Дурак (Стихотворение в прозе)

Жил-был на свете дурак.
Долгое время он жил припеваючи;
но понемногу стали доходить до него слухи,
что он всюду слывет за безмозглого пошлеца.

Смутился дурак и начал печалиться о том,
как бы прекратить те неприятные слухи?
Внезапная мысль озарила наконец его темный умишко…
И он, нимало не медля, привел ее в исполнение.

Встретился ему на улице знакомый —
и принялся хвалить известного живописца…
— Помилуйте! — воскликнул дурак. —
Живописец этот давно сдан в архив…
Вы этого не знаете? Я от вас этого не ожидал…
Вы — отсталый человек.

Знакомый испугался — и тотчас согласился с дураком.
— Какую прекрасную книгу я прочел сегодня! —
говорил ему другой знакомый.
— Помилуйте! — воскликнул дурак. —
Как вам не стыдно? Никуда эта книга не годится;
все на нее давно махнули рукою.
Вы этого не знаете? Вы — отсталый человек.

И этот знакомый испугался — и согласился с дураком.
— Что за чудесный человек мой друг N. N.! —
говорил дураку третий знакомый. —
Вот истинно благородное существо!
— Помилуйте! — воскликнул дурак. —
N. N. — заведомый подлец! Родню всю ограбил.
Кто ж этого не знает? Вы — отсталый человек!

Третий знакомый тоже испугался —
и согласился с дураком, отступился от друга.
И кого бы, что бы ни хвалили при дураке —
у него на всё была одна отповедь.
Разве иногда прибавит с укоризной:
— А вы всё еще верите в авторитеты?

— Злюка! Желчевик! — начинали толковать о дураке его знакомые. —
Но какая голова!
— И какой язык! — прибавляли другие. —
О, да он талант!

Кончилось тем, что издатель одной газеты
предложил дураку заведовать у него критическим отделом.
И дурак стал критиковать всё и всех,
нисколько не меняя ни манеры своей, ни своих восклицаний.

Теперь он, кричавший некогда против авторитетов, —
сам авторитет — и юноши перед ним благоговеют и боятся его.
Да и как им быть, бедным юношам?
Хоть и не следует, вообще говоря, благоговеть…
но тут, поди, не возблагоговей — в отсталые люди попадаешь!

Житье дуракам между трусами.