегда ж мне быть с тобою, если властен и другой, Звонки хвои в летнем зное — звонко-влажен вал морской. В смерти, в жизни — я в отчизне, дальше, дальше, миг не ждет, Тот же дважды я не буду: больше, меньше, — но вперед.
Листья
Константин Фофанов
Ветер плачет за окном, Ветер мечется и стонет И невидимым крылом Золотые листья гонит. Листья падают с берез, Листья шумно бьют тревогу, Сердце жалобят до слез; Сердце внемлет понемногу Их взволнованным речам. Ропщут листья по ветвям: «Страшно в сумраке ночном Опадать с ветвей родимых, Гнить и мокнуть под дождем, Дрогнуть в стужах нестерпимых! Для того ли по весне Мы цвели и трепетали, Для того ли в полусне Ветру сказок нашептали, Чтоб он в осень нас сорвал, Умертвил и разметал! Ой ты, ветер неразумный, Ветер вольный, ветер шумный, Ты гони нас поскорей К волнам северных морей! Мы расскажем волнам белым, В страхе, в стуже поседелым, Всё, чему весной могли Научиться у земли И о чем и почему Мы рыдали в дождь и тьму. И когда весною станут Волны плыть, кочуя вдаль, Пусть расскажут, пусть помянут Наши сказки и печаль!**
О, ветер, ветер
Наталья Крандиевская-Толстая
О, ветер, ветер! Трубач бездомный! С порога жизни твой зов я слышу. Не ты ль баюкал трубою томной Уют мой детский под зимней крышей? Не ты ль так буйно трубил победу, Ты, облак снежный за мною мчащий, Когда подслушал в санях беседу, Подслушал голос, меня молящий? И темной ночью не ты ли пел нам, От ласк усталым, счастливым людям, О счастье нашем беспеременном, О том, что вместе всегда мы будем? Теперь не ты ли в пути мне трубишь Звенящей медью, походным рогом? Все чаще, чаще встречаться любишь Со мной, бездомной, по всем дорогам. О, верный сторож! Ты не забудешь. Мои скитанья со мной кончая, Я знаю, долго трубить ты будешь, Глухою ночью мой крест качая.
Веселый ветер
Василий Лебедев-Кумач
А ну-ка, песню нам пропой, веселый ветер, Веселый ветер, веселый ветер! Моря и горы ты обшарил все на свете И все на свете песенки слыхал.Спой нам, ветер, про дикие горы, Про глубокие тайны морей. Про птичьи разговоры, Про синие просторы, Про смелых и больших людей!Кто привык за победу бороться, С нами вместе пускай запоет: Кто весел — тот смеется, Кто хочет — тот добьется, Кто ищет — тот всегда найдет!А ну-ка, песню нам пропой, веселый ветер, Веселый ветер, веселый ветер! Моря и горы ты обшарил все на свете И все на свете песенки слыхал.Спой нам, ветер, про чащи лесные, Про звериный запутанный след, Про шорохи ночные, Про мускулы стальные, Про радость боевых побед!Кто привык за победу бороться, С нами вместе пускай запоет: Кто весел — тот смеется, Кто хочет — тот добьется, Кто ищет — тот всегда найдет!А ну-ка, песню нам пропой, веселый ветер, Веселый ветер, веселый ветер! Моря и горы ты обшарил все на свете И все на свете песенки слыхал.Спой нам, ветер, про славу и смелость, Про ученых, героев, бойцов, Чтоб сердце загорелось, Чтоб каждому хотелось Догнать и перегнать отцов!Кто привык за победу бороться, С нами вместе пускай запоет: Кто весел — тот смеется, Кто хочет — тот добьется, Кто ищет — тот всегда найдет!А ну-ка, песню нам пропой, веселый ветер, Веселый ветер, веселый ветер! Моря и горы ты обшарил все на свете И все на свете песенки слыхал.Спой нам песню, чтоб в ней прозвучали Все весенние песни земли, Чтоб трубы заиграли, Чтоб губы подпевали, Чтоб ноги веселей пошли!Кто привык за победу бороться, С нами вместе пускай запоет: Кто весел — тот смеется, Кто хочет — тот добьется, Кто ищет — тот всегда найдет!
Ветер
Вильгельм Карлович Кюхельбекер
Слышу стон твой, ветер бурный! Твой унылый, дикий вой: Тьмой ненастной свод лазурный, Черным саваном покрой!Пусть леса, холмы и долы Огласит твой шумный зык! Внятны мне твои глаголы, Мне понятен твой язык.Из темницы безотрадной Преклоняю жадный слух: За тобою, ветер хладный, Рвется мой стесненный дух!Ветер! ветер! за тобою К необъятной вышине Над печальной мглой земною В даль бы понестися мне!Был бы воздух одеянье, Собеседник — божий гром, Песни — бурей завыванье, Небо — мой пространный дом.Облетел бы круг вселенной, Только там бы отдохнул, Где семьи, мне незабвенной, Речи вторит тихий гул;Среди летней светлой ночи, У часовни той простой, Им бы там мелькнул я в очи, Где почиет их родной!К милым я простер бы pyки, Улыбнулся бы, исчез, Но знакомой лиры звуки Потрясли бы близкий лес.
Ветер
Владимир Солоухин
Ветер Летит над морем. Недавно он не был ветром, А был неподвижным, теплым воздухом над землей. Он Окружал ромашки. Пах он зеленым летом (Зыбко дрожал над рожью желтый прозрачный зной). Потом, Шевельнув песчинки, Немного пригнувши травы, Он начал свое движенье. Из воздуха ветром стал. И вот Он летит над морем. Набрал он большую скорость, Забрал он большую силу. Крылища распластал. Ходят Морские волны. С них он срывает пену. Пена летит по ветру. Мечется над волной. Светлый Упругий ветер Не медом пахнет, а йодом, Солью тревожно пахнет. Смутно пахнет бедой. (Руки мои — как крылья. Сердце мое распахнуто. Ветер в меня врывается. Он говорит со мной): — Спал я Над тихим лугом. Спал над ромашкой в поле. Меня золотые пчелы пронизывали насквозь. Но стал я Крылатым ветром, Лечу я над черным морем. Цепи я рву на рейдах, шутки со мною брось! — Я Говорю открыто: — Должен ты выбрать долю, Должен взглянуть на вещи под резким прямым углом: Быть ли Ромашкой тихой? Медом ли пахнуть в поле? Или лететь над миром, время круша крылом? — Что я Ему отвечу? — Сходны дороги наши, Но опровергну, ветер, главный я твой резон: Если б Ты не был тихим Воздухом над ромашкой, Откуда б ты, ветер, взялся? Где бы ты взял разгон?
Другие стихи этого автора
Всего: 993В прозрачных пространствах Эфира
Константин Бальмонт
В прозрачных пространствах Эфира, Над сумраком дольнего мира, Над шумом забытой метели, Два светлые духа летели. Они от земли удалялись, И звездам чуть слышно смеялись, И с Неба они увидали За далями новые дали. И стихли они понемногу, Стремясь к неизменному Богу, И слышали новое эхо Иного чуть слышного смеха. С Земли их никто не приметил, Но сумрак вечерний был светел, В тот час как они над Землею Летели, покрытые мглою. С Земли их никто не увидел , Но доброго злой не обидел, В тот час как они увидали За далями новые дали.
Русский язык
Константин Бальмонт
Язык, великолепный наш язык. Речное и степное в нем раздолье, В нем клекоты орла и волчий рык, Напев, и звон, и ладан богомолья. В нем воркованье голубя весной, Взлет жаворонка к солнцу — выше, выше. Березовая роща. Свет сквозной. Небесный дождь, просыпанный по крыше. Журчание подземного ключа. Весенний луч, играющий по дверце. В нем Та, что приняла не взмах меча, А семь мечей в провидящее сердце. И снова ровный гул широких вод. Кукушка. У колодца молодицы. Зеленый луг. Веселый хоровод. Канун на небе. В черном — бег зарницы. Костер бродяг за лесом, на горе, Про Соловья-разбойника былины. «Ау!» в лесу. Светляк в ночной поре. В саду осеннем красный грозд рябины. Соха и серп с звенящею косой. Сто зим в зиме. Проворные салазки. Бежит савраска смирною рысцой. Летит рысак конем крылатой сказки. Пастуший рог. Жалейка до зари. Родимый дом. Тоска острее стали. Здесь хорошо. А там — смотри, смотри. Бежим. Летим. Уйдем. Туда. За дали. Чу, рог другой. В нем бешеный разгул. Ярит борзых и гончих доезжачий. Баю-баю. Мой милый. Ты уснул? Молюсь. Молись. Не вечно неудачи. Я снаряжу тебя в далекий путь. Из тесноты идут вразброд дороги. Как хорошо в чужих краях вздохнуть О нем — там, в синем — о родном пороге. Подснежник наш всегда прорвет свой снег. В размах грозы сцепляются зарницы. К Царь-граду не ходил ли наш Олег? Не звал ли в полночь нас полет Жар-птицы? И ты пойдешь дорогой Ермака, Пред недругом вскричишь: «Теснее, други!» Тебя потопит льдяная река, Но ты в века в ней выплывешь в кольчуге. Поняв, что речь речного серебра Не удержать в окованном вертепе, Пойдешь ты в путь дорогою Петра, Чтоб брызг морских добросить в лес и в степи. Гремучим сновиденьем наяву Ты мысль и мощь сольешь в едином хоре, Венчая полноводную Неву С Янтарным морем в вечном договоре. Ты клад найдешь, которого искал, Зальешь и запоешь умы и страны. Не твой ли он, колдующий Байкал, Где в озере под дном не спят вулканы? Добросил ты свой гулкий табор-стан, Свой говор златозвонкий, среброкрылый, До той черты, где Тихий океан Заворожил подсолнечные силы. Ты вскликнул: «Пушкин!» Вот он, светлый бог, Как радуга над нашим водоемом. Ты в черный час вместишься в малый вздох. Но Завтра — встанет! С молнией и громом!
Женщина с нами, когда мы рождаемся
Константин Бальмонт
Женщина — с нами, когда мы рождаемся, Женщина — с нами в последний наш час. Женщина — знамя, когда мы сражаемся, Женщина — радость раскрывшихся глаз. Первая наша влюбленность и счастье, В лучшем стремлении — первый привет. В битве за право — огонь соучастия, Женщина — музыка. Женщина — свет.
Благовест
Константин Бальмонт
Я ждал его с понятным нетерпеньем, Восторг святой в душе своей храня, И сквозь гармонию молитвенного пенья Он громом неба всколыхнул меня. Издревле благовест над Русскою землею Пророка голосом о небе нам вещал; Так солнца луч весеннею порою К расцвету путь природе освещал. К тебе, о Боже, к Твоему престолу, Где правда, Истина светлее наших слов, Я путь держу по Твоему глаголу, Что слышу я сквозь звон колоколов.
Старая песенка
Константин Бальмонт
— Mamma, mamma! perch’e lo dicesti? — Figlia, figlia! perch’e lo facesti? * Из неумирающих разговоров Жили в мире дочь и мать. «Где бы денег нам достать?» Говорила это дочь. А сама — темней, чем ночь. «Будь теперь я молода, Не спросила б я тогда. Я б сумела их достать…» Говорила это — мать. Так промолвила со зла. На минуту отошла. Но на целый вечер прочь, Прочь ушла куда-то дочь. «Дочка, дочка, — боже мой! — Что ты делаешь со мной?» Испугалась, плачет мать. Долго будет дочку ждать. Много времени прошло. Быстро ходит в мире Зло. Мать обмолвилась со зла. Дочь ей денег принесла. Помертвела, смотрит мать. «Хочешь деньги сосчитать?» — «Дочка, дочка, — боже мой! — Что ты сделала с собой?» «Ты сказала — я пошла». — «Я обмолвилась со зла». — «Ты обмолвилась, — а я Оступилась, мать моя».
Жизнь коротка и быстротечна
Константин Бальмонт
Жизнь коротка и быстротечна, И лишь литература вечна. Поэзия душа и вдохновенье, Для сердца сладкое томленье.
Норвежская девушка
Константин Бальмонт
Очи твои, голубые и чистые — Слиянье небесной лазури с изменчивым блеском волны; Пряди волос золотистые Нежнее, чем нить паутины в сиянье вечерней Луны. Вся ты — намек, вся ты — сказка прекрасная, Ты — отблеск зарницы, ты — отзвук загадочной песни без слов; Светлая, девственно-ясная, Вакханка с душою весталки, цветок под покровом снегов.
Нить Ариадны
Константин Бальмонт
Меж прошлым и будущим нить Я тку неустанной проворной рукою: Хочу для грядущих столетий покорно и честно служить Борьбой, и трудом, и тоскою,— Тоскою о том, чего нет, Что дремлет пока, как цветок под водою, О том, что когда-то проснется чрез многие тысячи лет, Чтоб вспыхнуть падучей звездою. Есть много не сказанных слов, И много созданий, не созданных ныне,— Их столько же, сколько песчинок среди бесконечных песков, В немой Аравийской пустыне.
Немолчные хвалы
Константин Бальмонт
Можно петь немолчные хвалы, Говоря всегда одно и то же. Я люблю провалы горной мглы, Где кричат голодные орлы, Узкий путь, что с каждым мигом строже — Выше, выше мчит узор скалы. Но на свете мне всего дороже — Радость вечно петь Тебе хвалы, Милосердный Боже!
Немая тень
Константин Бальмонт
Немая тень среди чужих теней, Я знал тебя, но ты не улыбалась, — И, стройная, едва-едва склонялась Под бременем навек ушедших дней, — Как лилия, смущённая волною, Склонённая над зеркалом реки, — Как лебедь, ослеплённый белизною И полный удивленья и тоски.
Небесная роса
Константин Бальмонт
День погас, и ночь пришла. В черной тьме душа светла. В смерти жизнь, и тает смерть. Неба гаснущая твердь Новой вспыхнула красой Там серебряной росой, В самой смерти жизнь любя, Ночь усыпала себя. Ходят Ангелы во мгле, Слезы счастья шлют земле, Славят светлого Творца, Любят, любят без конца.
Млечный Путь
Константин Бальмонт
Месяца не видно. Светит Млечный Путь. Голову седую свесивши на грудь, Спит ямщик усталый. Кони чуть идут. Звёзды меж собою разговор ведут. Звёзды золотые блещут без конца. Звёзды прославляют Господа Творца. «Господи», спросонок прошептал ямщик, И, крестясь, зевает, и опять поник. И опять склонил он голову на грудь. И скрипят полозья. Убегает путь.